p4
«Воооу, что творит Антонелли, выступающий под двенадцатым номером в Мерседес!»
«Похоже, что он хочет сегодня задать высокую планку для всех пилотов! Джордж Рассел всего в 0,050 секундах от фаворита этого гран-при! Следом нагоняет Хэмилтон из команды Феррари, и совсем близко летит, я бы сказал, Норрис!
Вот это старт сезона, вот это настоящая Формула-1!»
38 круг.
«Это конец гонки для номера 12! Восемнадцатилетний итальянец вылетает с трассы из-за столкновения с Колапинто! А как все начиналось. Какой хороший старт и какой хороший темп получил Антонелли!
Теперь у Мерседеса осталась одна надежда, и это Джордж!»
«Да, к сожалению, такое случается! Обидно, очень обидно за Антонелли, но хочу напомнить, что у этого парня все впереди! Это его первый сезон в Формуле-1. Ему покорится еще не одна трасса!»
...
Врачи осматривали меня в то время, когда Лоренцо наседал на меня.
-Signore Antonelli, спешу Вам напомнить о наших правилах,-он ходил из угла в угол, активно жестикулируя,-Это был старт сезона, и как Вы его начали?!
Он действует мне на нервы, но я держу себя в руках, потому что у меня есть козырь-пока не раскрытый секрет его единственной и идеальной дочери.
-Господин Риччи, это лишь начало. Даю слово, что дальше будут только лучшие результаты.-уверяю я мужчину, и, кажется, он немного успокаивает свой пыл и верит моим словам.
Тихий стук в дверь прервал нашу беседу.
Дверь легко открывается. Аврора.
-Papà, potresti lasciarci soli io e il signor Antonelli? (Папа, ты не мог бы оставить нас с синьором Антонелли наедине?) -спокойно и почти шепотом просит она.
Лоренцо ничего не отвечает, лишь кидает в мою сторону тяжелый взгляд и покидает комнату.
Врачи тоже поспешили на выход, когда я жестом указал им на дверь.
-Как твое самочувствие, Кими?-нежно и заботливо протянула девушка.
Я не знал, что ответить. Мне хочется любезничать, быть с ней таким же нежным, но и хочется сказать ей что-нибудь колкое, что задело бы ее. Я не понимал, хочу ли ее общества, или чтобы она перестала тянуться как-либо ко мне. И я выбираю второе.
Лишь потому, что именно она-причина этой сделки. Она согласилась на нее, не оставляя выбора мне.
-Проваливай отсюда. Я не хочу находиться с тобой в одной комнате. Никогда больше.
В груди снова что-то больно сжалось, но я стараюсь отогнать от себя это чувство.
Андреа влюбляется. Бесповоротно.
Несколько секунд молчания. Я слышу неглубокие вздохи.
-Между нами только сделка. Ты не обязана навещать меня постоянно, когда тебе это вздумается, разговаривать со мной вне публичных выходов. Я не хочу этого.
Ты и твоя семья медленно, но уверенно, рушит мою жизнь.
Вы давите на меня неистовой силой.
Я раздражался от самого себя. От своих грубых высказываний в адрес хрупкой девушки, которая начинает заполнять в моем сердце ту пустоту, что когда-то была там.
Ночь того же дня.
Музыка и алкоголь глушат мой разум этой ночью.
Я снова окружен несколькими девушками.
Пока другие ребята спокойно проводят время со своими девушками, кто-то даже с женами и детьми, я проживаю свой путь.
Путь, который полон преград и давления из вне. Путь, решением и спасением которого является вино и беспорядочные связи.
Выхожу на танцпол и забываюсь среди всей этой дрыгающейся толпы.
Песни сменяются одна на другую.
За это короткое время я сменил по-моему уже трех девушек.
С каждой из них мы успевали и потанцевать, и поцеловаться, и обменяться несколькими фразами.
Вновь щемяще знакомый силуэт появляется где-то в толпе и исчезает с одним из мужчин.
Риччи. Она тоже тут.
Не спеша иду по ее пятам. Я не знаю, в какую из приватных комнат они вошли, поэтому открываю все без разбора, желая уличить девушку на месте.
Даже то, чем она занимается, не останавливает меня от чувств симпатии к ней.
Я посетил все комнаты в этом заведении и нигде не обнаружил пару.
Возможно мне это все померещилось от количества выпитого мной алкоголя.
Выхожу на свежий воздух и размышляю о всей ситуации.
Я только закурил сигарету, которыми баловался время от времени, чтобы не сойти с ума, и заметил ее с тем самым мужчиной. Они шли в сторону паркинга.
-Signorina.-спокойно говорю я, обращаясь непременно к Авроре.
Она не оборачивается, ее спутник делает это за нее.
-Тебе что-то нужно, парень?!-я слышу в его голосе нотки раздражительности.
-Я обращался к ней, а не к тебе.-все так же спокойно парирую я.
-Тебе лучше уйти сейчас же. Не видишь? Мы заняты.
Или у тебя не хватает на дорогу домой? О, давай я тебе дам пару долларов на такси.
Держи, не благодари!-быстро отвечает он и открывает дверь машины для Авроры.
-Ты хоть знаешь кто я, приятель?-я заливаюсь смехом,-Давай я тебе дам пару долларов для того, чтобы ты просто свалил отсюда навсегда.
Я продолжал смеяться.
-Я самый узнаваемый пилот Формулы-1, чувак. Тебе лучше оставить эту синьорину для меня и уйти прочь отсюда по-хорошему.
-Мальчик, не выдумывай. Ты слишком пьян. Какой из тебя пилот? Покажи мне хоть одного из автоспорта, кто накидывается выпивкой так же, как ты...
Он не успел до конца ответить мне, потому что вся моя агрессия свалилась на него в одном ударе.
«Какой из тебя пилот? Покажи мне хоть одного из автоспорта, кто накидывается выпивкой так же, как ты...»-крутились его слова в моей голове, прибавляя больше злости.
Стоит отметить, что Риччи все это время стояла, отвернувшись от меня. Она стойко держалась и не оборачивалась, даже чтобы хоть мельком взглянуть на происходящее.
Ответный удар от мужчины не заставляет себя долго ждать. Он тоже бьет меня кулаком точно в нос, от чего алая струйка начинает стекать на чистый асфальт.
Пока я стирал с носа кровь, черная машина стремительно выехала с парковки.
-Merda! (Черт!)-прокричал я в пустоту.
У меня до сих пор нет ничего против семьи Риччи, лишь косвенные доказательства.
Это значит, что, как минимум, еще одно гран-при в сопровождении безумства ждет меня впереди.