часть 100
Шум в узком коридоре прекратил вышедший из кабинета инструктор. Его угрюмый вид и поднятый вверх кулак заставили всех замолчать.
– Прошу тишины, из-за вас мы не слышим отвечающих.
Все притихли, прижавшись к стенке, чтобы не упасть. Одно слово «экзамен» – и неважно, в каком темпе он проходил, был ли он легкий или сложный – заставляло выпить пару успокоительных таблеток, прижать тетрадь к груди и бурно обсуждать с такими же несчастными свою нервозность. Даже Оливия, вчера еще спокойная, витающая в облаках после Лондона, сегодня вернулась на землю. Она следила за остальными участниками экзекуции, перенимая их тревожность. Ей тоже пришлось прижать тетрадь к груди, облокотиться о стену и наблюдать за выходящими людьми из кабинета, чувствуя, как вспотели ладошки. Первым вышел Джо. Улыбка на его лице говорила обо всем без слов, но остальные решили убедиться.
– Ну как?!
– Все отлично. Я сдал без проблем.
– Кто в комиссии? – Несса расталкивала всех руками, протискиваясь между ними. – Что они тебя спрашивали?
– Джейден, Брайс и два инструктора. Мне задали всего пару вопросов: эвакуация пассажиров и аварийные выходы.
– Кто это спросил? – Несса прижала к груди тетрадь сильнее.
– Инструктор и инструктор.
Оливия вспомнила себя полгода назад, когда сдавала в колледже выпускные экзамены. Людей, принимающих их, было много, но она никого не знала, кроме своего преподавателя.
– Джейден никогда не заваливал своих, – прошептала Мирем, стоящая рядом.
Ее слова подтвердила половина людей из экипажа, выходящая из кабинета с улыбкой. Слишком быстро двигался поток из двадцати четырех бортпроводников, и это логично – по окончании их ждет отдых, целых два дня.
– Приглашаю всех ко мне! – прокричала Дженнет, выйдя из кабинета. – Это надо отметить.
Оливия отвернулась, делая вид, что не слышит. Солнце днем и мягкая постель ночью – вот что ждет ее. И мужчина, который сидит за этой дверью.
– Оливия, ты осталась одна, – произнесла Келси, делаю отметку у себя в бумагах. – Они ждут только тебя.
Оливия вздрогнула, осознав, что ее очередь подошла слишком быстро, неожиданно, она не готова… Но, набрав полные легкие воздуха и справившись с нарастающей паникой, она выпрямила спину и гордо подняла подбородок. Уверенность – вот лучшая подруга в любой ситуации. Уверенность правит миром. Уверенные в себе люди легче добиваются успеха.
– Удачи, мы будем ждать тебя у Дженнет, – прошептала на ухо Несса. – И не переживай, это всего несколько вопросов, ответы на которые ты дашь даже ночью во сне.
Улыбнувшись, девушка открыла дверь и вошла в кабинет. Брайс встретил ее улыбкой, она придала храбрости. Джейден что-то писал и не поднял на нее взгляд. Даже когда прозвучало ее имя, он продолжал писать – писал и писал, как фанатичный автор свой гениальный роман. Это позабавило Оливию. Так даже лучше: не видеть его глаз и не отвлекаться. Она села на единственный стул, стоящий посередине небольшого кабинета, напротив длинного стола, встречаясь взглядами с Брайсом. Он подмигнул ей, и девушка улыбнулась шире – это вышло искренне.
– Всего лишь пара вопросов, Оливия. – Инструктор прокашлялся и взял листок бумаги. Девушка хорошо знала этого человека, все две недели учебы он был с экипажем, обучал, тренировал, ругал и хвалил. – Назовите аварийно-спасательное оборудование на вашем борту.
Это был слишком простой вопрос, и Оливии стало обидно. Она решила побороть в себе это чувство и так же просто ответить:
– Пожарный топор, спасательные жилеты, дымозащитные капюшоны, канаты, кислородные маски, трапы, плоты, огнетушители.
– Какая основная ответственность бортпроводника?
Второй вопрос от второго инструктора, которого она мельком встречала раньше, поверг ее в ступор. На секунду показалось, что собравшиеся издевались над ее умом, над ней самой. Как жаль, что они не придумали тест из четырех вариантов ответов. Она посмеялась бы вдоволь.
– Безопасность на борту.
В своем воображении она услышала голос и громкую музыку: «И это правильный ответ! Вы выиграли сто долларов». Хотелось ответить еще на несколько вопросов, но видя, как инструкторы одобрительно кивают и собирают бумаги со стола, она решила – игра окончена.
