Глава 1: Начало
Несколькими месяцами ранее...
Аврора проснулась от громкого голоса своей старшей сестры Беатрис. Глубоко вдохнув, она почувствовала, как волна раздражения охватывает её. Она едва приоткрыла глаза, видя смутные очертания сестры, которая стояла в центре их крохотной комнаты.
— Аврора! Вставай! — повторила Беатрис. — Ты время видела? Нам через пятнадцать минут выходить! — и сестра потянулась за резинкой для волос, пытаясь быстро собрать длинные каштановые пряди в хвост.
Глаза Авроры почти не открывались, а сознание отказывалось подниматься с кровати. Она была уставшей, каждое утро, каждый новый день был повторением вчерашнего, но ещё более утомляющим. Проклиная себя за неготовность проснуться, Аврора без особого желания перевернулась на другой бок, прижимая одеяло к себе.
— Дай мне ещё пять минут, — пробормотала она, надеясь, что сестра хоть немного смягчится.
— Нам нужно собраться, а ты всё лежишь! — злилась Замудио старшая. — Каждый день одно и то же, Аврора! Я не знаю, как ты вообще можешь так жить! Ничего не хочешь, ничего не делаешь! У нас нет мамы, которая могла бы нам помочь... — её голос смягчился.
Беатрис всё время винила себя за смерть матери. Мама заболела, когда ей было 11 лет. Она была маленькой, чтобы заработать деньги и обеспечить лечение. Слишком рано у неё отняли надежду на то, что можно было изменить ситуацию. А теперь она была обязана работать не на одной, а на нескольких работах, чтобы обеспечить их с Авророй.
— Тебе уже восемнадцать лет, а ты всё ещё ведёшь себя как ребёнок! Я в твоём возрасте уже работала на трёх работах! — прокричала Беатрис, её терпение лопнуло.
Аврора тихо выдохнула, её глаза были полузакрыты, и она еле выговорила:
— Ну так ты же любишь работать, а я просто ненавижу это.
Сестра её взглянула, будто не верила своим ушам, потом усмехнулась с лёгким презрением.
— А что ты любишь? — спросила она, глаза её сузились. — Лежать, ничего не делать и надеяться на чудо? Нам никто не поможет, если мы не возьмём свою жизнь в руки. Нам нужно зарабатывать, чтобы жить.
— Папа бы помог нам...
Эти слова заставили Беатрис замереть. Она окаменела на месте, её глаза сузились, а её лицо стало ещё более напряжённым. Этой фразы было достаточно, чтобы в Беатрис проснулся весь накопившийся гнев, вся её боль... которые она приняла после смерти матери.
— Папа?! — Беатрис нахмурилась, глаза буквально горели от ненависти. — Не смей говорить о нём!
Аврора оторопело посмотрела на сестру. Всё происходящее казалось каким-то кошмаром, в который она была втянута против своей воли. Они всегда были такими разными. Беатрис всегда была маминой дочкой — серьёзной, строгой, всегда стоящей на стороне порядка. В то время как Аврора, с самого раннего детства, больше походила на отца — весёлая, не слишком заботящаяся о правилах и последствиях. Отца звали Диабло. В детстве её часто называли "дьяволёнком" — не столько из-за её поведения, сколько из-за того, что она была воплощением его характера. Несмотря на его отъезд, Аврора всегда ждала его возвращения, веря, что он вернётся и исправит всё, что было разрушено.
Беатрис же всё время возненавидела его за то, что тот уехал в Боготу, в поисках лучшей жизни. Беатрис не могла понять, почему отец оставил их с мамой в тот самый момент, когда они нуждались в его поддержке больше всего. И когда мама умерла, он даже не пришёл на её похороны, оставив их с Беатрис и Авророй одних на произвол судьбы.
— Он бросил нас, — сжала зубы Беатрис, она подступила к Авроре ещё ближе. — Он ушёл как последний трус, даже не пришёл на её похороны! Он не достоин того, чтобы о нём хоть слово произносить!
Аврора почувствовала, как её сердце сжалось. Беатрис была права. Она помнила, как тяжело переживала потерю мамы, как в этот момент мир казался пустым и безнадёжным. Но, несмотря на всё это, в её душе всё ещё жила какая-то неведомая ниточка привязанности к тому, кто её бросил. Её отец оставил её, когда ей было особенно больно, но она не могла перестать надеяться, что когда-нибудь он вернётся.
— Может у него были свои проблемы... — с трудом сказала она.
— Проблемы? — та уже кипела от злости. — Он предал нас! Он предатель, трус и ничтожество! Он выбрал свою свободу, оставив нас здесь! — Беатрис тяжело дышала, её грудь поднималась и опускалась с каждым словом. — Он даже не пытался помочь, — она замолкла на мгновение, чтобы успокоиться. — А теперь пошли, пока нас не выгнали, к чёртовой матери! — заявила она, резко повернувшись и направляясь к выходу.
***
Черноволосая шла между столами с подносом, загружённым бокалами пива и тарелками с закусками. В баре было душно, пахло перегретым маслом, дешёвым алкоголем и табачным дымом. Её волосы, стянутые в высокий хвост, слегка растрепались. На её тонкой шее выступили капли пота, а руки слегка дрожали от усталости. Мужчины за столами громко смеялись, переговаривались, чокаясь кружками, а кто-то даже пытался напевать старую песню, но из-за выпивки звучало это отвратительно.
Она подошла к дальнему столу, за которым сидели шестеро крепких мужчин, в возрасте далеко за сорок. Их лица уже покраснели от выпивки. Поставив поднос на стол, Аврора начала раздавать заказы, но стоило ей нагнуться, чтобы поставить перед одним из них тарелку, как раздался первый мерзкий комментарий.
— Ого, какая фигурка, детка...
— Я работаю, извините, — сдержанно ответила она.
— Да, в наших штанах работы полно! — засмеялся другой, хлопнув соседа по плечу.
