" Влюблённая дурочка "
Се-а сидит у окна в своей комнате, держа в руках старую фотографию отца. За окном падает дождь, и капли стучат по стеклу, словно повторяя ритм её сердца.
— Я обещала тебе, папа, — шепчет она, — я найду правду. И остановлю эту игру.
---
На парах профессора Гилберба было очень скучно . Почти все в аудитории спали . Я думала о Джун-хо , о нашем поцелуе. Снаружи он строгий , скрытый. Его поцелуй был таким нежным , его руки держали мое лицо . Продолжаю думать о нем . М-да выгляжу не лучшим образом. Прикручиваю сосну прядь кудрявые волосов как влюблённая дурочка . Сегодня у меня выходной на работе так что после пар пойду домой . В телефон пришла смс-ка. Это был Джун-хо. Господи что я делаю от его смс-ки я улыбнулась как влюблённая дурочка . И даже щас не могу скрыть свою улыбку .
- Привет , Люми . Как ты ? Ты сейчас в университете?
+ Джун-хо, привет. Да
+ Ты как ?
- Штрафы пишу .
+ Тебя за это благодарят граждани?
- Ты не представляешь как они благодарят . Последний назвал меня свиньёй.
- Я уверен ты смеёшься. Только не говори что ты смеёшься.
+ Хорошо не буду тебе говорить.
- Сегодня вечером ты свободна?
+ Не знаю , что-то случилось?
- Понял , приеду за тобой . Пока .
________________
Настал вечер . Я ждала Джун-хо , но не хотела это выдавать.
Моя одежда . А тёмные, длинные кудрявые волосы решила распустить и закрепить заколкой .
В дверь постучали . Зашёл дверью стоял он . Я открыла . Джун Хо мило улыбается .
- Добрый вечер, Люми. Этот букет для тебя. - протянул он мне .
Снова бабочки в животе. Какой приятный жест он него .
- Привет , спасибо большое это очень мило с твоей стороны . - я вся красная , а он улыбается.
Я взяла букет — тёплый, живой, ароматный — как будто он принёс с собой кусочек лета прямо в мою дверь.
— Проходи, — я отступаю в сторону, чтобы впустить его. — Я как раз собиралась пить чай… или, может, теперь и вино.
Джун Хо (усмехаясь, проходя внутрь):
— Значит, я вовремя. Вино звучит как приглашение остаться подольше.
Я смеюсь, ставлю букет в вазу. Щёки всё ещё горят. Он оглядывается вокруг, и я замечаю, как его взгляд задерживается на каждом уголке — будто ему интересно, как живёт мой мир.
— Здесь уютно, — говорит он. — По тебе видно.
— По мне? — я поворачиваюсь, приподнимаю бровь.
Он подходит ближе.
— Ты — человек тепла. Даже если иногда пытаешься прятаться за психологические стены.
Я улыбаюсь. Он видит меня насквозь — и это странно не пугает.
— А ты… человек саркастичного обаяния. Даже если прячешься за полицейским взглядом.
Он чуть наклоняется ближе.
— Тогда у нас есть шанс раскусить друг друга. И не сбежать.
В комнате становится теплее. Я достаю бокалы, он открывает вино, и вечер начинается — не как сеанс, не как допрос. А как… что-то большее. Что-то настоящее.
---
Мы сидим на полу, ближе к окну. За стеклом — город засыпает, а у нас будто время застыло.
Бокалы в руках, на губах лёгкие улыбки, и в груди… это странное, волнующее чувство — будто я дома. Не по адресу. А по человеку.
Джун Хо (после пары глотков):
— А ты знаешь, Люми, ты удивляешь.
— Я думал, ты будешь колючей. Отстранённой. Как психолог из старых фильмов — «я всё понимаю, но не чувствую».
(улыбается, смотрит прямо в меня)
— А ты… живая.
Я слегка смущённо отвожу взгляд.
— А ты не такой серьёзный, каким притворяешься. У тебя внутри — ребёнок.
— Немного иронии, немного боли. И… много сердца. Слишком много для детектива.
Он хмыкает.
— Не выдавай меня. У меня репутация.
— Ты первая, кто так сказал. Даже брат бы не догадался.
Молчание. Тепло. Глубокое. Он откидывается назад, смотрит в потолок.
— Люми…
— Тебе легко быть собой рядом с людьми?
Я молчу. Поворачиваюсь к нему. Смотрю в его глаза — а он уже смотрит на меня. Прямо. Без защиты.
— Нет, — говорю честно. — Почти никогда.
— Но с тобой… как будто можно.
Он наклоняется ближе. Его рука ложится на мою. Осторожно, не властно. Просто — рядом.
— Я не хочу быть тем, кто просто мимо. Я хочу быть тем, кто останется, даже если ты молчишь.
Между нами — снова пауза. Но она не давит. Она тёплая. Живая. Настоящая.
Я смотрю на его губы… потом в глаза.
