#2050

Блог выживших
Запись «Герой будет помилован»

«8 января 2051

Мы сами не заметили, как страх медленно сменялся безразличием; простым желанием существовать. Мы перестали употреблять слово "жить", ведь с недавних пор мы лишь существуем.

Устали скрывать свои эмоции, но вскоре лишились и их. Вокруг всё пропитало безразличие, желание бросить всё и опустить руки. Мы познали цену нашего существования. Мы заплатили слишком много, чтобы сдаться так просто.

Мы всё продолжаем бороться, но всё вышло из-под контроля окончательно, как только мы потеряли его.

"Герой будет помилован" — эти слова стали его последними. Теперь он стал одним из существ, которых мы зовём громким и отвратительным выражением "зомби". Я всё ещё не понимаю смысл его слов. Хотела бы, чтобы он разъяснил мне их сам, но это невозможно.

Кажется, я припала к нему душой. Нет, это не чувства, не любовь. Что-то иное, ведь Кровавая Королева, коей меня прозвали, не способна на это. Вероятно, я лишь нашла в нём родную душу.

Мы продолжаем существовать, бороться за собственные жизни, надеясь, что этому придёт конец. Я верю, что должно быть решение. Я верю, что это можно остановить.

Но вопрос "как" всё ещё открыт.

Люди стали бесполезны; мы все оказались в ловушке, а метка "2050" — пожизненное напоминание ещё живым, когда именно всему настал крах.

Автор статьи: Кан Сыльги

#2050»

Кан пыталась игнорировать боль. Зафиксированные лоскутом ткани, оторванной от рукава футболки девушки, повреждённые пальцы всё продолжали давать о себе знать.

«Игнорируй боль, Кан Сыльги. Игнорируй!» — голос в голове — собственное подсознание журналиста — твердил одно и тоже. 

Она знала, что справится. Знала, что сможет побороть. Кан не хотела чувствовать себя бесполезной, но травма ставила твёрдые рамки на возможности девушки.

— Куда мы бежим? — голос Нин раздался за её спиной.

Этот же вопрос она задавала и сама себе. Кан знала: они не могут себе позволить бесцельно бежать.

— Я не знаю, — девушка резко остановилась, чем удивила Ичжуо. Кан хотела избавиться от подавленных ноток собственного голоса.

Нин молчала. Взгляд девушки метался от здания к зданию района, где те находились.

— Нам не безопасно долго оставаться на открытом пространстве, — констатировала она. — Ты ранена и это должно быть сейчас в приоритете, — Ичжуо была уверенна в своих словах.

Нин больше не чувствовала страх. Всего некоторое время назад она собственноручно пыталась убить уже мёртвого.  В тот миг, как только пришло осознание содеянного, внутри словно всё замерло. Ичжуо отныне отчётливо видела всю сущность происходящего: стоит тебе дать слабину — вирус захватит твой организм; ты станешь одним из них.

Она больше не могла потакать страху.

— У нас нет оружия и места, где можем спрятаться, — начала Кан. — Моя рана терпит отлагательств. Ичжуо, мы должны найти сперва укрытие, а главное, оружие, — Сыльги анализировала ситуацию и только подобное решение, как думала журналист, будет верным.

Нин снова молчала, продолжая оглядываться по сторонам. в глубине души чувствуя, что если они задержатся здесь ещё немного — их ждёт ещё одна неприятная встреча не то с живыми, не то с мёртвыми.

Нос уловил едкий запах бензина. В голове девушки мгновенно появилась идея, уцепиться за которую Ичжуо следовало немедленно.

— Будет у нас оружие, — её голос снова стал уверенным; во взгляде что-то изменилось. — Неподалёку отсюда был мой университет, поэтому, кажется, я знаю куда нам идти.

Сыльги бежала за Ичжуо, пытаясь не отставать. С каждым днём город всё сильней и сильней разрушался. От привычного места почти ничего не осталось, лишь горящие или уже сгоревшие здания, брошенные автомобили. Некогда встречались военные автомобили, сущность которых выдавала лишь их окрас.

