p7.1
Девушка мирно сопела в кровати, видя сладкие сны, в то время, когда я метался из угла в угол по всему номеру.
Достаю телефон и печатаю быстро сообщение маме.
«Mamma mia carissima, come stai? Come sta Maggie? Mi piacerebbe tanto venirti a trovare di nuovo, ma per ora non posso.
Ti voglio tanto bene. Ciao.
(Любимая мамочка, как ваши дела? Как Мэгги? Я бы очень хотел навестить вас снова, но пока нет такой возможности.
Люблю вас сильно. Пока.)»
Отправляю и снова блокирую свой телефон. Я не общался с родными со дня аварии. Чувство вины перед ними за свое молчание не покидало меня все это время.
Я зарылся в своих руках, сидя за столом и думая о том, как слишком много всего свалилось на мою голову.
Задумайтесь на минуту:
Вам всего восемнадцать с половиной лет, вас знает весь мир, каждый ваш выход сопровождается щелчками камеры, на вас давит ваш спонсор. Можно перечислять бесконечное количество вещей, которые докучают мне, и от этого не станет легче.
Мне хочется обычной жизни.
Как бы я не любил славу, то окружение, которое я выбрал, и ту часть жизни, что зовется гонками, мне так же хочется самого простого спокойствия и уютного тепла в виде родительского дома и беззаботных встреч со своими старыми друзьями.
Утро следующего дня.
Я не заметил, как уснул, сидя за столом.
Окидываю взглядом комнату и вижу, что Аврора все еще мирно спит, обнимая одеяло.
Стрелка часов твердила, что пора выходить на завтрак, если я не хочу его пропустить. Я не ел нормально последние недели.
Решаю оставить девушку досыпать сон и спускаюсь в лобби отеля, чтобы узнать у администратора, где у них расположен ресторан.
-Доброе утро, приятель!-встречаю по пути я Лиама и пожимаю ему руку, слегка обнимая за плечо.
-Доброе!
Я не был в настроении, чтобы много глагольствовать с ним о чем-то.
-Ты не появился вчера на вечеринке, что случилось? Это не похоже на тебя.-негромкий смешок вырывается с его губ, но он звучит больше по-доброму, нежели как-то грубо.
С последними событиями я совсем забыл о закрытом мероприятии в честь завершения гран-при Саудовской Аравии.
-Неважно чувствовал себя, да и сейчас состояние не лучше.-соврал я.
Мы оба последовали на завтрак, пару раз обмениваясь короткими фразами о прошедшей гонке.
Боковым зрением я замечаю за крайним столиком Лоренцо и Тото.
Оба что-то бурно обсуждают и рассматривают какие-то бумаги, не замечая никого вокруг.
Это хорошо. Не хочу попадаться им на глаза.
Поедая сладкую булку и попивая черный чай с мятой, стараюсь отключить свою голову хотя бы ненадолго, но мне не дают этого сделать.
-Я так полагаю, Аврора ночевала у Вас, Signore Antonelli?-рука господина Риччи тяжело легла на мое плечо.
Не оборачиваясь на него, я ответил.
-Вы правильно полагаете. Или нам уже нельзя проводить время вместе?
-Не то, что бы нельзя, скорее нежелательно.
Она может наговорить лишнего. Тебе эта информация ни к чему, Кими. Ты должен быть занят лишь чемпионством в этом сезоне.
Он говорил монотонно и спокойно. Он контролировал даже свой голос. Жуткий человек, признаться честно.
-А что, если я не стану чемпионом?
Что тогда Вы сделаете, господин Лоренцо?-усмехался я.
Он замолчал.
-Тогда Вы не выдадите замуж Аврору за меня? Я прав?-парировал я.
-Ты в любом случае женишься на ней.-засмеялся он в ответ на мои слова,-Твой контракт продлевается только мной и никем более. Так что, если ты все еще хочешь гоняться на трассе с другими чемпионами, тебе придется принимать все мои условия и правила, Кими.
У тебя нет выбора.
Он не сильно сжал мое плечо, прежде чем удалиться отсюда, оставляя меня, снова, наедине с нарастающей агрессией.
Я продолжал молча пережевывать свою еду и переваривать все сказанное мужчиной.
В обед у нас вылет в Англию, там сегодня вечером состоится небольшое мероприятие, связанное с компанией "Mercedes".
Вольфф и Риччи будут присутствовать там, Джордж со своей возлюбленной и еще несколько команд с их главными пилотами.
Вечер того же дня.
Аврора летела на частном джете со своим отцом отдельно от всех.
Больше всего меня потрясает отсутствие госпожи Риччи в жизни девушки.
Она не защищает свою дочь, не появляется с ней нигде. Она, словно, заперта в своем собственном закрытом мирке, под названием резиденция Риччи.
Она знает все происходящее с ее дочерью, я более чем уверен в этом. Но почему она продолжает бездействовать?
Я собрался на вечер и, не смотрясь на свое отражение, поспешил на выход.
Синьорина прибудет в ресторан в присутствии своего отца, поэтому я еду туда немного раньше, чтобы перехватить ее у входа.
