#2050

Блог выживших
Запись «Кошмары»

«12 марта 2051

Когда мы перестали бежать? Когда остановились и опустили руки? Когда мы стали так беспомощны, что в головы отныне пробираются плохие мысли?

Там много этих чёртовых "когда", которые не дают мне покоя. Я хочу, чтобы всё это закончилось. Мгновенно, словно проснуться от кошмара, который продолжает мучить всю ночь напролёт.

Не я одна, кто желает этого. Не я одна, кто уже не может всё терпеть.

Мы загнаны в угол. Это и без того не имело решения, но мы пытались лелеять хотя бы одну единственную мысль о том, что вскоре всё сможет вернуться в былое русло.

Но ничего не будет прежним. Всё обречено на провал, ровно также, как и мы обречены на участь стать живыми мертвецами.

"Когда вирус доходит до твоего мозга, это больше не ты. Оболочка, которой руководит синтетический демон, не более. Ты подчиняешься ему, ведь он сам — вирус — подавил всё живое в тебе. Он продолжает диктовать тебе, что ты должен убить, насладиться кровью и тёплой плотью, но мотив у этого другой: каждый вирус пытается распространиться. А ты не можешь противостоять. Слепо бежишь вперёд, не чувствуя боли, желая вкусить тёплую кровь, чувствуя слегка металлический привкус на своих губах".

Именно так он это описывал. Именно это говорил, борясь с собой, чтобы не растерзать нас; не разорвать на куски.

Вирус, обрушившийся зомби-апокалипсисом словно гром средь ясного небам, — тот конец, который предрешён человечеству. Он — то, что в конечном итоге погубит нас всех.

Автор статьи: Нин Ичжуо

#2050»

Ичжуо не успела опомниться, как Сыльги отобрала бутылку из её рук. Всего мгновение — ткань подожгли, и стеклянная тара рассекла воздух. Цель Кан была ясна. Кристально ясна, чтобы Нин быстро пришла в себя и бросилась бежать.

Дыхание снова сбилось. Чувство отвратительное и не описываемое, но избавиться от этого было невозможно. В правом боку студентки покалывало, когда она пыталась сделать хаотичные вдохи, ловя воздух лёгкими.

Девушки снова бросились прочь, желая избежать каких-либо неприятных встреч не то с живыми, не с ходячими мертвецами. Сейчас девушки бы затруднились ответить кто хуже: первые или последние.

Бежать — единственное, что имело смысл. Единственное, на что Кан и Нин были способны.

— Давай остановимся, — по необъяснимым причинам сказать это отняло у Ичжуо слишком много попыток. — Дыхание, — она остановилась, тяжело дыша. — Мне нужно перевести дыхание, — еле выдавила из себя китаянка.

Девушки убежали далеко, но всё ещё видели клуб дыма от взорванной машины. Горящий бензин оставлял в оранжевом небе заката серые пятна, а в воздухе — едкий запах гари.

— Чёртовы придурки, — как только неприятное ощущение прошло, и Нин смогла выпрямиться, она оглянулась назад, а после перевела взгляд на Сыльги, тревожно осматривавшуюся по сторонам.

— Не стоит зацикливаться на этом, — покачала головой журналист. — Их безнадёжный номер ничем бы хорошим не закончился, а мы попросту теряли время.

«Её хладнокровие временами удивляет», — Ичжуо не подала виду, что втайне оценивала свою попутчицу. В конце концов, не ей судить и Нин об этом знала. Вероятно, если бы не Кан, студентка была бы давно мертва или, куда хуже, стала одной из них.

— Теперь лучше? — Сыльги снова вернулась к былой теме, интересуясь самочувствием Нин.

— Да, — она окончательно встала ровно на ноги, а после осмотрелась.

— Совсем скоро стемнеет, — начала Сыльги, подняв голову к небу, делая глубокий вдох. — Нам не помешало бы найти хоть какое-то укрытие до того, как не станет совсем темно. Без фонариков мы беззащитны, а оттого — лёгкая добыча.

— Я не знаю этого района, — Ичжуо потёрла переносицу — привычка, которую она переняла у Лояна. Парень не задумываясь делал так, когда был озадачен.

Ичжуо не хотела принимать того факта, что всё ещё скучала по Чжоу; по его шуткам и неумелому флирту, который в результате приводил к тому, что парень сам заливался краской, но попыток позвать студентку на свидание не прекращал.

— Я не уверена точно, — Кан нахмурила брови, надеясь найти взглядом хоть какую-то подсказку, за которую можно было бы уцепиться.

