30
Егор не остался на обед. После того, как он привез меня домой, он сказал, что ему нужно в офис, и, поцеловав меня в лоб, уехал. Я осталась одна в своей квартире, пытаясь сосредоточиться на учебе. Но слова Егора о том, что он не отойдет от меня, пока Ануаровы на свободе, постоянно крутились в голове.
Я делала домашнее задание, погруженная в чертежи и эскизы. Время пролетело незаметно. Вечером, когда я уже собиралась приготовить себе ужин, в дверь постучали. Это был Егор.
Он вошел в квартиру, смерил меня взглядом.
— Что ты не собрана? — спросил он, и в его голосе прозвучало легкое удивление.
Я непонимающе посмотрела на него.
— В смысле? Куда собрана?
Егор улыбнулся, его глаза весело блеснули.
— У тебя есть пять минут на сборы, Эмили. Мы едем менять номера на кабриолете.
Мое сердце подпрыгнуло от неожиданности и радости. Номера! Я совсем забыла об этом. Я тут же бросилась собираться, схватила документы на машину, паспорт.
Мы поехали. Егор был таким внимательным, таким заботливым. Он сам занимался всеми бумагами, все объяснял, пока я сидела рядом, чувствуя себя абсолютно бесполезной, но невероятно счастливой.
На выходных мы поехали забирать новые номера. Егор показал мне их, и я ахнула. Они были почти такими же, как у его Гелика – с цифрой 100 по середине, но отличались одной буквой. Это был наш маленький секрет, наш символ.
— Это… это так мило, Егор, — сказала я, не скрывая своего восторга. — Спасибо тебе огромное.
Когда он отдал мне ключи от моей машины, я встала на цыпочки и нежно поцеловала его в щеку.
— Этим ты не отблагодаришь, Эмили, — сказал он, его голос был низким, а в глазах зажегся озорной огонек.
Я улыбнулась, почувствовав, как румянец заливает мои щеки.
— Закатай губу, Егор, — сказала я, подмигнув ему.
Егор засмеялся. Его смех был таким искренним, таким заразительным. Он наклонился ко мне, его губы почти касались моего уха.
— Рано или поздно это случится, Эмили, — прошептал он, и его голос был полон предвкушения. — Рано или поздно.
Он отошел от меня, хитро улыбаясь, и я почувствовала, как по моему телу пробежала волна возбуждения. Я знала, о чем он говорит. Он намекал на нашу близость, на то, что мы снова будем вместе, как раньше. И я понимала, что он прав. Рано или поздно это случится. И я ждала этого момента. Ждала с нетерпением, с волнением, с предвкушением. Потому что я любила его. И знала, что он любит меня. И теперь, когда я была свободна, ничто не могло помешать нам быть вместе.