В мыслях часто мелькает ее образ, ее голос, ее запах - и это комбо кружит мне голову.
Снаружи заведение выглядело минималистично: небольшая вывеска с подсветкой, большие панорамные окна, зашторенные изнутри, стены были окрашены в светло-серый оттенок.
Зайдя внутрь, глаз дергался от столького количества золотого цвета.
На неприлично высоком потолке висели массивные люстры, которые весили под сотню килограмм. Ручная лепнина была окрашена в золотистый оттенок, скользкая плитка на полу была тоже почти такого же цвета.
На каждом праздничном столе стояли огромные вазы с античным принтом, внутри которых аккуратно были собраны цветочные композиции из красных и белых роз.
Я мысленно несколько раз закатил глаза, пока осматривался внутри, и вышел на улицу, ожидая появления своей сопровождающей.
Черный кабриолет останавливается медленно у входа. Лоренцо по-джентльменски открывает пассажирскую дверь и протягивает свою руку синьорине.
На нем был темно-синий костюм с такой же бабочкой на шее, туфли его блестели до невозможности, ослепляя всех вокруг.
Он осторожно подвел ко мне девушку, передавая ее руку мне.
-Будьте осторожны, Signore Antonelli.
Я слежу за Вами двумя.-наигранно улыбаясь, проговаривает он.
Ни я, ни Аврора не отвечаем ему. Мы лишь оба смотрим в глаза друг другу.
Господин Риччи оставляет нас одних и входит внутрь здания.
-Ciao, Kimi.-ее голос дрожит, и я не могу разобрать почему.
-Здравствуй, Аврора.-я поглаживаю большим пальцем ее внешнюю сторону ладони и продолжаю всматриваться в ее лицо.
На ней струилось белоснежное длинное платье с закрытым рукавом, скрывающее все последствия того дня.
Вспоминаю эти синяки и ссадины. Больно видеть это на столь аккуратной девушке.
Мы тоже следуем примеру всех остальных и входим в ресторан, надевая на себя маски «У нас нет проблем, у нас все отлично».
Весь вечер мы старались держаться в компании моих приятелей.
Я познакомил Аврору с Кармен, девушкой Джорджа, Лили, девушкой Оскара, и еще одной Лили, девушкой Алекса.
Они мило беседовали в шаге от нас, парней, частенько хихикали и шептались между собой.
Я смотрел на эту картину и думал:
«Вот он, первый вечер для Авроры, где ей не нужно притворяться и выдавливать из себя положительные эмоции.
Тут, находясь в окружении этих прекрасных девушек, она по-настоящему счастлива и весела.»
Улыбаюсь своим мыслям.
От шумных обсуждений и бесед нас всех отвлекает звон бокала.
В центре зала стоял Тото Вольфф, неподалеку от него стоял Лоренцо Риччи.
-Прошу прощения, друзья!-начинает говорить Тото, -Я бы хотел поблагодарить всех присутствующих здесь за тот интерес, проявленный к нашей команде и работе.
Я ценю каждого из вас, правда!
Зал аплодирует стоя, восхищаясь масштабами, проделанными компанией за столь короткий период.
-У меня для вас есть новость, которую мы с нашим партнером вынашивали долго.-продолжая волнительно улыбаться, говорил мужчина.
В эту минуту ко мне подошла Аврора. Я взял ее за руку, мысленно успокаивая девушку.
Мы оба чувствуем напряжение.
-Отныне я больше не являюсь генеральным директором компании "Mercedes".-на этих словах зал стих настолько, что были слышны проезжающие уличные машины.
Я видел, как девушка рядом со мной перевела тревожный взгляд на меня, но продолжал смотреть прямо.
-С этого дня всеми акциями, без исключения, владеет наш главный акционер - господин Лоренцо Риччи.
Теперь он - генеральный директор "Mercedes" и "Ineos". Все права, контракты и сотрудничества принадлежат этому человеку.
Тото было тяжело проговаривать все это, но он справился со своей задачей.
Он улыбался так, будто ему не тяжело признавать свое полное поражение и отстранение от той работы, которая по-настоящему приносила ему огромное удовольствие.
Фотографы окружили центр зала, в котором стоял Вольфф и Риччи.
Зал перешептывался между собой.
Продолжая держать Аврору за руку, я, ничего не говоря, повел ее к выходу.
Это все было уже слишком невыносимо.
-Что себе позволяет твой отец?!-повышая тон, я задал риторический вопрос.
Синьорина отстраненно глядела в бок.
Она знала.
Она все знала.
Я знаю этот взгляд. Она всегда так делает, когда знает то, чего не знаю еще я.
-Прости, Кими.-продолжая всматриваться в здания, спокойно сказала она.
-Знаешь что? Твое спокойствие ошеломляет. Только сейчас я начинаю понимать твои слова про спокойствие в наши первые встречи.
Это, действительно, так. Твое спокойствие-контроль над всей ситуацией.
Ты все знала.
Ты молчала нарочно.
Ты скрывала это от меня.-я тыкал пальцем ей в плечо, выговаривая каждое слово так четко, чтобы она могла надолго запомнить мой монолог.