– Спасибо, Оливия, это все.
Брайс, улыбаясь, вновь подмигнул и кивнул на дверь, давая понять, что она может идти, но внезапно знакомый голос, состоящий будто из нитей шелка, заставил замереть всех.
– Нет, не все.
Наконец Джейден отложил ручку в сторону и устремил взгляд темных глаз на нее:
– У меня тоже есть вопросы.
Эти слова заставили Оливию продолжить сидеть, широко открыв глаза. От внезапности происходящего она не видела, как двое инструкторов переглянулись между собой и как Брайс удивленно посмотрел на капитана.
– В случае аварийной посадки через сколько времени после приземления стюардесса приступает к эвакуации пассажиров?
– После того как капитан даст команду. – Теперь девушка почувствовала продолжение игры.
– Сколько длится эвакуация на нашем борту?
– Максимум девяносто секунд и минимум семьдесят восемь.
– Кто засекает время?
– Старший бортпроводник.
– Обязанности бортпроводника после того, как капитан объявил о предстоящей аварийной посадке? – Его глаза сверлили ее. Он не давал ей времени сделать вдох, заставляя быстро отвечать. Она все знала, но его напор начал нервировать.
– Приготовить пассажиров: попросить снять украшения, часы, очки и обувь. Показать позу, которую они должны принять во время посадки.
Оливия заметила, как Брайс слегка толкнул капитана в плечо, но тот продолжил:
– Оливия, расскажи нам про цвет передних аэронавигационных огней. – Его глаза, как яркие вспышки тех самых огней, заставили девушку изумленно округлить глаза. Она приоткрыла рот от неожиданного вопроса, не понимая, как связаны она и аэронавигационные огни. Но сдаваться не собиралась, роясь в своей памяти. Она теребила пальцы рук, вспоминая хоть один самолет в темноте. Теперь она отчетливо слышала удивленные перешептывания между собой инструкторов.
– Ты перегибаешь палку. – Это прошептал Брайс, но капитан ждал ответа.
– Красный и зеленый. Зеленый – индикатор правой стороны самолета, красный – левой. – Она встретилась с Джейденом взглядами, пытаясь понять, что с ним сегодня не так.
Все вздохнули и вновь начали собирать бумаги, но следующий вопрос заставил вновь замереть:
– Расскажи про глиссадные огни на взлетной полосе.
Гнев, как раскаленная лава внутри большого вулкана, зарождался внутри девушки. Обида и непонимание гасили этот взрыв. За что? Почему Джейден выбрал ее? Что движет им сейчас? Она не понимала, пытаясь найти ответ на его вопрос, заставляя свою память рыться в зеленом учебнике отца.
В тишине комнаты все следили за ней. Оливия слышала только вскипающую кровь внутри себя, из-за которой память отдельными слайдами рисовала два белых и два красных огня. Вопрос, на который она не могла знать ответ как стюардесса. Вопрос, на который она знала ответ как дочь пилота.
– Они там для того, чтобы ты не потерялся, идя на посадку! – вскрикнула она, не желая отвечать на безумный вопрос сумасшедшего капитана.
Девушка вскочила со стула, сжав руки в кулаки. Ей хотелось рукой почувствовать щеку Джейдена, оставляя на его коже красный цвет. Это стал бы ее фирменный аэронавигационный огонь. Она еле сдерживала себя, быстрым шагом дошла до двери, распахнула и вышла в коридор, с грохотом захлопнув ее.
– Что ты творишь? – прошептал Брайс, смотря на джейдена Джейдена. – Ты пытался ее завалить! Члена твоего экипажа!
– Я никогда не хотел видеть ее в моем экипаже, – ровным голосом ответил тот и встал со своего места. – Спасибо всем за экзамен.
Не торопясь он собирал бумаги со своего стола, слыша, как вполголоса выругался Брайс. Только что он стал свидетелем сцены невыносимой неприязни своего капитана к стюардессе. Ложная сцена, как кривая реальность, отображала лишь то, что требовал договор. Никто не мог подумать в момент опроса с пристрастием о том, что Оливия Паркер – исключение из всех правил.
Инструкторы ушли, закрыв плотно двери, и Брайс громко произнес:
– Аэронавигационные огни? Глиссадные огни? Ты шутишь? Откуда ей знать о них! Она стюардесса, а не пилот.
– Не переживай за нее, Брайс, – все так же спокойно отвечал Джейден, – она же ответила, а это свидетельствует о том, что она прекрасно знала ответ. Оливия не так глупа. Скорее я бы сказал: она умна. Но характер портит всю картину.