Девушки молчали. Сыльги чувствовала, как безысходность вот-вот готова была поглотить её, причиной чему была её рана, когда Нин Ичжуо пыталась побороться с другим более сильным чувством.

— Что дальше? — тревожный голос студентки разорвал повисшую тишину.

— Я не знаю, — выдохнула Сыльги. — Я знала каждый уголок города, но сейчас, когда здания разрушены, а тех или иных опознавательных знаков не сталось, я не могу сказать где мы. Я в замешательстве, Ичжуо, — темп голоса Кан увеличился.

«Она нервничает?» — Нин недоумевала. Всего мгновение назад в её глазах Кан была хладнокровной и безжалостной, а сейчас — испуганной и уже на самой грани.

У них не было времени долго думать. Не было времени на панику, которая стала бы отголоском пережитого.

Девушки теряли драгоценное время.

Как только Ичжуо осмелилась сказать журналисте всё то, что было на уме, — вероятное решение проблемы, к которому пришла студентка, — её прервал голос.

Низкий и немного хрипловатый мужской глас, разорвавший меж девушками тишину, доносился невдалеке, озадачивая Кан и Нин. Чей-то голос эхом отбивался от пространства, — ранее ему преградой были здания — отдаваясь в голове звоном.

Девушки не двигались. Словно не могли сделать и шагу, а внутри всё словно сжалось в одно мгновение. По коже прошёл холодок. Неприятный осадок от встречи с людьми ранее, всё ещё ощущался в горле комом, заставляя студентку нервно сглатывать подступившую слюну.

— Они приближаются, — на выдохе промолвила девушка. Её суждение о множественном числе были верны: Кан слышала ещё, как минимум, один тихий мужской голос.

Ичжуо перевела вой взгляд на спутницу. Карие глаза нервно забегали, а руки пробила лёгкая дрожь. Девушки были загнаны в угол: не знали где находились и куда им идти дальше, если снова податься в бега. Китаянке потребовались мгновения, чтобы снова прийти в себя, или, хотя бы, спрятать страх за маской уверенности, пропитанной безразличием.

Девушка хотела достать из рюкзака ещё одну бутылку «смертельного коктейля», но Сыльги остановила её. Тёплая рука упала на кисть студентки, когда Нин схватилась за молнию, намереваясь расстегнуть молнию.

— Не стоит, — девушка покачала головой.

— Почему? — Ичжуо недоумевала. — Они идут прямиком сюда, возможно, заражённые или же просто чокнутые, а мы не знаем куда идти дальше, если нужно будет бежать, — Нин сжала сильней железный бегунок в пальцах.

— Нельзя разбрасываться ими так просто, — Сыльги сейчас была спокойно, словно былая паника Кан передалась китаянке. — Никто не знает будет ли у нас шанс сделать ещё.

А голоса были всё ближе и ближе. В след за тем девушки могли разобрать слова.

«...если не сейчас, то когда? Нам необходимо найти запасы и это наш единственный выход», — голос был приятен на слух; спокойный, уверенный. Слова, вырванные из контекста, могли быть легко неправильно поняты, но для Кан всё стало очевидно: кому бы не принадлежали голоса они точно такие же нахалы, какие поджарились у собственной машины несколько минут назад.

Сыльги приложила палец к губам, обозначив тем, что девушкам нужно вести себя тихо. Не было желания снова попадать в передрягу, но защитить себя — вот что в приоритете.

— Идём, — Кан потянула студентку за собой, заведя девушку за угол.

С земли журналистка подобрала плоское сверло, на конце которого был острый наконечник, которое нашла в обломках. Временная мера, но как для самообороны — самый лучший из предложенных вариантов. Острым краем можно было без проблем вскрыть глотку, а потому это хоть отдалённо походило на оружие. 

Обезболивающее давно подействовало, но Кан всё ещё чувствовала, пронзающую боль, стоило только сделать малейшее движение пальцами. Здоровой рукой она сжимала увесистый железный предмет, чувствуя прохладу под своими пальцами.

«Ещё одни отморозки, желающие спасти свои никчёмные задницы», — мысленно Сыльги не была избирательна в выражениях. 

Голоса были всё ближе и ближе. Теперь же, стоя за углом одного из не до конца разрушенных зданий, девушки могли отчётливо слышать троих.

Парни свернули за угол, а девушки в свою очередь задержали дыхание, боясь пошевелиться и издать нежеланный шорох; сильней вжались в стену за их спинами.

«Они могут быть заражены», — мысль не давала покоя; Нин всё ещё боялась встречи с живыми мертвецами, а тем более, когда парни так близко.