Он чуть приблизился, но ждёт.
Я улыбаюсь: — Остаться можно.
— Но чай тоже никто не отменял.
Он смеётся тихо.
— Ладно. Но если ты сваришь чай лучше, чем я ловлю преступников — я сдаюсь.
---
— Люми…
Я поднимаю глаза. Он смотрит на меня серьёзно, но не напряжённо. Голос тёплый, будто он собирался сказать это давно.
— Я не хочу, чтобы всё между нами оставалось… в воздухе.
— Мы можем молчать, можем спорить, можешь не открывать дверь утром, но…
(улыбается чуть неловко)
— Я хочу, чтобы ты знала — я рядом. Не временно. Не просто потому что удобно. А потому что ты — это ты.
Он делает паузу, словно даёт мне выбрать.
— Я не прошу ответа сейчас. Но я бы хотел…
(вдох, выдох)
— Быть твоим.
— По-настоящему. Не только в вечер с вином, не только после долгих смен. А… всегда.
Моё сердце сбивается с ритма. Я смотрю на него, и в груди — будто пульс света.
Я улыбаюсь. Очень тихо. Но в этом — всё.
— А я давно хотела быть твоей. Просто не знала, как сказать первой.
Он почти смеётся — тихо, облегчённо. Его рука тянется к моей щеке. И всё происходит мягко, будто время само подталкивает нас.
Он наклоняется. Наши губы встречаются — не быстро, не бурно, а будто… как возвращение домой.
Поцелуй — тёплый, честный, нежный. Без обещаний, но с огромной тишиной внутри, где только мы.
Когда мы отстраняемся, я чуть улыбаюсь, смотрю на него сквозь ресницы.
— Останься.
Он не спрашивает, «насколько». Просто молча кивает.
— Только если мне дадут подушку. И тёплый чай утром.
Я смеюсь.
— Соглашайся на плед и объятия. Чай — бонус.
Уже как несколько минут , мы с Джун-хо смотрит друг друга в глаза . Оба стоим и смотрим только в глаза . Я вижу как взгляд Джун-хо опускается к моим губам , потом снова к глазам и снова губы и ещё ниже . Вино в желудке говорит за своё я тоже смотрю на его губы . А дальше спышка. Целуемся. Он целует меня жадно, будто в этом прикосновении — всё то, что нельзя было сказать словами. Одна его рука держит моё лицо, другая скользнула к затылку — будто боится отпустить даже на миг. Мои ладони обвили его шею, пальцы дрожат, но я тянусь ближе, как будто только так можно выжить.
Но поцелуй становится глубже. Жаднее. Моё сердце стучит, как будто впервые.
Он ведёт себя тихо, но в этой тишине — сила.
Его ладонь касается моей щеки. Тёплая, надёжная. Другая — скользит к затылку, будто хочет удержать этот момент навсегда.
Мои руки обвивают его шею, пальцы дрожат. Я чувствую, как всё внутри меня сжимается и разгорается одновременно.
Он слегка отстраняется, смотрит в мои глаза. Долго. Как будто что-то понял.
— Ты дрожишь… — шепчет он.
Я не отвечаю. Просто смотрю. Потому что это правда. И не потому, что боюсь. А потому, что это важно. Потому что это первый раз. Потому что это — он.
- Люми , ты девственница? - удивлённо спросил он как будто ожидал совершенно другого. Щеки теперь у меня ещё стали красными на смуглой коже . - Ты трясёшься .
- Я просто ... никогда так не доверяла никому .
Его пальцы касаются края моей толстовки. Он замедляется. Смотрит. Я киваю.
И он снимает её медленно. Почти священно. Как будто я не одежду отдаю, а доверие.
Мы остаёмся близко. Его губы касаются ключицы. Моё дыхание сбивается.
Я чувствую его руки на своей талии, на спине, на шее — в каждом прикосновении нет торопливости, только тепло.
Он будто заново изучает, принимает, впитывает меня.
Когда я обвиваю его ногами, и наши тела сливаются, я не чувствую боли — только страх, который тает под его дыханием.
Он держит меня крепко.
Целует в висок.
А я впервые чувствую:
я — не одна.
Он прикасается к моей коже — сначала к плечам, затем к животу, талии.
Его ладони тёплые, движения медленные. Он позволяет мне привыкнуть.
Его губы касаются шеи, ключицы.
Он снимает остальную одежду — всё очень медленно.
"Ты уверена?" — "Да. Я просто... волнуюсь." — "Тогда я буду медленным."
Когда он входит, он держит меня за руку или целует в лоб.
Он двигается медленно, читает моё дыхание, замирает, если мне становится больно.
Потом я расслабляюсь — и всё становится мягче.
Мы движемся в ритме друг друга, в их взглядах — не похоть, а близость.
После — он не уходит.
Я лежу у него на груди, и он гладит меня по волосам.
Тихо говорит: "Я здесь. Всегда буду здесь."
---