Брайс недовольно покачал головой:
– Когда вы начнете ладить друг с другом?
– Когда закат станет рассветом.
Брайс усмехнулся, не поняв ни слова, и, махнув рукой, вышел из кабинета. Пришло время отдышаться, и Джейден вздохнул полной грудью, слегка нахмурившись. Идея закидать Оливию вопросами возникла, как внезапный ветер у взлетной полосы. Он еще не придумал, как выпутаться из этого шторма. Он видел гнев в ее глазах, знал, что перегибает палку, но перестраховал их отношения.
Он покидал кабинет, думая лишь о том, что сейчас ему необходимо найти Оливию. Все произошло слишком быстро. Он не успел, не понимал…
Идя по длинному коридору в полном одиночестве, он подбирал нужные слова себе в оправдание, перебирал сотни фраз. Но каждая отталкивалась, как град об асфальт, создавая страшный грохот. Остановившись, он вытащил телефон из кармана пиджака и позвонил Оливии. Она не возьмет трубку, он знал это, но надеялся на обратное. Ответная мелодия заиграла за дверью, рядом с которой он стоял, и тут же прекратилась. Девушка отключила телефон, но выдала себя. Обида не позволила ей убежать дальше женского туалета. Она еще здесь. Она в здании и находится от него через дверь. Этот этап для Джейдена оказался простым. Дверь в дамский туалет не стала преградой, он толкнул ее плечом, лишь взглянув на вывеску сверху.
– Какого черта! – воскликнула она, зажимая в пальцах белую салфетку. Ее покрасневшие глаза – следствие обиды на него. Салфетка – лишь утешение. Она бросила бумагу в мусор, устремив взгляд на своего капитана. – Что это было?
Джейден оглянулся по сторонам, пытаясь определить, одна ли она.
– Я одна. – Она как будто прочитала его мысли, и после ее слов он расслабился. – Можешь начинать, я даже выслушаю тебя.
Она сложила руки на груди, гордо подняв голову. Еще несколько секунд назад она промакивала глаза салфеткой, а теперь слегка прищуренные голубые глаза с долей ехидства пристально наблюдали за ним, ожидая ответа.
– У нас родятся очень умные дети, – произнес Джейден, понимая, что в сотне подготовленных фраз этой не было.
Она опустила руки и отступила. Ее глаза округлились, превратившись в большие голубые озера. Девушка ошарашенно смотрела на человека, который не переставал удивлять ее.
– Какие дети? – Это все, что она могла выдавить из себя.
– Наши. – Джейден улыбнулся, понимая, что одолевает шторм.
Оливия открыла рот, но слов не было. Может, ее рассудок так же помутнел, как у мужчины напротив? Хотелось утопиться в раковине и оставить его слова без комментария. Но молчать долго она не могла.
– Ты делаешь мне предложение?
Этот вопрос резанул слух Джейдена, и он нахмурился.
– Наверное.
– Ты делаешь мне предложение? – вскрикнула она. – Ты делаешь мне предложение в туалете?!
– Туалет – это нормальная среда для пилотов и стюардесс. Я думаю, Шон сделал предложение Дженнет тоже в туалете, больше просто негде.
– Шон сделал предложение Дженнет в ресторане с кольцом и цветами.
– Ты хочешь кольцо и цветы?
– Я хочу, чтобы ты больше никогда не говорил об этом! – крикнула она, удивившись своим силам. – Что с тобой сегодня? Чувствую, здесь не обошлось без моей мамы.
– Нет, она здесь ни при чем. – Джейден сделал шаг навстречу Оливии, загоняя ее в ловушку.
Раковина сильнее уперлась ей в спину, причиняя боль. В мыслях Оливии возникло видение: она ступает по твердой земле, потеряв работу, но зато женой Джейдена Хосслера. Его жена – это девушка, ждущая его на земле, в его большом доме на берегу Тихого океана. Она должна готовить еду и встречать мужа горячим яблочным пирогом. Она должна жить в его доме чаще одна, чем с ним, постоянно смотря на небо. Он всегда будет в рейсах. И однажды он не вернется, оставив ее навсегда одинокой, с воспоминаниями о прошлых их совместных полетах. Она… Она не создана для жизни на земле. Она рождена летать и жить в облаках. Она не имеет право уйти. И она никогда не выйдет замуж за капитана.
– Убери от меня руки! – выкрикнула Оливия, вырываясь из его объятий и преодолевая путь к двери. – Никогда больше не говори об этом! Слышишь? Никогда!
