29 глава.
— Ебать, какой же ты тяжёлый, — прорычал старший, сбивчиво дыша и удерживая шатающееся тело младшего.
— Неправда... я пушинка, — заплетающимся языком возразил розоволосый. Юнги что-то недовольно пробурчал себе под нос, распахнул дверь своей квартиры и буквально впихнул непослушную тушку внутрь.
— Воу, а где же... где же хозяин этих прекрасных хором? — с пьяным восторгом осматривался Чимин.
— Я хозяин этой квартиры, придурок, — старший закатил глаза, наблюдая, как тот, шатаясь, плетётся в сторону спальни. — Слышь, алкаш, ты разуйся хоть.
Розоволосый сморщил нос и сделал неуклюжую попытку снять кроссовки, но только повалился на пол, недовольно мыча.
— Хён~и, они приросли!
— Мозги у тебя приросли, а не обувь. Дай сюда, — старший присел на корточки, раздражённо вздыхая, и принялся стаскивать «туфельки» с ног «принцессы». — Всё, пиздуй спать. Завтра пойдёшь домой.
— Хён~и, а поднять? — Юнги, отложив обувь, протянул руку и поднял его. — Я так устал, — младший обвил руками его шею, прижимаясь всем телом.
— Всё, спать, алкаш, — поморщился тот, пытаясь отстраниться, но Чимин потянул его за собой. Споткнувшись, они оба рухнули на кровать. Юнги инстинктивно успел расставить руки по бокам от головы младшего, который лишь блаженно улыбнулся и притянул старшего ближе.
— Юнги-хён, — прошептал он прямо в губы, впиваясь пальцами в его волосы.
Старший видел огоньки желания в глазах своего донсэна. «Это неправильно. Он пьян и не отдаёт себе отчёт», — твердил ему внутренний голос. — «Но что, если его чувства настоящие, и он просто скрывает их?»
Прошла секунда. Две. И старший сдался, соединив их губы в страстном, глубоком поцелуе, отдавшись на волю чувств, которые так долго подавлял.
****
Утро наступило жестоким солнечным ударом. Чимин открыл глаза и тут же зажмурился от яркого света, пробивавшегося сквозь шторы. Голова раскалывалась, во рту был противный привкус, а горло пересохло. С трудом приподнявшись, он с ужасом осознал, что находится в незнакомой комнате. Интерьер подсказал — он у Юнги.
— Какого чёрта? — Его взгляд упал на разбросанную по полу одежду. Шок парализовал его, когда он понял, что лежит полностью голый.
— Вот чёрт... Этого не может быть... — Схватившись за голову, он отчаянно пытался восстановить в памяти события прошлой ночи, но вспоминал только обрывки и боль. Резким движением он сбросил одеяло, схватил свои вещи и начал лихорадочно одеваться.
— Уже проснулся? — раздался хриплый голос из дверного проёма, заставив его вздрогнуть. В дверях стоял Юнги, прислонившись к косяку, с кружкой кофе в руке.
— Ну, да... — натягивая футболку и стараясь скрыть татуировку, на которую пристально смотрел старший, пробормотал Пак.
— Пойдём, я приготовил завтрак, — спокойным, размеренным тоном сказал тот и вышел. Поправив волосы, младший нехотя последовал за ним и уселся за стол.
— Чай или кофе?
— Кофе, — торопливо ответил Чимин.
Юнги разлил напиток и поставил перед ним тарелку, затем сел напротив.
— Приятного аппетита.
Чимин молча принялся за еду. Она была изумительной — старший умел готовить, и это был неоспоримый факт.
— Так мы... это... — младший запинался, — мы переспали?
— Да, — так же спокойно ответил Юнги, не отрываясь от еды.
— Чт... что? — Чимин поперхнулся и начал нервно постукивать пальцами по столу. — Серьёзно? Да не может быть...
— А ты в зеркало на себя смотрел?
Уловив ухмылку в его голосе, Чимин сорвался с места и помчался в ванную. Его собственное отражение вызвало у него немой стон.