Остальные поддержали его громким хохотом, переглядываясь между собой и отвратительно ухмыляясь. Аврора почувствовала, как внутри вскипает злость, но она знала, что связываться с такими не лучшая идея. Однако молчать она тоже не собиралась.
— Следи за языком, мерзкий извращенец, — холодно сказала она, глядя на мужчин сверху вниз.
— Ой, какая дерзкая, — ухмыльнулся один из них, лениво наклоняясь вперёд. — Мне такие нравятся. Может, ты всё-таки передумаешь?
Аврора сжала зубы, резко развернулась, намереваясь уйти, но не успела сделать и шага, как кто-то из них, пользуясь моментом, нагло шлёпнул её по попе. Её тело застыло, а пальцы крепко сжались в кулаки.
Секунда. Две...
Внутри всё вспыхнуло, ярость перекрывало разум. Она резко обернулась и ни секунды не колеблясь, схватила тарелку с супом с соседнего стола, не обращая внимания на протестующее восклицание посетителя, и с размаху вылила её на голову наглеца. Горячий бульон потёк по его волосам, капая на лицо и одежду. Он резко вскочил, смахивая суп с лица, а его друзья замерли, не зная, как реагировать. Кто-то в баре засмеялся, кто-то присвистнул.
— Ах ты, сука! — прорычал мужчина, сжимая кулаки.
— Будешь знать, как тянуть свои грабли, куда не следует! — ответила Аврора, отступая назад.
За барной стойкой Беатрис тяжело выдохнула, она знала, что её младшая сестра вспыльчивая, но это... это уже ни в какие ворота не лезло. И, конечно, через несколько секунд в помещение ворвался шеф бара, это был невысокий, коренастый мужчина с лысиной и пивным животом.
— АВРОРА! — взревел он, подходя к ней быстрыми шагами. — Что, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, ТЫ ТОЛЬКО ЧТО СДЕЛАЛА?!
— Он приставал ко мне, — Аврора скрестила руки на груди, не собираясь извиняться.
— И ЧТО? — рявкнул шеф. — Они ПЛАТЯТ, понимаешь?! Это обычные клиенты, а ты что устроила?!
— То есть, по-твоему, я должна просто стоять и улыбаться, пока меня лапают и говорят мерзости?
— Да мне плевать, что они там говорят! — взорвался шеф. — Твоя работа носить заказы и не устраивать сцены! А теперь ВОН ИЗ МОЕГО БАРА!
Аврора усмехнулась, бросив на него полный презрения взгляд.
— Да пошёл ты, — спокойно сказала она, снимая с себя фартук и бросая его на пол.
И, развернувшись, она направилась к выходу, чувствуя на себе десятки взглядов. Дверь громко хлопнула за её спиной, когда она вышла на улицу. Беатрис, стиснув зубы, вытерла руки о полотенце и быстрым шагом подошла к шефу.
— Шеф, подождите! — она схватила его за локоть. — Не увольняйте её, пожалуйста!
— А, значит, ты тоже хочешь вылететь?! — рявкнул он, вырывая руку.
— Нет, нет! — Беатрис глубоко вдохнула, стараясь сохранять спокойствие. — Послушайте, я поговорю с ней! Она не должна была так поступать, но... но поймите, ей всего восемнадцать, она не привыкла к такому... Она не справляется с давлением.
— Не справляется? — хмыкнул шеф, скрестив руки на груди. — Если она не вернётся и не будет работать дальше, можешь считать, что ты работаешь одна!
Беатрис сжала губы, отчаянно ища выход. Аврора Замудио была не из тех, кого легко переубедить. Да еще после такой сцены она точно не вернётся. Она слишком хорошо знала свою сестру.
— Нам нужна эта работа, — её голос дрогнул. — Нам некуда идти! Я клянусь, она не будет больше так себя вести! Пожалуйста... Дайте мне с ней поговорить.
Шеф раздражённо вздохнул, почесав затылок.
— Чёрт с тобой. Один шанс. Уладь это до конца смены, иначе...
Беатрис кивнула, развернулась и поспешила к выходу, надеясь, что успеет догнать Аврору, прежде чем та натворит ещё что-нибудь.
Черноволосая девушка медленно шла по песку, чувствуя, как тёплые волны мягко обмывают её ступни. Песок приятно холодил кожу, но она этого почти не замечала. Ветер с моря хлестал по лицу, растрепывая длинные волосы и принося с собой солёный запах воды, водорослей и рыбы. Аврора чувствовала, как внутри всё горит, будто раскалённый металл растекается по венам. Если бы сейчас кто-то подошёл и заговорил, она, наверное, не выдержала бы и сорвалась, накричала, заплакала, а может, просто убежала прочь.
На пляже рыбаки тянули тяжёлые сети, полные серебристой рыбы, мужчины выкрикивали друг другу что-то на жарком, певучем испанском. Немного дальше дети с визгом гонялись друг за другом, бросаясь мокрым песком, строя кривые замки и ровики, которые смоет первой же волной. Женщины сидели на перевёрнутых лодках, щурясь на солнце и переговариваясь о чём-то своём, обыденном. А Аврора стояла посреди всего этого и чувствовала себя чужой. Казалось, весь мир двигался вперёд, а её жизнь застыла на месте
Глаза защипало. Она стиснула зубы, сжала кулаки так сильно, что ногти впились в кожу. Не плачь. Не сейчас. Не здесь. Но слёзы уже выступили на ресницах предательски, и, несмотря на усилия, потекли по щекам. Она зажала рот рукой, чтобы никто не услышал её рыданий, но всхлипы всё равно прорвались наружу.
— АВРОРА!
Резкий голос заставил её вздрогнуть. Сердце упало в пятки. Она резко обернулась и увидела Беатрис, стремительно приближающуюся к ней.
— Ты совсем с ума сошла?! — выкрикнула Беатрис, едва подойдя. Её щеки пылали, а волосы выбились из хвоста.