В голове журналиста всё ещё мешались мысли, но она так и не могла понять что именно придумала молодая девушка. «Ты должна довериться ей», — пронеслось в голове, и Сыльги не имела никакого другого исхода, кроме как согласиться и продолжить бежать дальше.

Девушки свернули за угол. Когда Кан подумала о том, как долго им стоит ещё бежать, Ичжуо, замедлила бег, а после и вовсе перешла на шаг.

— Мы на месте, — на мгновение на её лице появилась улыбка.

Нин смотрела в сторону заправки, откуда доносился едкий запах бензина. Одна из колонок была разрушена, а на асфальте виднелась большая лужа топлива, блики в которой принимали причудливые радужные формы из-за преломления света.

На земле виднелись разбросанные товары, вероятно, вынесенные из зала небольшой заправки.

— Стой, — остановила Сыльги Нин, как только та хотела уверенным шагом зайти внутрь. — Хоть твои мотивы мне всё ещё не ясны, мы не можем знать наверняка есть ли кто внутри, и так просто вломиться туда, — девушка осматривалась, надеясь, что взгляд уцепиться хотя бы за что-нибудь. 

Взгляд остановился на куске арматуры, лежащем неподалёку. Как могла предположить Кан он оказался там из-за разрушения и без того недостроенного здания неподалёку, которое она заметила, когда они пробегали мимо.

— Это подойдёт, — грязь мгновенно испачкала здоровую руку девушки, как только пальцы уцепились за холодное железо.

Сыльги знала: управлять левой рукой дастся ей трудней, но они ни в коем случае не могли опустить вероятность опасности. Живые мертвецы всё ещё оставались загадкой, но последствие у этого было одно: геноцид, остановить который, кажется никто не в силах.

Стоило только закрыть Сыльги глаза, воображение, сговорившись с памятью, начинало рисовать ужасные картинки. Она всё ещё помнила, как выглядел нулевой, по мнению учёных, пациент. Ужасающее зрелище отпечаталось навеки штампом в памяти журналиста. Кажется, ею руководил страх, скрыть который ей удавалось, но не отрицать его существование. Как бы Кан не называли, Кровавая Королева — прозвище, не оправдывающее сущности девушки. Она столкнулась с той ситуацией, когда остаться равнодушной не было и шансов. Всё, что оставалось — побороть саму себя, свои чувства, страх.

— Хорошо, — на выдохе вымолвила Нин, направилась медленно вперёд.

Стоило только девушке открыть стеклянную дверь, взявшись за железную ручку, вымазанную, кажется, в чью-то кровь, внутри китаянки всё сжалось. Неизвестность не так пугала её, как то, что Кан оказалась права.

— Чёрт его побрал, — тихо выругалась Ичжуо, отступая немного назад.

Разбитое стекло захрустело под её ногами, разрывая тишину. Этого было достаточно, чтобы обратить на себя внимание.

Девушки снова услышали неистовый вой, а после, спустя всего мгновение, увидели его обладателя. Облачённый в униформу, представляющую собой лишь жилетку серого цвета с салатовыми полосками и эмблему сети заправок, в их сторону, сквозь ряды, переворачивая и роняя немногочисленные стеллажи, бежал парень.

— Сыльги, — Нин среагировала быстро, — отойди чуть подальше, — Кан не имела возможности ослушаться. Из-за травмы журналист была уязвима; у неё не оставалось какого-либо другого выхода, кроме как довериться студентке.

Времени долго размышлять не было. Ичжуо собрала всю смелость, надеясь, что не струсит в последний миг. 

Нет. Она не может себе позволить это. Слишком много зависит от неё сейчас.

Выхватив у Кан железо, девушка встала по правую сторону двери. Сильней сжимая арматуру, острый край, который смотрел прямиком на выход из небольшой пристройки заправки, настолько, что побелели костяшки рук Нин.

Она замахнулась так, как бы играла в гольф, представляя, что арматура в её руках — клюшка, а она вот-вот сделает удар по мячу.