— Нужно поторопиться, — обеспокоенный голос с выраженным китайским акцентом, который не прошёл мимо Ичжуо. — Он долго не протянет, — парень тяжело дышал.

Парни были всего в паре шагах от них. Так близко и так чертовски пугающе, заставляя кровь циркулировать быстрей, отчего вены на шее показывались сквозь кожу. Это выдавало волнение, страх, который хотелось запереть за очередной дверью, а на ту — повесить амбарный замок, выкинув единственный ключ.

Двое парней шли по бокам от третьего, руки которого были заведены им за шеи, а ноги еле волоклись по асфальту.

— Продержись ещё немного, — Кан заметила, как дрогнул голос одного их них. — Борись с этим и не дай овладеть собой.

Шестерёнки закрутились в голове журналиста. Теперь для Сыльги всё тало очевидным, словно сложить два и два: кто бы не был парень, которого они тащили, он заражён, а от этого — потенциальная опасность для неё и Нин.

Здоровой рукой девушка сильней сжала железо в пальцах, настолько, что костяшки мгновенно побелели.

— Давай просто уйдём, — шепот Ичжуо вывел Кан из размышлений, возвратив обратно в реальность.

— Если ты не помнишь: огонь привлёк этих исчадий ада и все, кто был по близости обязательно где-то рядом, — Сыльги не хотела, чтобы её слова звучали грубо, но на деле вышло совсем по-иному. — Мы можем идти только туда, — смягчившись в голосе, журналисту указала головой в сторону, куда направлялись парни. — Видимо, один из них заражён и в любой момент может превратиться в чудовище.

Нин снова нервно сглотнула, посмотрев в карие глаза Кан, в которых читалась решимость.

Вниз по ноге студентки что-то скользнуло, заставив девушку вглядываться в и темноту за ней. Одно мгновение и взгляд встречается с глазами подростка, рука которого медленно поднимается вверх по её бедру.

«Сволочь!» —  хотела выкрикнуть Нин, но из груди вырвался лишь истошный крик, стоило осознать наличие глубоких язв и мертвенно бледной, едва ли не зелёной, кожи, а после увидеть истину детских глаз. Одичалых и обезумевших, выдающих одного из тех, кто заразился неизвестной болезнью.

Студентка отступила назад, а после Сыльги быстро оттащила её из их импровизированного укрытия, которое не оказалось столь безопасным, как хотелось бы.

Адреналин захватывал рассудок, а кровь пульсировала в висках. Страх медленно выбирался из-за заточения, которое никак не могло бы сдержать столь сильное чувство.  Кан оступилась. Повалилась на землю, потянув за собой и Нин, которой чудом удалось увернуться от острого наконечника сверла, который Сыльги держала в той же руке, которой схватила не менее напуганную Ичжуо.

Ученик старшей школы встал на четыре конечности, походя отныне на животное. Озверевшее и желающее крови существо. Не человек — существо, облизывающее губу в жажде крови и плоти, играющее со своей жертвой медленно сокращая расстояние меж ними.

Нин словно парализовало. Точно также, как когда она смотрела на маленькую девочку, которая отчаянно хотела укусить её; точно также, как когда видела Лояна, вцепившегося в шею какого-то безнадёги.

Сыльги не могла пошевелить и без того раненной рукой, а сверло, служившее единственным оружием для ближнего боя, которое, как думала Кан, она всё ещё держала, — отлетело на пару метров от девушек.

Нин пыталась отбиваться ногами в попытках встать, а Сыльги — дотянуться до железного предмета. Действия обоих были бесполезны.

Опомниться понадобилось время. Рядом головой Нин что-то пронеслось, рассекая воздух. Девушка непроизвольно закрыла глаза, готовясь встретить конец, который, как она предполагала, был неизбежен.

— Сгинь тварь! — снова китайский акцент, а в голосе больше не читалось ничего, кроме ярости.

Подняв потяжелевшие веки, Ичжуо наблюдала интересную картину, развязывающуюся перед её глазами. От головы подростка не осталось целого места. Порабощённый мозг частично лежал на земле, а черепная коробка словно хрупкое стекло, рассыпалась на мелкие осколки, медленно покрываемые кровью существа.

— Вы в порядке? — парень убрал биту, с которой всё ещё капала кровь, протягивая Нин руку, но Сыльги действовала быстрей.

Схватив с земли железный предмет, до которого до этого дотянуться не могла, она подскочила на ноги, огибая студентку, направила острый наконечник на парня.

— Ну конечно, — родной китайский язык, который Ичжуо так давно не слышала. Незнакомец закатил глаза.

— Кто вы? — сорвалось с уст Сыльги.