Аврора отступила на шаг, не глядя в глаза сестре. Морская волна мягко коснулась её щиколоток.
— Я не обязана это терпеть, — тихо сказала она, глядя вдаль, туда, где солнце тонуло в море.
— Не обязана?! — Беатрис почти захлебнулась от возмущения. — Нам нужны деньги, Аврора! Деньги! — она резко схватила сестру за запястье, больно сжимая. — Ты хоть раз думала обо мне? О том, что я тяну нас обеих? Что я пашу с утра до ночи, чтобы мы хоть что-то ели? Если бы не я, тебя бы уже давно уволили, и тогда бы посмотрела, где ты найдёшь другую работу в этой дыре!
Аврора попыталась выдернуть руку, но хватка Беатрис была сильной.
— Ты не понимаешь... — прошептала она.
— Да я всё прекрасно понимаю! — рявкнула Беатрис, не отпуская. — Я понимаю, что ты ведёшь себя как избалованный ребёнок, который ждёт, что весь мир будет кружиться вокруг него! Думаешь, кто-то придёт и спасёт нас? Никто!
— А знаешь что?! — выкрикнула она, резко вырывая руку. — Да, я хочу большего! Я хочу выбраться из этой дыры!
Беатрис замерла, будто не ожидала услышать такое.
— Я мечтаю о роскоши, о другой жизни! Я хочу купаться в деньгах, носить красивые платья, жить в городе, где никто не знает, кто я! Я хочу нормальную жизнь, Беатрис! — она вскинула руки. — Каждый день я просыпаюсь с мыслью, что если я пойду работать, всё изменится! Что мы перестанем есть черствый хлеб и считать каждую монету, что наш дом перестанет трещать по швам! Но ничего не меняется! И знаешь что? — Аврора сжала кулаки, сделав шаг вперёд. — Никогда и ничего не изменится! Потому что ты привыкла к этой нищете, ты с ней смирилась! — она резко ткнула пальцем в грудь сестре. — А я нет!
Беатрис стояла молча, глядя на Аврору. В её глазах впервые промелькнула не злость, а усталость. Но Аврора уже не могла остановиться, внутри неё бушевало всё то, что годами копилось и рвалось наружу, как буря, как волна, готовая смести всё вокруг. Беатрис широко раскрыла глаза, но Аврора не дала ей вставить ни слова.
— Ты смотришь на этот пляж и видишь счастливых детей, которые играют в песке, а я вижу лишь бедность! Этот город воняет бедностью! И я вся пропахла бедностью! Меня от этого тошнит! — она перевела дыхание, её грудь стремительно вздымалась, — Меня тошнит от того, что ты не хочешь ничего изменить! Ты чувствуешь себя хорошо и радуешься тому, что у нас есть, а я хочу большего! Мне нужно большее! Я хочу добиться всего!
Ветер трепал её длинные волосы, ее пухлые губы дрожали, слёзы снова текли по щекам. Она стояла на фоне бушующего моря, сжав кулаки, злость и отчаяние кипели внутри. Беатрис молчала. Она смотрела на сестру и вдруг поняла, что перед ней стоит не капризный ребёнок, а человек, который действительно устал, но она не могла поддакивать сестре, иначе она расслабиться.
— Аврора... — наконец сказала она.
— Я не могу так больше, Беатрис, — выдохнула та. — Я просто не могу.
— Ты такая неблагодарная, — с разочарованием сказала брюнетка. — Ты стоишь на земле, но хочешь дотронуться до звёзд, — она сделала шаг ближе, не отрывая взгляда от сестры. — Некоторые рождаются богатыми, а некоторые нет. Некоторым суждено летать высоко, а некоторым ходить по земле. Это правда жизни. И если ты не научишься принимать мир таким, какой он есть, он тебя сломает, — Аврора молча глотнула ком. — Ты думаешь, что я этого не хотела? — её губы дрогнули. — Думаешь, мне не хотелось сбежать отсюда, выбросить эту дурацкую форму бармена, уйти подальше и жить другой жизнью? Хотелось, Аврора. Каждый день. Но я смотрела на тебя, в твои голодные глаза и понимала, что если я уйду, то тебе не выжить, — она провела рукой по лицу, стряхивая слёзы. — Я работаю, потому что мы должны есть. Я работаю, потому что мы должны платить за электричество в этом доме, где течёт потолок. Потому что если не мы, то никто. Ты понимаешь это? Никто! — Беатрис сделала резкий вдох, сжимая губы. — Ты жалуешься, что ничего не меняется, но скажи мне: что ты сделала, чтобы это изменить? Кричать, что тебе мало — это не менять. Убегать с работы — это не менять. Мир не ждёт, когда ты соблаговолишь забрать своё "всё". Мир забирают те, кто готов вгрызаться в него зубами, кто готов ползти, если не может бежать, кто не сдается, даже когда его сбивают с ног, — она тяжело вздохнула. — Ты хочешь большего, а ты готова за него бороться? Готова ли ты испачкаться, разбить колени, падать и снова вставать? Или ты просто хочешь, чтобы всё случилось само собой?
— Вот и буду бороться! — резко бросила Аврора.
Она не стала ждать ответа сестры, не стала спорить, оправдываться, не стала даже смотреть на неё, она просто развернулась и пошла прочь.
— Аврора! — Беатрис сделала шаг вперёд, но сестра не остановилась. — Куда ты собралась?!
Но та не слушала.
— Ты не можешь просто уйти!
Аврора шла по улицам, не обращая внимания на людей вокруг. Она двигалась быстро, почти бегом, стараясь не думать. Но мысли накрывали её с такой силой, что ей казалось, что они вот-вот разорвут её изнутри. Ей восемнадцать лет. Восемнадцать. Ей не было еще двадцати, но уже ощущалась эта тяжесть взросления. И ведь она не могла игнорировать этот факт — она взрослая, и теперь она сама должна принимать решения. Она сама должна быть хозяином своей жизни. Она может делать всё, что захочет. Почему же, несмотря на всё это, она продолжала жить по правилам своей старшей сестры? Почему она не могла, наконец, взять свою жизнь в свои руки, оставить старые ограничения позади и начать делать то, что она сама считает правильным?