«Найди подходящий момент, не торопись», — Ичжуо прислушивалась к собственному дыханию, когда, казалось, на миг время стало течь медленней.

Для манёвра студентке нужен был подходящий момент. Секундой ранее, секундой позже — все её действия станут лишь нелепой попыткой и превратятся в неудачу.

Кан следила за каждым движением девушки, оставаясь в стороне, как та и просила. Всего за одно мгновение Нин поменяла мнение Сыльги о себе снова. Журналист была уверена: Ичжуо стоящая перед ней сейчас — диаметрально противоположна той, которую она подобрала в тот день, надеясь спастись от вируса, поработившего население.

Нин задержала дыхание. Внутренний голос выкрикнул: «сейчас!»

«Словно гольф», — пронеслось в голове китаянки, когда та сделала удар.

Скорость, с которой бежал живой мертвец, угол замаха и сила удара — всё стало неоспоримо важными факторами.

До ушей донёсся глухой звук, заставивший Ичжуо открыть внезапно зажмурившиеся глаза. Под её ногами оказалась медленно растекающаяся чёрного цвета субстанция. В паре сантиметрах от неё лежал парень, — мертвец — конечности которого судорожно содрогались. Взгляд Нин встретился с белыми глазницами, затянутыми непонятной девушке пеленой. Удар девушки пришёлся мертвецу по голове, его шея неистово выгнулась, отчего тот выглядел отвратительно.

Ичжуо сдерживала рвотные позывы, когда снова занесла арматуру над головой и опустила резко вниз. Она не могла ошибиться: железное сплетение, словно кол, вонзилось прямиком в сердце безнадёги. чёрная субстанция измазала её руки, находившиеся в близости с новой раной мертвеца, когда оттуда брызнула кровь.

Парень не долго бился в конвульсиях; всё закончилось быстро и тот обмяк, уставив свой пустой взгляд на девушку, приоткрыв рот, откуда позже полилась вязкая субстанция, тот так и замер.

Руки Нин тряслись лишь из-за осознания: она убила. Комок стал в горле, засосало под ложечкой. Ичжуо заставила себя отвести взгляд и вытереть руки об собственную одежду.

— Ты в порядке? — заметив, как побледнела студентка, спросила Кан, подойдя чуть ближе, прижимая раненую руку к груди.

— Да, — повернувшись, уверенно сказала та, — всё нормально, — остепенилась девушка — Думаешь там есть ещё, — Ичжуо пыталась подобрать слова, — зомби? — она хотела избежать использование данного термина, но попытки сделать это были тщетны.

— Нет, — твёрдо, словно отсекла, вымолвила журналист. — Если бы были — появились бы тот час, — Сыльги взяла на себя инициативу и, обогнув лежащего на земле мертвеца с арматурой в груди, зашла внутрь пристройки.

Внутри творился хаос. Не меньший, чем за её пределами. Опрокинутые немногочисленные стеллажи и продукция, разбросанная по полу. Мигающий свет нескольких целых лампочек, когда все остальные были разбиты. В полумраке, когда за окном всё приобретало серые оттенки, — день медленно переходил в стадию, когда был готов смениться ночью — рассмотреть окружающие предметы доводилось с трудом.

— Так зачем мы здесь, Ичжуо? — осматриваясь, спросила девушка.

Обернувшись Сыльги встретилась с Нин, которая уверенно поднимала с пола стеклянные бутылки соджу.

— За этим, — указывая на выпивку, вымолвила та.

— Знаешь, Нин, не самое лучшее время для того, чтобы выпивать, — Кан была удивлена поведением студентки. Меньше всего в такой ситуации, когда ты стоишь на грани безумия и смерти, хочется опрокинуть по рюмке соджу.

— Содержимое нам не понадобится, — уверенно продолжала Нин, пытаясь найти ещё целые бутылки, — нам нужна лишь тара, — девушка закончила предложение, вернувшись к месту, где стояла Сыльги, поставив на пол рядом с ней ещё с десяток стеклянной тары разных размеров.

