6 глава
— Поиски... я уже не знаю, где искать... вроде у тебя дома рылись, у меня тоже, в гильдии смотрели, все возможные места проверили не раз. Все как-то сложно... даже слишком... — запинаясь, проговорил он, закрыв свои серые бездонные глаза на мгновение. Открыв очи, он посмотрел на небо из последних сил, а там увидел яркий слепящий свет, кучевые облака. Вроде природа дает успокоиться и позабыть о хлопотах, но нет, ему сделалось только хуже. Сейчас он стоял на мосту вместе с ней и продолжал в думать насчет поисков <<жизни>>. — Что думаешь... а если поискать в том месте, где ты умерла? Напомни, пожалуйста, где это случилось.
Она, закатив глаза, послушно кивнула и дрожащим голосом ответила:
— Это было... в церкви, когда я билась с магом из Темной гильдии... — Ей стало немного не по себе, стоило ей вспомнить мало приятный случай из ее жизни... если можно так назвать тот момент, разделяющий жизнь и смерть. И пусть она и была уверена в том, что он все-таки найдет ее <<жизнь>>, но что-то ей не давало покоя.
— Подожди! Я отойду на минуты три! Я, поищу там в церкви! — сказал он и тотчас ушел, даже не дослушав золотоволосую до конца, когда это было так нужно ей. Он мчался на всей скорости в сторону церкви, где, казалось, еще вчера состоялась поразительная битва на смерть, очень кровопролитная и жестокая. Он даже не успевал перевести дыхание, поскольку был слишком занят поисками ее <<жизни>>, не мог остановиться. И пусть ветер гнал его обратно, порой, сбивая с ног, но он все равно бежал дальше, не оглядываясь назад и не смотря на нее, напрочь забывая о ней. Он не хотел ее терять! Не хотел, чтоб солнце светило назло, когда ее опять не будет рядом! Не хотел переживать боль заново! И сейчас он желал сделать все, чтобы наконец найти ее <<жизнь>>. И кроме поисков ее жизни, ему ничего не было важно.
Вот. Он добежал до церкви и, еще не раз посмотрев на золотые рамы, изумрудные вставки, вломился внутрь, где он увидел совершенно обычную, наипростейшую обстановку, не блещущую какими-либо изысками. Немедля он дошел до середины зала и вдруг, встревожившись, остановился, посмотрев на букет алых роз в углу около скамьи, где давным-давно он держал девушку на руках, истекающую кровью. В глазах его блеснула еле заметная искра, после чего он аккуратно наклонился и слегка дотронулся до лепестка одного из бутонов, боясь навредить своим прикосновением. Он выпрямил спину и посмотрел вперед, стараясь вспомнить ту сцену: и вдруг появилась незнакомая ему девушка с белыми волосами, перевязанными в два хвостика ленточками цвета апельсина, а на полу, в месте, где сейчас лежал букет, истекала кровью уставшая золотоволосая особа, к которой в ужасе подбежал брюнет; он, старательно укладывая ее на руки, в надежде отнести в гильдию, обернулся и позвал друзей на помощь, а затем услышал ее голос и переключил свое внимание на нее. Не желая смотреть на эту сценку дальше, он быстро вспомнил о поисках и начал искать вещь, думая, что та находилась именно тут. Ох, если бы он только дослушал золотоволосую в своих воспоминаниях... Он держал ее крепко-крепко, не отпуская, но жаль, сейчас ее не было рядом с ним.
Нет, жаль, что сейчас его не было рядом с ней.
— Я здесь! — вдруг раздался чей-то тихий, ласковый голосок эхом в его ушах, но, когда он оглянулся вокруг, никого не было рядом, словно это кричал кто-то в его воспоминаниях, в подсознании.
Стоило ему посмотреть на букет роз круглыми от удивления глазами, как вдруг один бутон расцвел, и появился силуэт улыбающейся золотоволосой девушки в белом , над головой которой сиял цвета солнца на закате нимф. А, когда он протянул руку вперед, чтобы коснуться ее, она вдруг попрощалась и растаяла во тьме, прямо как в тот день, не предвещавший беды, день, принесший много боли. Неужели это был знак? Неужели это был намек? Оглянувшись, внимательно присмотревшись, он понял, что она осталась стоять там на мосту, не решившись побежать за ним следом. Он быстро собрался и побежал у ней со скоростью ветра. Он не оставлял себе и минуты на то, чтобы перевести дыхание, потому что сейчас ему ничего не было нужно, только увидеть ее, понять, что все в порядке. И никакие поиски ему были не нужны! Хоть бы только встретить ее. <<Здесь>> — что это за место такое? <<Я — лишь фантом>> — да, фантом, но ведь она не была воображаемой? <<Рано или поздно отпустишь>> — но зачем же так рано? Он еще не успел ничего: не успел сказать ей, не успел понять, что чувство, растапливающее его сердце, называется любовь, не успел взять ее за руку и вновь привести в гильдию, не успел найти ее потерянную на века землю обетованную, не успел посмотреть на нее глазами, наполненными слезами счастья, не успел посмотреть на нее глазами, наполненными слезами печали, не успел сказать ей о том, что она, словно снег. И сейчас он мчался против ветра, обратно, надеясь отыскать ее, где бы она ни пряталась. Она думал, что держал ее достаточно крепко, любил достаточно сильно, помнил всегда, не забывал никогда, но... сейчас он оставил ее одну, там, за гранью на мосту, а сам отдался вечным поискам, думая, что все это лишь ради нее. Нет. Он как будто делал это ради себя. И, если бы он понял это вовремя, ему бы не пришлось знать, каково это... видеть, как снег умирает.