Мысленно она подняла взгляд, и вдруг перед ней возникла мысль, которая заставила её сердце сжаться. Богота. Как раз это место она представляла себе, когда думала о будущем. Это был шанс. Возможно, именно там начнётся её новая жизнь. Она могла бы уехать туда. Богота могла стать началом всего, чего она так долго ждала. Она могла бы найти своего отца.
Но был ещё один важный вопрос. Почему она должна продолжать жить с Беатрис, если их пути так сильно разошлись? Они всегда были разные, но теперь разница стала почти непреодолимой. Беатрис приняла свою судьбу, смирилась с тем, что её жизнь стала такой, как есть, а Аврора не могла. Не могла смотреть, как всё становится одинаковым, серым, как каждый день превращается в повторяющийся цикл: работа, дом, ужин в одиночестве, снова сон, и опять — всё то же самое на следующий день. Это было не для неё. Она хотела больше. Она заслуживала больше. Она была готова на всё, чтобы найти свой путь.
Девушка ускорила шаг, и её ноги вели её через узкие улочки. Она прекрасно осознавала, что у неё нет денег. Зарплата в баре, где она работала, была мизерной. Сегодняшняя выходка с возможным увольнением добавляла лишних забот. Денег едва хватало на повседневные нужды, а сестра вряд ли согласится её поддержать. Итак, ей нужно было найти решение, как найти деньги. Внутренний голос напоминал, что возможно, она не будет в состоянии справиться, но она отказалась его слушать.
Проходя мимо домов, Аврора заметила дом сеньоры Лукреции. Эта женщина жила одна и была немолода. Часто Аврора помогала ей: приносила воду, носила сумки. Сеньора Лукреция не всегда могла оплатить её труд, но в обмен на помощь она дарила девушке продукты или давала немного денег. Сегодня же ей нужно было больше. Она остановилась перед дверью и глубоко вздохнула. Она знала, что этот шаг будет непростым, но другого пути у неё не было. Она постучала в дверь.
— Кто там? — раздался строгий голос с той стороны.
— Сеньора Лулу, это Аврорита, — ответила она.
Через несколько секунд дверь с тихим скрипом открылась. Женщина в длинном старом халате, с аккуратно собранными седеющими волосами, выглядела на неё, оценивающе, без особых эмоций.
— Что-то случилось?
— Мне нужна ваша помощь, — ответила Аврора.
— Помощь? — женщина прищурилась, опершись о дверной косяк. Несколько секунд она молча изучала девушку, словно пыталась понять, не принесла ли та беду, а потом медленно отошла в сторону. — Проходи.
В доме стоял запах сушёных трав, старого дерева и чая. На низком деревянном столике у окна стоял глиняный чайник, из носика которого поднимался пар, окутывая комнату мягкой дымкой. Лукреция опустилась на подушку у стола и указала Авроре на место напротив, и та села, сложив руки на коленях. Пальцы непроизвольно дрожали.
— Говори, — тихо сказала женщина, не отрывая взгляда.
Аврора глубоко вдохнула. Её горло пересохло, но она заставила себя говорить чётко, без колебаний:
— Я долго думала... и решила уехать в Боготу.
Лукреция замерла с чашкой в руке, потом медленно поставила её обратно на блюдце.
— В Боготу? — она удивилась. — И что ты там собираешься делать, девочка?
Аврора подняла глаза.
— Найти отца, — сказала она. — И начать новую жизнь.
Лукреция долго смотрела на неё. На мгновение в её глазах мелькнуло что-то... не то жалость, не то понимание. Но она ничего не сказала.
— Мне нужны деньги, — тихо произнесла Аврора. — На билет и хотя бы немного на первое время.
— Денег у меня не так много, доченька, — сказала она с грустью, чуть покачав головой.
— Я верну, — поспешно добавила Аврора, подаваясь вперёд. — Клянусь, верну всё, как только смогу.
Сеньора не ответила сразу. Она взяла чайник, неторопливо налила в свою чашку, добавила ложку мёда и размешала, глядя, как ложка звенит о керамику. Только потом медленно отпила и произнесла:
— Почему ты решила уехать одна?
Аврора отвела взгляд в сторону. За окном кто-то кричал ребёнку, чтобы тот не бегал по дороге.
— Потому что я больше не могу здесь жить, — сказала она наконец. — Всё вокруг будто стоит на месте. Никто не мечтает, никто ничего не ждёт, все просто плывут по течению. Я не хочу быть такой.
Лукреция поставила чашку и переплела пальцы.
— А что тебя ждёт в Боготе? — спросила она после долгой паузы. — Ты думаешь, там проще? Думаешь, улицы вымощены золотом, а люди открывают двери и зовут за стол? — она покачала головой. — Нет, Аврора. Ты не первая, кто хочет вырваться. И не последняя. Большинство возвращаются разбитые, потерянные, и без гроша. Я не хочу, чтобы ты стала одной из них.
— Я не вернусь, — сказала она твёрдо.
Женщина снова долго смотрела на Аврору задумчиво. На этот раз Лукреция точно приняла решение, как бы не хотелось ей сопротивляться этому. Она знала, что не может отвернуться от этой девочки, которая стала ей почти родной. Лукреция всегда жалела Аврору — ту маленькую девочку, потерявшую мать в таком раннем возрасте, ту, которую бросил отец, оставившуюся наедине с проблемами, которые взрослые не могли или не хотели решать. Она виделась в ней отражение собственной юности, когда её жизнь тоже была полной неразрешённых вопросов и боли. Но самое главное — она понимала, что Аврора не могла оставаться в этом тупике.