— Что ты собираешься делать с этим дальше? — кажется, в голове Кан появилась идея, которая могла дать объяснение поступкам Ичжуо.

Нин, не ответив на вопросы Сыльги, лишь продолжила бегать глазами по окружающим предметам. Девушки не могли точно знать сколько у них осталось времени, и есть ли то вовсе, до очередного наступления ходячих мертвецов.

— Кан Сыльги, — обратилась Ичжуо,  — нужно набрать в работающей колонке бензина, справишься? — вымолвила Нин, а после тихо добавила: — Нам крупно повезёт, если они не пустые.

Кан продолжала прижимать к себе травмированную руку, а здоровой подняла пустую канистру, краска красного цвета на которой отпала местами, открывая вид на неприметное серое железо.

Сыльги вышла из магазинчика при заправке. Снова пришлось обогнуть тело парня, убитого Нин в попытках спасти их обоих. Кан подошла к одной из колонок. Пусто. Последней надеждой девушки оставалась самая дальняя.

«Ну же, пожалуйста», — зажимая заправочный пистолет, направляя его носик в канистру, мысленно молила журналист, надеясь, что внутри будет хотя бы немного. Если от этого бензина зависит их выживание — Сыльги не могла опускать руки.

Услышав, как жидкость в первые секунды застучала о железное дно, девушка почувствовала облегчение, словно камень скатился с её плеч.

— Так для чего это? — спросила Кан, как только снова оказалась перед Ичжуо, и, не дождавшись ответа продолжила: — Бензин. Всё, что удалось достать, — акцентируя внимание на наполовину пустой канистре, вымолвила девушка.

— «Коктейль Молотова», — не поднимая взгляд на Кан, промолвила Нин. 

«Какие ещё сюрпризы ждать от тебя, Нин Ичжуо?»

В опустошённые бутылки девушка начала крошить пенопласт, найденный в подсобке, а после залила прозрачной жидкостью. Почувствовав едкий запах, который ни с чем другим не спутать, Кан узнала в ней ацетон.

— Помоги мне растворить его, — пододвигая к Сыльги несколько бутылок, вымолвила Нин, протянув девушке также и бамбуковую палочку.

— Откуда ты знаешь как делать его? — Кан задала интересующий вопрос, помешивая содержимое в полупрозрачной бутылке, пока пенопласт, смешавшись с ацетоном, не превратился похожим на густой сироп.

— Прочитала где-то, — пожала плечами студентка. — Ты не могла бы поискать здесь что-нибудь похожее на ткань. Что-то, что будет хорошо поджигаться, — заливая в бутылки бензин, Нин снова обратилась к Кан.

— Хорошо, — голос Кан был спокоен, но внутри она скрывала восторг, удивляясь смекалке молодой девушки.

Идея с горящим «коктейлем» была идеальна для самообороны. Ичжуо учла факт того, что одна рука журналиста повреждена и стрелять будет ей проблематично. Решение пришло быстро, стоило ей только услышать запах бензина невдалеке. Нин никогда бы не подумала, что подобные знания могут пригодиться ей, но мир перевернулся с ног на голову в один миг, так же, как и её жизнь.

— Это подойдёт? — из раздумий Ичжуо вывел голос Сыльги, что стояла рядом, держа в руках какую-то футболку белого цвета.

— Да, но где ты это взяла? — из интереса спросила Нин, принимая из руки Кан вещь.

— В ящике одного из работников. Не думаю, что она чистая, но, надеюсь, это не особо важно.

— Помоги мне разрезать, — Ичжуо протянула ей ножницы.

Сыльги сделала пару неровных надрезов по швам, неумело управляясь левой рукой, а после студентка остановила её, заверив, что этого хватит. Резким движением девушка развела руки в сторону. Ткань с громких хрустом поддалась, разрываясь на две части. Сделав ещё несколько надрезов, Ичжуо разорвала большие куски на полоски поменьше.

Поместив ткань в бутылку так, чтобы один конец торчал из бутылки, девушка закрепила её скотчем у горлышка, фиксируя всю незамысловатую конструкцию. Нин проделала всё это ещё несколько раз, проверяя каждую бутылку не вытекает ли из неё жидкость.

