Глава 20: "Близость".
Утром я смогла найти время, чтобы всё-таки продолжить чтение книги. Однако уже через полчаса меня потревожили громким стуком в дверь, после чего я отложила книгу в сторону и пошла отодвигать щеколду.
- Что надобно ? - уже начала произносить я, выдавив подобие ласковой улыбочки, но увидела, что передо мной стоит Леви. После этого моё выражение лица сразу же сменилось на естественное - пессимистичное.
- Я пришёл поговорить о событиях вчерашнего дня.
- А чего уж там говорить ... Я, как обычно, вспылила, убежала с совета, хотя у меня была возможность полностью выслушать остальных.
- Мы уже вскоре и разошлись. А с тобой ведь уже это обсуждали и я думал, что ты поняла всё то, о чём я тебе говорил.
- Верно, но так тяжело, если это касается дорогих для меня людей. Прости, что я столь глупо себя повела, я не должна была ...
- Уже неважно, - ответил Леви, скосив взгляд на книгу, лежащую в стороне от меня, - а что это ты читаешь ?
- Так это книга, которую я решила взять в Великом Хранилище. Там всякие приключения людей, которые между прочим живут не в пределах стен, - тут я осеклась. До меня начало, наконец, доходить: больно уж люди, являющиеся героями книги, похожи по описанию на тех, о которых рассказывала нам Мэри.
Леви взял книгу в руки, полистал страницы, заинтересовавшись несколькими моментами, а потом начал вертеть её.
- Чего-то она подозрительно тяжелая. Страниц не так уж и много. Разве переплёт такой тяжелый ?
Ривай начал разглядывать мягкую кожаную обложку и решил снять её, но тут мы заметили, что последняя страница прикрепляется к ней какой-то петелькой, приделанной к пуговице.
Когда лист был убран, внутри обложки обнаружилось углубление, в котором лежало несколько предметов. И как это я сама не догадалась, что книга была тяжела не просто так. Не заметила петельку, хотя рассматривала книгу столько раз. Звание «Растяпа года» опять достаётся мне ...
Оказалось, что внутри лежит карта нашего мира. К ней было приложено письмо, в котором говорилось о том, что приключения, описанные в книге, являются правдивыми. Чтобы убедиться в этом, мы можем и сами отправиться в путь, поскольку перед нами лежит точнейшая карта мира.
На ней была изображена и Марлия, о которой говорила Мэри.
- Ну и дела, - с восхищением произнесла я.
- Остальные должны строчно увидеть это, - ответил Леви, после чего мы решили немедленно созвать ещё один совет, на который привели и Мэри. Она подтвердила, что Марлия находится именно в этом направлении, но в начале карту девушке не показывали, чтобы проверить правдивость её слов.
Ирвин предположил, что единственным и необходимым вариантом можно считать отправку отряда в опасное путешествие, которое станет поворотным для всего мира.
Однако в путешествие смогут отправиться не все. Миссия должна быть тайной, а это значит, что Ирвин, Леви уж точно должны остаться, чтобы не вызвать какие-либо либо подозрения. Ирвин сказал, что уже завтра создаст какой-то грандиозный план, а ещё завтра каждый, кто желает отправиться в путешествие, должен будет дать свой ответ, после чего выберут наиболее подходящих кандидатов.
- Я знаю, что ты захочешь уйти, - мрачно сказал Леви, когда мы прошли к нему в комнату, - и я не буду в силах тебя удержать.
- Быть может, меня и не выберут, особенно с моей невнимательностью, - ответила я, вспомнив свой недавний прокол с книгой.
И всё же мы оба знали, что скорее всего разлука случится. Мы оба понимали, что только так у нас будет шанс на построение счастливого будущего. Пока наш враг не повержен, мы будем находиться в постоянном страхе, ведь наши отношения могут рассыпаться в любой момент. Только обретя мир, мы сможем стать счастливыми.
Я лежала у Леви на коленях, рассматривая его лицо. В какой-то момент я протянула к нему руку и с нежностью провела пальцами по щеке. Мне было так хорошо и легко в этот момент, хотя расслабиться полностью нам обоим не удавалось. Нас тяготила не только эта ситуация, но ещё и некоторая неловкость в проявлении наших чувств.
Однако именно с Риваем многие мои переживания будто бы растворялись, как растворяется сахар, добавленный в напиток, как тело, попавшее в густой туман и уходящее прочь от глаз людей, смотрящих ему вслед. Кратковременное чувство безмятежности вызвало у меня эйфорию. Я более не могла лишь лежать у Леви на коленях. Резко поднявшись, я притянула его к себе, и вот мы уже в обнимку падаем на кровать. И я думаю, мы оба счастливы в этот момент, который хочется вовлечь в бесконечность. Честно говоря, я не так уж и хорошо могу представить себе бесконечность, но была бы у меня возможность существовать вечность, я бы пожелала, чтобы он был со мной рядом.
- Ирма, давай займёмся любовью? - с придыханием спрашивает меня Ривай и, конечно, получает положительный ответ. Мы оба неопытны (ведь Леви, хотя и старше меня, однажды признался, что девушки у него никогда не было), а потому не совсем ловки в своих действиях. Мы нежно прикасаемся к друг другу, исследуя и познавая уже не только своё тело, но и тело другого человека. Проверяем реакцию друг друга на разные прикосновения, что заводит всё сильнее. Он проводит рукой, направляясь вниз от моего живота. И сейчас я позволяю ему и только ему делать подобное.
Куда подевалась эта взбалмошная и вспыльчивая девчонка, пытающая кого-либо поддразнить, рассердить, вовлечь в какую-нибудь глупость? Куда подевалась эта льстивая и услужливая девчонка? Я успела так повзрослеть за короткий срок, сама этого не осознавая, становясь всё более серьёзной, хотя я всё ещё слишком эмоциональна. Это всё наш образ жизни, а ещё появление первых чувств и спутник, с которым хочется шагать дальше по миру.
Сейчас я, действительно, счастлива. И пока у меня есть хотя бы один шанс на то, чтобы обрести счастье, я буду продолжать пытаться. Не в этом ли смысл действий многих людей, что окружают меня сейчас и окружали в течение жизни?
Боли практически нет, хотя я откидываю голову назад, а с губ срываются стоны. Всё же, я почти не могу двигаться, отдавая всю власть Риваю. Мне сложно поверить в то, что всё это происходит со мной сейчас. Он прижимается ко мне своим телом, а я вдавливаю пальцы в его спину, может быть, даже случайно царапаю её, но не отпускаю от себя. Он сжимает и целует мои бёдра, заставляя меня переживать всё более сильные эмоции.
А после мы лежим вместе, откинув от себя одеяло, любуясь телами друг друга, блестящими в приглушенном свете ночника. Я бы так не желала отпускать его от себя, но пусть он лучше останется в более безопасном месте, пока я отправлюсь в опасное путешествие. У нас нет выбора: мне в любом случае нужно отправляться в путь, а он вынужден оставаться здесь. Однажды Леви сказал мне о том, что я пытаюсь найти радость в настоящем дне, но теперь я не только безмятежна в настоящем, я забочусь и о будущем, хотя пугать оно не должно. Пока что у нас ещё есть несколько дней, чтобы насладиться друг другом, а после я ускользну вдаль, будто птица, желающая воспарить в воздух, чтобы обрести своду от горя и несчастий, что принёс нам этот мир.