Она медленно встала, её старое тело с трудом двигалось. Подойдя к большому деревянному сундуку у стены, она открыла его. Лукреция порылась среди старых вещей и, наконец, достала конверт. Он был немного потрёпан, но внутри всё было в порядке. Она вернулась к столу, и, не говоря ни слова, протянула его Авроре.
— Здесь достаточно, чтобы ты добралась до Боготы и прожила там пару дней, — сказала она.
Аврора застыла, не веря своим глазам. Это был шанс. Шанс, о котором она так долго мечтала. Сколько ночей она сидела в тёмной комнате, представляя себе этот момент? Сколько раз она убеждала себя, что однажды всё изменится, что она найдёт свой путь? И вот, теперь это случилось. Мечта становится реальностью. Она снова посмотрела на конверт и едва могла поверить, что всё так просто. Стоило только решиться.
— Спасибо, — прошептала она.
— Не благодари, — строго сказала Лукреция. — Лучше докажи, что это не зря. Добейся всего, о чём твое маленькое сердечко мечтает.
Аврора крепко сжала конверт, чувствуя, как её сердце бешено колотится в груди. Она встала, не удержав улыбки, которая непроизвольно расползалась по её лицу, и, обняв Лукрецию, вновь прошептала:
— Спасибо... Спасибо большое.
Затем она выбежала из дома. Она почти не замечала, как её ноги сами несут её вперёд, как будто она была на крыльях. Вечернее небо было покрыто серыми облаками, и провинция, в которой она выросла, выглядела ещё более угрюмой, чем днём. Старые дома с облупившейся краской, потрескавшийся асфальт, повсюду ржавые велосипеды, прислонённые к стенам. Где-то вдали был слышен лай собак. Но Аврору это уже не волновало.
Здесь её больше ничего не держало.
Когда девушка подошла к дому, в котором она провела всю свою жизнь, она почувствовала странное облегчение. Беатрис ещё не вернулась с работы, и это было только на руку. Она быстро зашла внутрь, осторожно закрыла за собой дверь и пошла в комнату. Внутри всё было очень просто: узкая кровать с неопрятно брошенным одеялом, старая тумбочка, в шкафу, наполовину набитом вещами, кое-как сложенная одежда. На стенах висели несколько фотографий, на которых были запечатлены моменты её детства. Когда она уедет, она точно не будет скучать по этим четырём стенам, скрипучей двери, по всем этим вещам, которые напоминают ей о бедности и борьбе за каждый новый день.
Аврора подошла к кровати, присела на край и стиснула губы. Перед ней был её старый чемодан. Он был небольшой, почти детский, но другого у неё не было. Она вынула его из-под кровати и начала складывать вещи. Не было времени на раздумья. Она быстро собрала несколько футболок, пару джинсов и нижнее бельё. Одна приличная блузка, на всякий случай. А вдруг в Боготе ей придется выглядеть немного лучше? Оказавшись в новом городе, она хотела выглядеть уверенно, чтобы хоть как-то произвести впечатление на людей, а не быть тем, кем она была здесь.
Когда вещи были сложены, Аврора потянулась к своей тумбочке. Из неё она достала маленькую коробочку, где хранила все свои сбережения. Не сказать, чтобы это были какие-то большие деньги, но для неё это было всё, что у неё было. Однако теперь, благодаря Лукреции, в её руках был ещё и конверт, который даст ей шанс. Её взгляд упал на старую фотографию, прикреплённую к углу. Она долго смотрела на неё, почти не замечая, как сердце сжимается от воспоминаний. На фото были она, Беатрис и их родители. Это снимок был сделан ещё до того, как отец ушёл, до того, как он навсегда исчез из их жизни. Аврора всегда смотрела на это фото с надеждой, что вот, когда-нибудь, дверь откроется, и отец вернётся. Но годы шли, а он так и не вернулся. Она провела пальцами по краю фотографии, а затем аккуратно убрала её в чемодан.
Её пальцы коснулись старого телефона-раскладушки, который лежал на тумбочке. Он был покрыт царапинами, кнопки с трудом нажимались, но он всё ещё работал. Аврора открыла его и нашла нужный контакт — Хуан. Хуан Резендес, её кузен. Он переехал в Боготу много лет назад, со своей девушкой Паулой, и с тех пор они поддерживали редкие контакты. Иногда Хуан посылал им деньги, когда мог позволить себе помочь. Хотя они не виделись уже давно, переписывались они не так уж редко. Если бы кто и мог помочь ей в столице, то это был только он. Аврора быстро набрала сообщение:
"Хуан, привет! Мне срочно нужно приехать в Боготу. Можно остановиться у тебя хотя бы на первое время?"
Она не переживала, что он может ей отказать. Всё в её жизни было построено на уверенности, что она будет двигаться вперёд, не останавливаясь. Хуан не мог отказать, она была в этом уверена. Всё пойдет по плану. Отправив сообщение, Аврора опустилась на кровать. Она лежала в тишине, глядя в потолок, и чувствовала, как внутри её нарастает предвкушение. Сама мысль о том, что она скоро уедет, наполняла её силами. Завтра или послезавтра она будет в Боготе.
Ранним утром..
Утро наступило. Черноволосая девушка медленно открыла глаза. Несколько секунд она просто лежала, пытаясь осознать, что это всё не сон, не иллюзия, а реальность. Сегодня — тот самый день. Этот момент, ради которого она пережила столько сомнений и страха. В груди резко забилось сердце, а руки стали холодными от волнения. Время пришло.
Она осторожно повернула голову, взглянув на соседнюю кровать. Беатрис ещё спала. Её старшая сестра была сложена в своей привычной позе, с укрытой подушкой головой. Аврора понимала, что в этот момент она должна уйти, пока сестра не проснулась. Беатрис никогда бы не поняла. Она бы остановила её, заставила бы остаться, говоря, что она ещё слишком молода для таких решений. Но Аврора знала, что если останется, то она просто застрянет в этом болоте, которое вокруг неё. Она не могла больше быть частью этого.