Он пришел к мосту. Ее там не было. Он прибежал в гильдию. Ее там не нашел. Он примчался к ее могиле. Ее там тоже не было. Он пришел в ее квартиру. Ее нет. Неужели она так хорошо спряталась?
— Нет, я тебя не отпущу, Люси!
Слеза скатилась по его щеке. Но он все равно не переставал, продолжал бежать дальше, надеясь найти ее у себя дома. А вдруг она там? А вдруг она стоит, оглядываясь по сторонам, и ждет его, только его одного?
...Она, словно снег...
...Она все равно рано или поздно растает...
...Как бы сильно звезды не хотели вернуть ее...
...И так будет вечно...
...Снег растает, а звезды продолжат путешествовать миллионы миллиардов лет...
...Звезды — это не снег — они не в силах растаять, они могут только упасть с небес...
...Растаять под силу только снегу...
Он и так сейчас падал, падал звездою в мир несбывшихся мечт, где и его мечта тоже не сбудется.
Вдруг он настиг свой дом и, хромая, доковылял до двери, так и не сумев перевести дыхания. Когда его холодная рука дернула за ручку и послышался скрип, он увидел странные бумажки, что валялись на крепком деревянном полу. Его глаза округлились от удивления, а брови вдруг невольно поднялись. Медленно войдя в свою комнату, он увидел кучу бумаг квадратной формы, на которых было что-то написано. Наклонившись, он поднял одну и с интересом неописанным прочитал: <<Я ждала тебя, но ты не пришел>> Застрял ком в горле, а в глазах потускнела искра. Он посмотрел вдаль, увидел следующий лист и быстро поднял его с пола, начиная внимательно вчитываться: <<Ты идиот последний, тупица, дебил, придурок>> Сначала он немного надулся, поскольку ожидал прочитать другие слова, например, примечание или утешение, но вскоре он слабо улыбнулся и, сделав шаг вперед, поднял третью бумажку, на которой выписывались слова: <<За все это время ты ничего не сделал: ты мог сходить на какое-нибудь задание с нашей командой, мог просто в гильдии посидеть или пойти погулять с друзьями, но нет — все это время ты искал мою ту самую вещь!>> И следующая: <<Ты балбес, Грей Фуллбастер! Ты идиот! Ты полудурок и самый настоящий дебил!>> А последняя бумага была аккуратно уложена на стол. И, когда он прочел написанное, он был уже не в силах держаться: глаза его наполнились слезами, улыбка переменилась грустью, а затем тишину начали взрывать громкие всхлипы.
<<Спасибо тебе за все>>
Дернувшись в бок, он нашел на столе помятую записочку, подобную тем, что валялись по всей его комнате. Развернув, он стал читать написанное, держа лист дрожащими руками. А все, что было там написано, это были всего-навсего несколько слов, от которых сердце обливалось кровью.
<<Я люблю тебя>>
И ниже еще записка:
<<Вещь, которую мы так долго искали, была не вещью... >>
Глаза в ту же секунду округлились от удивления.
<< ...И это лишь моя вина, что ты не догадался сразу. Прости меня.>>
Он искал слишком долго то, что было совсем рядом, искал долго то, что не надо было услышать или украсть, искал долго то, что нужно было просто понять. Он думал, что ее <<жизнь>> окажется медалью, ключом золотым или красивой статуэткой, но он никак не мог подумать, что все окажется так просто, что все найдется в помятой записке. А все потому, что он спешил, куда-то мчался, и был не в силах осознать, что все окажется так просто, что жизнь найдется в этих трех словах. Это была не вещь.
Это были чувства.
...И сейчас он понял, что она, словно снег, который однажды растает вместе с чувствами, так и не успев коснуться земли обетованной...
...И этого не изменить...
Стоило ему закрыть глаза, как вдруг он увидел ее: она стояла в белом платье, улыбаясь, на закате, зажигаясь для него самым ярким солнцем; прозрачные ангельские крылья появлялись время ото времени, а вокруг зрачка засияла радужка.
— Я люблю тебя! — радостно произнесла она, улыбнувшись шире.
Она предстала перед ним, как во время их первой встречи: в дверях гильдии стояла девушка, несколько прядей которой были переплетены зеленой ленточкой в высокий хвостик на бок; в кармане синей юбки блистали золотые и серебряные ключики.
— Я люблю тебя! — вдруг, нежно улыбнувшись, прокричала она.
Она стояла в церкви, как в тот день, с глазами, полными счастья, с ранениями на руках, бедрах, ногах, с ссадинами, порезами.
— Я люблю тебя! — все так же лучезарно улыбаясь, проговорила она, а после слезы хлынули ручьем.
Она стояла на мосту, рядом с речкой, пока снег падал холодными снежинками вниз.
— Я люблю тебя! — улыбаясь, сказала она и растаяла. Словно снег.
<<Я люблю тебя>>
...
Лишь лучи безжалостно-колюче выжигали слезы на его глазах.
Снег когда-нибудь растает вместе с чувствами. Но звезды — не снег — они никогда не растают, они будут помнить о чувствах, сколько бы лет ни прошло. И даже если пройдет вечность.
Конец.