35
С чувством легкости и свободы я сходила в магазин. Купила не только любимые печеньки, но и немного новой косметики. Куда же без нее? Ведь теперь я снова могла чувствовать себя красивой, женственной, желанной. Без страха, без принуждения.
Когда я шла домой, погруженная в свои мысли, я увидела Егора. Он выходил из цокольного этажа, где стояли наши машины. Видимо, проверял их, или что-то ремонтировал. Он поднял голову, увидел меня. Его лицо озарилось улыбкой. Он пошел навстречу.
— Эмили, — сказал он, забирая у меня пакеты. — Зачем ты ходила сама? Я бы мог привезти.
Я улыбнулась.
— Мне захотелось прогуляться, Егор. Подышать свежим воздухом. Мне уже гораздо лучше.
Мы вместе зашли в квартиру. Поужинали, обсудили день, планы на завтра. Затем Егор предложил посмотреть фильм. Я с радостью согласилась.
Фильм оказался романтичным. Естественно, с милыми сценами встречи с тещей и тестем, со всеми этими семейными моментами, которые раньше казались мне недостижимыми. А потом… потом были сцены 18+, и, соответственно, беременность. Мы смеялись над шутками героев, но я чувствовала, как во мне нарастает напряжение. И чувствовала возбуждение Егора. Его рука лежала на моей талии, нежно поглаживая ее и прижимая меня к себе. От его прикосновений по моему телу пробегали мурашки.
После того, как фильм закончился, в комнате повисла тишина. Я вспомнила слова Егора, сказанные им тогда, после того, как мы поменяли номера на кабриолете: "Рано или поздно это случится, Эмили". Он смотрел на меня, и в его глазах читалось такое желание, такая любовь, что я едва не растаяла.
Но тут мое сердце кольнуло. Острая, неприятная боль. Недавно ведь была операция, из груди вытащили пулю. И хотя рана зажила, иногда боль все еще давала о себе знать. Это было напоминанием о том, через что я прошла, о моей слабости, о моем страхе.
Я прижалась к Егору, пытаясь унять боль, пытаясь заглушить свои тревоги. Он тут же обнял меня, крепко прижимая к себе. Он почувствовал мою боль.
— Что случилось, Эмили? — прошептал он, его голос был полон беспокойства.
Я покачала головой, не в силах вымолвить ни слова. Боль постепенно отпускала.
Егор взял мою руку, нежно поцеловал ее. Другой рукой он гладил меня по спине, пытаясь успокоить. Он не настаивал ни на чем, просто был рядом. И это было самое ценное.
Я чувствовала его тепло, его любовь, его заботу. И я понимала, что он готов ждать. Ждать, пока я полностью исцелюсь, пока забуду все свои страхи. Ждать, пока мое сердце будет готово полностью отдаться ему.
Мы сидели так, обнявшись, под лунным светом, проникающим сквозь окно. И я знала, что однажды, когда я буду готова, мы сможем быть вместе, полностью, без страха, без боли, без тени прошлого. Только мы. И наша любовь. И это было прекрасным обещанием.