Тихо она соскользнула с кровати, стараясь не потревожить сестру. Схватив чемодан, который она заранее поставила у двери и спрятала за шторкой, она встала на ноги и быстро прошла в коридор. Переодеться в комнате было невозможно — если Беатрис проснётся и её заметит, она поймёт, что что-то не так. Поэтому ещё вчера она приготовила одежду, чтобы не тратить на это время сегодня. Широкие джинсы, белая майка, чёрная зипка — всё, что нужно было для начала новой жизни. Аврора быстро расчесала волосы, собрав их в высокий хвост, и даже немного нанесла помаду, чтобы выглядеть презентабельно. Она взглянула на себя в зеркало, висящее в коридоре, и кивнула.
Осторожно, шаг за шагом, она прошла по коридору, стараясь не издавать ни малейшего шума. Она не могла позволить себе ошибиться. Но когда она подошла к двери, та предательски заскрипела, и сердце Авроры на мгновение замерло. Она замерла, вглядываясь в тёмный коридор, ожидая, что вот-вот услышит шаги Беатрис. Но ничего. Аврора сделала ещё один шаг, потом ещё один, и только когда оказалась на улице, она позволила себе выдохнуть. Это было как сбросить тяжёлую ношу с плеч.
Шагая быстрым шагом, она направилась к автостанции.
Когда она добралась до автостанции, там уже было много людей. Толпы двигались между рядами автобусов, переговаривались, багажные отделения громко хлопали, а диспетчеры выкрикивали направления. Она оглянулась, явно ожидая, что из-за угла появится Беатрис, схватит её за руку и заставит вернуться. Но сестры нигде не было. Она подошла к кассе, где за стеклом сидела пожилая женщина с короткими седыми волосами, сосредоточенно заполняющая какие-то документы.
— Мне один билет в Боготу, в один конец, пожалуйста, — сказала Аврора, чувствуя, как внутри неё нарастает волнение.
Женщина быстро взглянула на расписание и кивнула.
— 6:30. Осталось несколько мест.
— Беру, — ответила Аврора, протягивая деньги, чувствуя, как её рука слегка дрожит.
Женщина забрала деньги и выдала ей билет. Она взяла его, бережно сжимая в руках.
— Спасибо, — сказала она, стараясь скрыть все эмоции, которые наполняли её.
Замудио отошла от кассы и посмотрела на билет, будто ещё раз убеждая себя, что всё верно. Богота. 6:30. Девушка подошла к автобусу как раз вовремя: через несколько секунд его огромные колёса с характерным шипением начали замедлять ход, а двери со скрежетом раскрылись, приглашая пассажиров. Перед тем как подняться, она обернулась, и взгляд её невольно задержался на знакомых улицах, на маленькой автостанции, на серых домах, которые казались такими чуждыми, хотя она знала каждую трещину в их стенах, каждый уголок, каждый поворот. Здесь прошли все её годы: детство, полное мечтаний, радости и боли, ссоры с Беатрис, их непрекращающиеся разногласия, но также и моменты, когда они поддерживали друг друга. Она вспомнила, как по вечерам сидела в комнате, мечтая о чём-то большем, пытаясь вырваться из этого замкнутого круга. Она знала, что если остановится хоть на секунду, то она обязательно усомнится в своём решении.
— Девушка, проходите, — услышала она голос водителя.
Она кивнула и, сделав глубокий вдох, поднялась на первую ступеньку автобуса. Мужчина взглянул на неё, забрал чемодан и проверил билет, не сказав ни слова. Молча он кивнул и указал на багажное отделение.
— Чемодан я возьму, садитесь, — сказал он.
Аврора поблагодарила его коротко и прошла внутрь. Автобус был почти полон. Пожилая пара у окна тихо переговаривалась, мужчина в костюме читал газету, девушка с наушниками в углу погружена в свой телефон. Она нашла своё место у окна, села, крепко сжимая билет в руках. Её мысли вернулись к Хуану. Она помнила его сообщение, которое пришло вчера вечером:
«Конечно, приезжай. Я тебя встречу на автостанции.»
Ещё одно подтверждение, что она правильно делает. Её решение было верным.
Автобус слегка дернулся, и он начал отъезжать. Вдали начали исчезать маленькие дома, улицы, знакомые её с детства. Каждое движение автобуса, каждая остановка всё дальше уносили её от того места, которое она оставила позади. Всё, что она знала, уходило. Она улыбнулась, ощущая, как внутреннее напряжение растворяется. Всё будет хорошо. Она была уверена.
Спустя 2 часа...
Автобус с лёгким скрипом остановился у станции в Боготе. Двери автобуса открылись, и первые пассажиры начали выходить. Аврора почувствовала, как её сердце сделало пару резких рывков. Она была первой, кто спрыгнул на землю, и сразу почувствовала, как мир вокруг её изменился. Город казался таким огромным, а все двигались куда-то, спешили, не замечая ничего вокруг.
Она глубоко вдохнула, пытаясь впитать в себя все ощущения этого нового города: свежий воздух, запах уличной еды, аромат свежевыпеченных булочек и далёкие запахи выхлопных газов. Водитель автобуса, аккуратно поставив её чемодан на тротуар и немного кивнул.
— Ой, спасибки, вы такой джентльмен! — сказала Аврора, не удержавшись от лёгкого хихиканья.
Водитель тоже улыбнулся и вернулся к своим делам. Девушка схватила чемодан за ручку и, с решимостью в глазах, уверенно двинулась вперёд. Она шагала по широкому тротуару, ловя обрывки разговоров людей, которые проходили мимо, и наблюдая за нескончаемым потоком машин. Далеко внизу улицы высились многоэтажки. Город был живым, бурным и неизмеримо огромным.
И тут её взгляд зацепился за красную машину, припаркованную у обочины. Она сразу узнала её — это была машина Хуана. Он стоял у машины, чуть наклонившись вперёд, разговаривая с кем-то. С его стороны стоял незнакомец — молодой человек в чёрной рубашке, слегка закатанной на запястьях, и в тёмных брюках. Его длинные коричневые волосы мягко спадали на плечи.