— Ебать... — слетело с его губ. Вся шея была покрыта алыми засосами, один из которых явно был укусом.
— Извини, малыш, не сдержался, — с кухни донёсся смешок старшего, вгоняя юношу в окончательный ступор.
****
Он бежал по улицам, не замечая ни людей, ни света, ни времени. Ворвавшись в свою квартиру, он, не снимая обуви, бросился к зеркалу в своей комнате. «Алые цветы» на его шее казались ему клеймом.
— Сука, этого не может быть! Нет! — Упав на кровать, он в ярости принялся колотить кулаками по подушке, его истерический смех постепенно перешёл в тихий, пустой взгляд, устремлённый в потолок. Пролежав так почти час, он вспомнил про учёбу.
— Сухи!? — Натянув на шею тёмный шарф, он заглянул в комнату сестры. Та сидела за компьютером, снова что-то увлечённо печатая.
— О, вернулся, блудный сын. Ну как свидание? — она хихикнула, выключая монитор.
— У тебя есть эта... хуйня, ну, как её... — он проигнорировал её вопрос, пытаясь вспомнить нужное слово. — Ты лицо мне ей мажешь.
— Тональный крем, что ли?
— Да, точно! Тональка! Дай!
— А тебе зачем? И чего это ты в шарфе? — она достала из сумочки небольшой тюбик и протянула ему.
— Замёрз, — буркнул он через плечо и умчался в свою комнату. Сорвав шарф, он принялся густо наносить крем на шею, пытаясь замаскировать следы «преступления». Взгляд на часы подсказал, что он опаздывает. Наскоро переодевшись, он выбежал из комнаты, где его уже ждала сестра.
— Ну чего ты так долго? Пошли, а то опоздаем! — Спорить было некогда, и он молча последовал за ней.
****
У ворот школы их ждал неприятный сюрприз.
— Эй, розовый педик, покумекаем, — Хангель схватил его за локоть.
— Никуда я с тобой не пойду, придурок! — запальчиво прошипел Чимин, упираясь.
— А это что у тебя с шеей? — Хулиган ткнул пальцем в место, где тональный крем лег неровно.
— Это что, засос? — Сестра с удивлением уставилась на брата. — Ты для этого мой крем брал?
— Нет! Отстань! — Чимин покраснел, прикрывая шею ладонью и пытаясь вырваться.
— Так ты, педик, блядством занимаешься? А ну пошли! — Хангель сильнее сжал его руку.
— Он никуда с тобой не пойдёт, — раздался знакомый хриплый голос.
— Это ещё почему? — Хангель недовольно обернулся на Мина, который резким движением освободил руку Чимина и встал между ними, как щит.
— Не забывайся. У меня тоже есть друзья. Тронешь Пак Чимина — разъебу вашу шайку в два счёта, — Юнги говорил спокойно, но его голос был обжигающе холоден, а взгляд говорил сам за себя.
— Хах, так слухи не врут. Мин Юнги голубых кровей, — усмехнулся тот. — Решил завести себе личную шлюху?
— Следи за языком, — Мин схватил его за грудки, прижимая к стене.
— Понял! Понял! — хрипло выдохнул Хангель, и Юнги отпустил его. Тот, недовольно цыкнув, скрылся.
— Ой, боже, я опаздываю! Братик, дойдёшь сам, — Сестра хитро подмигнула Мину и убежала.
— Ты как? Не больно? — Юнги повернулся к младшему, мягко касаясь его руки.
— Всё хорошо... Не стоит. Я пойду, урок, — но сильная рука вновь удержала его, не давая уйти.
Притянув его ближе, так что их губы почти соприкоснулись, Мин прошептал с той смесью вызова и уязвимости.
— Будь моим.
___________________________________________
П̊Р̊О̊Д̊О̊Л̊Ж̊Е̊Н̊И̊Е̊ С̊Л̊Е̊Д̊У̊Е̊Т̊
___________________________________________