«Глупый вопрос», — исправило подсознание Кан.

— Один из вас заражён, — журналистка подняла руку выше, и подошла немного ближе.

— А ты ранена, — это была словно игра в кошки-мышки между незнакомцем китайского происхождения (что хорошо читалось в его наружности) и Кан.

— Нет, — откликнулся другой незнакомец, подходя ближе, всё также таща товарища. — Не заражены, — тёмные волосы корейца были растрёпаны, а глаза бегали от одной девушки к другой.

— Тогда это что? — Сыльги перевела острие на ранее говорившего с нею, поглядывая искоса на китайца, опасаясь, что тот может ударить её по голове также, как сделал пару минут назад. Испачканная одежда одного из парней — вот, что привлекло внимание Кан и то, на что она опиралась.

Безрассудно, но девушка не отдавала себе в этом отчёт. Не это было важно сейчас. Не это имело смысл.

— Мы не должны тратить на них время, Тэён, — китаец снова закатил глаза, — Идём.

— Давайте объединимся! — выкрикнула Нин, сама не ожидая, что голос будет столь громким и уверенным.

— Что ты творишь, Нин Ичжуо? — Сыльги повернулась к девушке, одарив её укоризненным взглядом, под которым студентка почувствовала себя крайне неприятно, но виду не подала, продолжая говорить.

— Если вы говорите, что не заражены, что мы также можем гарантировать и с нашей стороны, это будет хорошим решением объединиться, разве нет? — когда повисло молчание, студентка больше не была столь уверена в своих словах, как прежде.

— И что вы нам предложить можете? — китаец снова держался надменно, словно не верил.

— Это, — быстро сообразив, девушка раскрыла рюкзак, набитый бутылками, с края которых свисала ткань.

— Знаешь как делать «коктейль Молотова»? — тот, к кому прежде обращались как «Тэён», одарил заинтересованным взглядом Ичжуо.

— Что же ты творишь? — снова, но уже тише повторяла Кан, так и не опуская руку, которая уже понемногу начинала затекать, а оттого — неприятно ныть.

— Нет времени на разговоры, — наконец голос подал тот, что обессиленно держался за плечи товарищей, пытаясь опереться на ноги, которые были словно из ваты и никак не хотели устоять на твёрдой поверхности. — Если хотите идти — вы можете идти с нами, —на выдохе произнёс он.

— Минхён, да она сумасшедшая, — китаец нова перевёл взгляд на Сыльги, которая всё ещё держала острие перед собой, снова направив в его сторону.

— Не тебе судить, Юкхэй, — как выяснилось тот, кого звали Минхёном одарил парня взглядом, словно напоминая о чём-то.

— Хорошо, — прорычал он, — вы можете идти с нами.

Нин Ичжуо посмотрела на Кан. По выражению лица Сыльги было видно, что она не была в восторге от выходки студентки, но покорно опустила импровизированное оружие, 

— Быть так, — губы журналистки на миг сомкнулись в тонкую линию, а после выражение лица снова изменилось, будто девушку попросту приняла решение спутницы, сочтя его правильным. Сыльги попыталась довериться Нин, надеясь, что это не оберётся им проблемами.

— Большинство зомби привлёк огонь в той части, — девушка использовала непривычное понятие, но никак по-другому назвать происходящее китаянка не могла.

— Мы уже знаем, — снова Юкхэй оголил язвительные нотки в голосе, — еле убежали от чёртовых тварей, — глаза почернели. Могло показаться, что парень сдерживал сильные эмоции, обнажить которые было бы неправильно.

— Ваших рук дело? — Тэён сообразил быстро, отчего оставил Нин всего один вариант — подтвердить догадку.

— Не важно, — Минхён снова подал голос. — Где-то неподалёку должны быть здания, где можно укрыться, — он выдохнул, продолжив: — хотя бы на одну ночь.

— Идёмте, — Тэён насторожено осмотрелся, задержав свой взгляд на том, что сделал с недавно живым мертвецом Вон, а после эхом разнёсся вой, уже до боли знакомый и тот, что заставлял кровь стыть в жилах.

Из близстоящего здания выглядывали мертвецы. Один шаг — они повалятся вниз, даже не боясь переломать руки, ноги. Каждый понимал: вероятно, их могут отделять всего секунды до того, как порабощённые вирусом наваляться на окна, выбьют их и попадают вниз, пытаясь догнать добычу, также, как и было вероятно то, что этого может и не произойти. Рисковать не было желания, да и было бы это безрассудно. Геройствовать можно позже, но не сейчас.