Аврора ускорила шаг, стремясь к кузену. В этот момент Хуан достал свой телефон и начал набирать номер, не замечая её. Она не могла сдержать улыбки. Услышав в кармане звук звонка, она поднесла телефон к уху, смеясь про себя.
— Алло, — сказала она, сдерживая смех, — Я тут!
На мгновение Хуан резко обернулся, и его лицо озарила широкая улыбка.
— Эй! — он рассмеялся, пряча телефон в карман. — Ты так быстро добралась! Как ты это сделала?
Аврора засмеялась в ответ, подходя ближе. В этот момент незнакомец повернулся к ней и посмотрел прямо в лицо. Она застыла на мгновение. Он был невероятно красив. Парню было немного больше двадцати, и он с лёгкостью мог бы быть моделью или актёром. Его карие глаза были сосредоточены на ней, не скрывая того, что он был заинтригован. Она почувствовала лёгкое беспокойство, но быстро его прогнала. Она встала прямо, улыбаясь, и с уверенностью произнесла:
— Здравствуйте.
Хуан сделал несколько шагов к ней, и, не раздумывая, крепко обнял её. Она почувствовала тепло его рук и моментально расслабилась.
— Добро пожаловать в Боготу, — произнёс он, слегка покачиваясь с ней из стороны в сторону.
— Спасибо, — тихо ответила она, не в силах сдержать радости.
Она открыла глаза и посмотрела на незнакомца, который стоял несколько шагов позади. Он не знал, что делать, и почесал нос, явно смущённый, его взгляд метался между ней и Хуаном. Было что-то очаровательное в его неловкости, что заставило её снова улыбнуться.
— Ты даже не представляешь, сколько я всего натерпелась, — театрально покачала она головой, преувеличенно вытирая лоб.
Незнакомец слегка покраснел и снова взглянул на неё, его губы сжались в улыбке. Он не знал, что сказать, но это было даже лучше. Хуан отстранился от Авроры, его руки опустились на её плечи, и он оглядел её.
— Что? — с лёгкой усмешкой спросила Аврора, поправляя прядь волос за ухо.
Хуан моргнул, вернувшись в реальность, и поспешно отвёл взгляд. Однако его губы не смогли скрыть лёгкую улыбку, которая выскользнула, несмотря на попытки сдержать её.
— Ты так изменилась, я в шоке, — сказал он, с удивлением наблюдая за ней.
Аврора слегка наклонила голову, её длинные волосы медленно скользнули по плечу, а в глазах промелькнуло что-то игривое. Она ухмыльнулась и ответила:
— В хорошую же сторону? — она сказала это с такой уверенностью, что Хуан не мог не улыбнуться в ответ. — Только попробуй сказать "нет", — добавила она с насмешкой.
— Конечно, в хорошую, — Хуан немного задумался, подбирая слова. — Ты стала... — он замолк, а затем продолжил, — Красивее и увереннее, как будто ты наконец-то нашла себя.
Аврора на мгновение поджала губы, а затем улыбнулась, как будто сама не верила в его слова.
— Ну, я даже не знаю, по-моему, я такая же... — ответила она, но её взгляд, полон уверенности, уже говорил совсем другое.
— Ну, раз так, — Хуан вдруг игриво наклонился ближе, глядя на неё снизу вверх, — Тебе ведь не терпится рассказать мне обо всём, что произошло, да?
Аврора посмеялась, весело ударив его по плечу.
— Хуанито, ты же знаешь, что я не умею коротко рассказывать, — сказала она, весело смотря на него.
Но, снова посмотрев на незнакомца, она заметила, как он внимательно исследовал ее черты лица. Хуан резко вернулся в реальность, и его лицо быстро изменилось, когда он понял, что забыл об одном важном человеке. Он быстро отступил шаг назад, схватил своего друга за плечи и, подталкивая его вперёд, сказал:
— Стоит как истукан и ничего не говорит.
Аврора с любопытством перевела взгляд на незнакомца, а Хуан с улыбкой продолжил:
— Аврора, это Мариано Заморо, режиссёр театра "Фариенн" и мой хороший друг. У него сломалась машина, и мне пришлось везти его с собой.
Аврора, внимательно осматривая Мариано, заметила его неловкость и сразу решила разрядить атмосферу. С тёплой улыбкой она протянула руку:
— Оу, приятно познакомиться, я Аврора Замудио, — сказала она, продолжая смотреть на него с искренним интересом.
Хуан, толкнув Мариано локтем, заставил его сделать шаг вперёд. Мариано, недовольно посмотрев на него, всё же решил, что не стоит оставаться в стороне. Он неуверенно протянул руку и пожал её. Когда его пальцы коснулись её кожи, он ощутил неожиданное тепло, которое растеклось по всему его телу. Мариано поднял взгляд и встретился с её глазами, теми тёмными глазами, которые смотрели будто ему в душу. Его сердце резко забилось, и он почувствовал, как слова застряли в горле. Аврора просто смотрела на него, ожидая, что он скажет что-то.
— Очень приятно, — наконец выдавил Мариано, пытаясь успокоиться.
Аврора улыбнулась в ответ и кивнула.
— Так, нам пора! — громко сказал Хуан, хлопнув в ладоши.
Он посмотрел на Аврору и Мариано, которые, несмотря на его нетерпение, оставались на месте. Хуан быстро подошёл к багажнику, взял чемодан Авроры, открыл багажник и поставил чемодан внутрь. Он бросил взгляд на пару, и тут же понял, что оба молча стоят и глазеют друг на друга.
— Всё, садимся, мы опаздываем! — повторил он, разводя руками.
— Точно, — посмеялся Мариано нервно.