— Держи это при себе, — протягивая зажигалку Сыльги, сказала девушка, пряча ещё одну к себе в карман.

— И как мы всё это унесём? — спросила журналист, осматривая семь бутылок, а после добавила: — В моём рюкзаке не так много места.

 — Не знаю, — спустя некоторое время молчания, наконец-то сказала китаянка.

Сыльги снова окинула взглядом небольшое помещение, надеясь найти ответ.

— Хорошо, кажется, в одном из ящиков работников я видела рюкзак, — начала Кан. — Думаю, мы можем взять его.

— Где он был? — мгновенно реагируя, Нин направилась в сторону подсобки.

— Кажется, первый от стены.

Ичжуо отворила железную дверцу старого ящика, более походившего на школьный. Кан не соврала. Стоило Нин отодвинуть некоторые вещи, рука уцепилась за лямку. потянув на себя, девушка вытащила из ящика не новый, но всё ещё целый рюкзак.

Отцепив брелки, издающие лишний шум, когда бились между собой, девушка открыла. В нос ударил неприятный запах гнили, заставивший студентку прикрыть нос рукой. Источник запаха нашёлся быстро, как только девушка достала из рюкзака уже испорченный кимпаб.

Опустошив рюкзак, девушка вернулась обратно, а спустя пару мгновений шесть бутылок лежали в рюкзаке. Застегнув молнию так, чтобы было возможно открыть рюкзак быстро при необходимости, закинув его за спину, девушка подняла последнюю бутылку с пола.

— Я нашла это в рюкзаке, — девушка вложила в руку Сыльги таблетки. — Владелец, кажется, страдал от ужасной зубной боли, раз хранит такое сильно обезболивающие. Кан Сыльги, выпей его пока мы не найдем шину, чтобы наложить её на твои пальцы.

Девушка заглотнула таблетку, чувствуя, как гладкая капсула медленно спустилась по пищеводу.

— Мы должны идти дальше, — смотря на медленно заходящее солнца, сказала Кан.

— Чем раньше мы найдём укрытие, где сможем спрятаться — тем лучше, — закончила за неё Ичжуо.

* * *

Кан не следила как долго они уже шли. Десять минут? Пятнадцать или же половину от часа? Вокруг всё медленно окрашивалось в малиново-оранжевые цвета, когда девушки продолжали идти узкими улочками, выбирая самые не людные дороги города, не желая больше встречаться с живыми мертвецами вновь.

Из-за обезболивающего, которое Сыльги дала Ичжуо она перестала отвлекаться на боль, ведь на время перестала чувствовать её.

— Кажется, неподалёку отсюда есть аптека, — осматриваясь, говорила Нин, переводя взгляд от своего телефона на безлюдную улицу. — Нам повезёт, если от неё не остались руины, — под нос прошептала девушка. — Сейчас нужно повернуть сейчас направо, — девушка повернулась в нужную сторону, под стать произнесённым словам, — и после мы должны оказаться прям напротив входа, — тихо говорила та.

Кан лишь шла за девушкой, боясь отставать от той. В руках Ичжуо всё ещё держала одну бутылку с «коктейлем» на случай, если воспользоваться им придётся незамедлительно.

— Да, мы на месте, — останавливаясь у массивных дверей, на которых была видна вывеска, обозначающая данное место аптекой. — Идём, Сыльги, — взявшись за ручку, вымолвила она, с спустя мгновение, Нин отворила дверь.

Опасения девушек не были оправданы. Помещение было пустым, что сыграло девушкам на руку. Ичжуо не была уверена: сможет ли она снова так смело убить и без того мёртвого изнутри человека.

Как бы Нин не говорила самой себе, что делает это лишь из-за того. что иначе её ждёт участь стать одной из зомби, она не могла перебороть собственную сущность девушки. Ей пришлось разом переступить все принципы, которым она следовала. За один шаг она преодолела и все моральные аспекты.