— Давайте убираться отсюда, — снова оглядываясь по сторонам, Сыльги уже была не так против идеи Нин. У девушек не оставалось каких-либо альтернатив и, вероятно, предложение студентки было самым лучшим исходом, который им остался.

«Как быстро сменила точку зрения», — мысленно фыркнул Вон, но внутреннего негодования не выдавал.

Они шли вперёд. Теперь в составе пятерых человек, когда двое всё ещё помогали Минхёну, придерживая его под руки.

— Минхён, ведь так? — Нин не скрывала своего интереса к новым попутчикам. — Что случилось с тобой? — Ичжуо не ожидала ответ. Студентка лишь имела намерения избавиться от неловкости, сопровождаемой страхом встречи с очередным нашествием мертвецов.

Парень, кому адресовался вопрос всё также молчал, прикрыв глаза от, как предположила девушка, боли.

— Он травмировал и без того не здоровое колено, — покачал головой Тэён, смотря на попутчика, а после снова возвратил свой взгляд на дорогу под его ногами.

— Я буду в порядке после нескольких часов отдыха, — отмахнулся парень, надеясь, что молодая девушка не будет уделять этому особое внимание.

Парни шли городом, когда встретились с группой не то живых, не то мёртвых, которые словно танцевали у огня, но они лишь будто мотыльки шли на свет, пока в результате тех, кто не отдавал себе отчёта в опасности, охватывал огонь.

Тратить патроны в попытках истребить существ, было безрассудно, потому парни лишь и смогли что бросится в бег. Колено Ли снова ныло от непривычной нагрузки, и только из-за обезболивающих он держался на ходу и мог бежать также быстро, как Тэён и Юкхэй, надеясь избежать участи стать очередной добычей заражённых.

Минхён бежал до того, пока него не повалило на землю. Колени встретились с твёрдой поверхностью, когда он на скорости собственного бега, едва ли не впечатался в асфальт. Быстро перевернувшись на спину, он встретился с виновником его падения глазами. Перед лицом нависла не то живая, не то мёртвая, желая добраться до его шеи или же до любого участка свободной кожи. Как бы Ли не бил — мертвецу не было больно, а любая попытка спихнуть девушку с себя только больше раззадоривала её, отчего та прилагала больше усилий, чтобы наконец-то вцепиться в него. Подобрав автомат, который он выпустил из рук при падении, он выпустил одну пулю в живот мертвецу, измазавшись в отвратительной чёрного цвета субстанции и крови заражённой, он выпустил вторую пулю прямо в голову.

Тогда, отбросив уже безоговорочно мёртвую девушку, он быстро снял с себя замазанную толстовку, чувствуя, как тело пробила дрожь из-за холода, от которого простая футболка спасти не могла.

При падении Ли не чувствовал новую порцию боли, но, когда адреналина в крови стало меньше, не имея возможности устоять на ногах, он повалился вниз, на разбитое стекло, которое только чудом не оставило глубоких ран. В этот раз боль стала настолько невыносима, что фатальна для спецназовца.

Это случилось снова. Снова в который раз парень убедился в собственной беспомощности и бесполезности, причиной которой стала давняя операция. Ли понимал: он стал бременем для Юкхэя и Тэёна, которые быстро подобрали с земли измученного Минхёна, намереваясь как можно быстрей скрыться в очередном из переулков, где не хотелось бы встретиться с гадкими существами.

Это не люди. Больше не люди. Они перестали быть таковыми, стоило только мозгу сдаться перед чёртовым вирусом, который взял контроль над ними и их сущностью. Это не люди, а животные. Твари, жаждущие крови и плоти, а главное: дать вирусу распространится. Их нельзя жалеть, если желаешь выжить.

* * *

Сыльги задавалась вопросом куда они идут, и не менее важное: как долго. Они продолжали идти вперёд, но пейзажи словно не менялись, что у Кан на мгновение появилась мысль о том, что они заблудились.

Время поджимало. Ещё немного и огненно-красный шар скроется за горизонтом, и тогда всё вокруг поглотит ночь, освещаемая лишь лунным светом, которого, определённо, никогда не хватало.

— Мы должны предпринять что-то и прямо сейчас, — до ушей донёсся спокойный голос Ли Тэёна. — Мы не можем шататься по городу так всю ночь, — он покачал головой и стороны в сторону, — это не приведёт ни к чему хорошему.

— Стойте! — неожиданно воскликнула Нин, заставив всех четверых сначала остановится, а после повернуть голову в сторону девушки.

Ичжуо сделала глубокий выдох, а после чуть повернулась и, указав рукой в левом направлении от себя, промолвила:

— Кажется, мы нашли.