Аврора подмигнула Хуану, и, не говоря больше ни слова, подошла к машине. Она протянула руку к дверной ручке, чтобы открыть её, но в тот же момент рядом появился Мариано. Он тоже потянулся к той же ручке, и их пальцы снова случайно соприкоснулись. Девушка замерла на мгновение, подняла взгляд и повернула голову. Мариано стоял рядом, и в его поведении было что-то, что выдавало, что он не знал, как реагировать на произошедшее. Его улыбка была нервной, он явно чувствовал себя неловко.
— Я хотел придержать дверь, — сказал он, немного смутившись, и поспешил убрать свою руку от ручки, чтобы дать Авроре возможность открыть её.
Аврора, не скрывая своей лёгкой улыбки, убрала свою руку и сделала шаг назад, позволив Мариано открыть для неё дверь. Она смотрела на него с искренней благодарностью, но и в её глазах проскользнуло нечто большее. Она всё ещё ощущала тепло от их случайного прикосновения, и хоть она и не показывала этого, внутри неё что-то дернулось.
— Спасибо, — сказала она с улыбкой.
Мариано быстро открыл дверь, и Аврора, не задумываясь, села на заднее сиденье, позволяя ему закрыть её за собой. Заморо, заметив её взгляд, прокашлялся от волнения, ощущая, как его сердце слегка ускоряет ритм. Он быстро сел на переднее сиденье рядом с Хуаном, который уже устроился за рулём и заводил машину, не обращая внимания на то, что происходило в салоне.
— Ну, раз мы все устроились, — пробормотал Хуан, когда машина тронулась с места, — Давайте поговорим, что ли.
Мариано посмотрел через зеркало на Аврору, чувствуя, как его руки нервно сжимаются на сиденье, и спросил:
— А вы откуда?
Аврора, несмотря на его вопрос, продолжала смотреть в окно. Она не могла оторваться от вида города, его улиц, людей, машин, и, в то же время, мысли о том, что ей только что пришлось всё бросить, все ещё крутились в её голове. Она слегка отвернулась, чтобы скрыть своё волнение, и ответила:
— Я из провинции Сан-Андрес рядом с...
— Рядом с морем? — спросил Мариано.
— Да, — ответила она и перевела взгляд в зеркало, их глаза встретились на мгновение. Она тихо добавила: — Это... красивое место.
— Что вас привело в Боготу? — с интересом спросил Мариано.
Аврора несколько секунд молчала, прежде чем ответить. Она не хотела открывать все карты. Это было так сложно — рассказывать незнакомцам о своей жизни, особенно о тех трудных временах, которые она пережила. Она не любила говорить о бедности, но, понимая, что не ответить будет невозможно, вздохнула и сказала, немного нервничая:
— Как и все, пришла за лучшей жизнью. — она помолчала, заметив, как Хуан фыркнул, слушая её ответы. — Я поняла, что в Сан-Андрес у меня нет никакого будущего, и я решила, что в Боготе шансов стать кем-то куда больше.
— Это правда, — хихикнул Хуан, не пытаясь скрыть сарказма. — Хотя здесь с работой тоже туго из-за приезжих, которые занимают наши места, — он фыркнул и покачал головой. — Вот надоели все эти приезжие...
— Это камень в мой огород? — спросила она с прищуром, наигранно обидевшись, хотя понимала, что он лишь шутит, затем громко рассмеялась.
Мариано смотрел, как Аврора смеялась, и это было так заразительно, что и его улыбка невольно расплылась по лицу.
— Нет-нет, — быстро отмахнулся Хуан, заметив её реакцию. — Я про других, естественно.
— Я тебя поняла, — она усмехнулась. — А ты, Хуан, где работаешь сейчас? — спросила она, посмотрев на кузена.
— Я в театре работаю, — Хуан пожал плечами, как будто это не было чем-то особенным. — Я типа помощник, но не ассистент. Это важно. — он окинул своих собеседников взглядом, а затем продолжил: — Тут как бы свои нюансы, понимаешь?
Аврора рассмеялась, слыша знакомую интонацию Хуана, которая всегда заставляла её улыбаться. Она облокотилась на сиденье, с комфортом расправляя плечи. Затем до нее всё-таки дошло, она в недоумении покачала головой, услышав объяснение Хуана. Она, конечно, не совсем поняла, что именно он имел в виду под «помощником», но решила, что лучше не задавать лишних вопросов и, возможно, разобраться с этим позже. Она вздохнула и, посмотрев на Хуана, спросила:
— Я еду с вами в театр сейчас?
— Нет, — ответил он, не отвлекаясь от дороги. — Я оставлю тебе ключи от дома, а ты можешь там побыть, пока я с Мариано поеду дальше. Нам точно влетит от Анибала, если мы опоздаем.
Он взглянул на Мариано, тот кивнул в ответ.
— А Паула? — спросила она, наклонив голову и посмотрев на него с едва заметным интересом.
— Она сейчас тоже на работе, — хихикнул он. — Так что тебе никто не будет мешать.
Она подняла одну бровь и с загадочной улыбкой наклонилась вперёд, чтобы ткнуть пальцем в щеку Хуана.
— Так я не об этом, — произнесла она. — Вы ещё вместе, да?
— Да, — ответил он, и улыбнувшись, дёрнул головой в сторону: — Мы с ней всё обсудили, кстати
Аврора слегка рассмеялась и вернулась на своё место.
— Она давно хотела познакомиться с кем-то из моих родственников, — кивнул Хуан. — Всё нормально.
Аврора поджала губы и с улыбкой посмотрела в окно. Она немного успокоилась, не хватило ей еще конфликтов с девушкой кузена. Однако, ее взгляд всё равно невольно скользнул в зеркало, где она заметила, как Мариано смотрит в окно, погружённый в свои мысли. Он выглядел немного отстранённым, будто что-то не давало ему покоя. Она улыбнулась и, посмотрев на его профиль сказала:
— Вот и отлично...
Мариано в какой-то момент почувствовал её взгляд. Он слегка повернул голову, и, увидев её улыбку в зеркале, его губы невольно расплылись в ответной лёгкой улыбке.