Нет места морали в мире, где каждую секунду ты борешься с тем, чтобы быть человеком. Чтобы не быть порабощённым.

Ичжуо перебрала вещи на полках, когда всего секунду назад перемахнула через стойку, где ранее стояла бы реализатор.

— Здесь есть что-то холодное? — спросила Кан. — Было бы неплохо, смогла бы я немного охладить травмированные пальцы, — снимая ткань с пальцев, девушка ужаснулась тому насколько те посинели. Все сомнения развеялись мгновенно: они были сломаны.

— Возьми это, — девушка протянула Сыльги флакон хлористого натрия, стоящего в небольшой холодильной камере, что, на удивление девушек, всё ещё работала.

— Спасибо, — сказала вслед Ичжуо Сыльги, когда девушка снова скрылась из поля зрения.

Ещё несколько минут Кан лишь слушала прерывистое шуршание и тихий, едва различимый голос студентки, которая шёпотом ругалась, не находя нужной вещи.

«Где же де они хранят их, чёрт побери?» — Нин продолжала перебирать предметы, попадающиеся ей под руку.

— Наконец-то! — Сыльги услышала восторженный возглас Ичжуо, полный облегчения.

Пару мгновений спустя девушка подбежала к журналисту.

— Ты знаешь, как его накладывать? — голос Нин был растерянным.

Сыльги осмотрела медицинскую шину, которая предназначалась для фиксации двух смежных пальцев, представляющую собой специального вида повязку.

— Нужно зафиксировать два смежных сустава, — промолвила Кан. — Обверни вот это вокруг запястья, — девушка указала на нижнюю часть. Нин делала всё последовательно словам журналиста, — а это заведи на пальцы, — при прикосновении к травмированному месту, девушка закусила губу, когда боль снова разлилась по телу. — И нужно зафиксировать, — Сыльги терпела боль, зная, что это необходимо.

— Вот так? — убирая руки, спросила Нин, смотря на результат.

— Да, — в знак собственных слов Сыльги кивнула, — я полагаю, ты сделала всё правильно.

Взяв оставленные вещи, девушки осмотрели ситуацию на улице, выглянув в небольшое окно, покинули помещение.

Они снова шли вперёд, осматривая местность, где находились, имея последний пункт их плана невыполненным — найти убежище. Ни Сыльги, ни Ичжуо не могли точно знать: как скоро им на встречу снова выйдут не то живые, не то мёртвые; с чем ещё им придется столкнуться.

Пустой город пугал неизвестностью, но они продолжали идти ей на встречу.

Они вышли на одну из улиц, где всего некоторое время назад, стояли в пробках машины, а сейчас было безлюдно.

— Нам нужно перейти на ту сторону, — сказала Нин, ступив на пустую от машин проезжую часть.

Сыльги услышала скрежет шин неподалёку. А как только опомнилась и подбежала к Ичжуо, автомобиль старой марки едва ли не настиг студентку.

«Вот придурок!» — мысленно выругалась Кан, помогая Ичжуо подняться с асфальта.

Двери машины открылись как с пассажирской, так и с водительской стороны. Через секунду в сторону девушек было направлено оружие, и мужской низкий голос промолвил:

— Что тут у нас? — голос был задумчивый, надменный. — Две девушки, гуляющие улицами во времена апокалипсиса, — не составило большого труда разглядеть циничность стоящих перед ними.

— Опустошите ваши сумки, — начал второй, смотря на рюкзаки за спинами девушек, — и мы вас отпустим.

— Всё ведь предельно просто, — закончил тот, что ранее вёл машину.

На удивление Сыльги они не наступали; не подходили близко, чтобы избежать телесного контакта. Кажется, они рассматривали вероятность того, что девушки могли быть заражены.

«Живые хуже мёртвых», — враждебная мысль застыла в голове Сыльги.

Она выхватила из рук Ичжуо бутылку и подожгла ткань зажигалкой, которая лежала в кармане. Стеклянная тара полетела вперёд, а стоило только той разбиться о асфальт под колёсами машины, всё захватил огонь.

Девушки снова бросились бежать.