Потянув ручку на себя, уже почти открыв дверь, девушка остановилась:
– Кажется, я поняла твою игру, Джейден. Ты решил избавиться от меня в своем экипаже. И если попытка завалить меня на экзамене не удалась, ты решил пойти другим путем, – она обернулась к нему, встречаясь с ним взглядами, – сделать своей женой, чтобы меня уволили из «America Airlines». Но этого никогда не будет. Я не подчиняюсь твоим правилам, я живу по своим. И нет, я не выйду за тебя замуж, в моей жизни уже хватило капитана-отца, и все детство я жила, починяясь приказам. Капитан-муж – это слишком. Я не собираюсь оставшуюся жизнь провести, подчиняясь тебе. И помни: я была в твоем экипаже и я там буду, хочешь ты этого или нет, но тебе придется меня терпеть.
Каждое слово – яд, они сыпались из нее, как из самой ядовитой змеи в мире. Нет, он не понимал Оливию. Его мозг с трудом переваривал весь тот негатив, что она только что вылила на него. Обидно. Впервые девушка отказала ему… Но он делал предложение тоже впервые, пусть так сумбурно и скомканно. Еще десять минут назад он даже не думал об этом. А сейчас жалел, что вообще встретил ее.
Ее слов хватило для принятия решения:
– Не приближайся ко мне ближе чем на два метра. Я не хочу проблем на работе. Наши отношения не могли продолжаться вечно, и с этой минуты им пришел конец.
Он произнес это, чеканя каждое слово. Лучше рубить сразу, пока не так больно.
– Хорошо. Это будет нашим новым правилом, – произнесла она и вышла в коридор.
Любая секунда может изменить жизнь, развернуть ее на сто восемьдесят градусов. Каждое произнесенное слово может изменить все настолько, что мозг не будет поспевать за происходящим. Еще час назад Оливия должна была поехать к Джейдену, наслаждаться песчаным берегом, морским бризом и объятиями мужчины. Но вот она зашла в свою квартиру, кинула сумку на пол и не раздеваясь села на диван. Пустой взгляд, безжизненный, лишенный огня. Она закрыла руками лицо, пытаясь как можно дольше оставаться в темноте. Частое дыхание заставляло сильнее ощущать нарастающий ком внутри. Непонятно где – в теле или душе, но она боролась с ним, пытаясь дышать глубоко и ровно. Получалось плохо, спазмы перекрывали ей путь к воздуху, заставляя хватать его ртом.
– Господи, Оливия, что с тобой?!
Голос Мел и ее руки коснулись девушки. От испуга Оливия вскрикнула и открыла лицо, смотря на подругу. Она совсем забыла, что Мелани дома.
– Боже мой! – произнесла та, садясь. – Ты не сдала экзамен? Как Джейден мог допустить такое? Можно пересдать? Не переживай, я уверена, он уладит этот вопрос.
Мелани говорила слишком быстро, рисуя выходы из несуществующей ситуации. Она не знала, что случилось, но уже придумала план.
– Я сдала, – сухими бледными губами прошептала Оливия. – А насчет Джейдена ты ошибаешься, он не только не помог бы, но делал все возможное, чтобы я больше не ступила на борт его самолета. Мы расстались. Эти отношения не могли длиться вечно. В жизни всегда приходится что-то выбирать. Мне тяжело было оставить маму и Лондон в погоне за мечтой, но я сделала это. Мне ничего не мешает сделать выбор еще раз в пользу работы.
Минуту Мел молчала, наблюдая, как Оливия вытирает ладонями мокрые щеки, размазывая потекшую тушь. Жизнь так быстро менялась. Не так давно она узнала о отношениях ее подруги со своим капитаном, и вот уже этих отношений нет. Так просто. Герберту надо выдать медаль, что он до сих пор с ней.
– Когда ты уезжала из Лондона, ты плакала?
Оливия выдохнула, вспоминая тот день. Лил дождь, и воды хватало без ее слез.
– Нет.
– Почему ты плачешь сейчас?
Оливия пожала плечами и опустила голову, пытаясь собраться с мыслями, но их не было. Она не знала ответ.
– Когда он улетел в Теннесси, ты танцевала и пела. Сейчас ты плачешь. Джейден Хосслер обладает удивительной способностью вызывать у тебя всевозможные эмоции. Ты уверена, что вы расстались?
– Мы расстались, и это самое верное решение в моей жизни.
Джейден находился в спортивном центре уже два часа. И все это время он бил висящую перед ним грушу, пытаясь устать так сильно, чтобы не осталось сил думать. Пот скатывался по лицу, и он вытирал его тыльной стороной руки.
– Джейден? – Удивленный голос заставил его обернуться.
– Приветствую, Шон, – кивнул капитан и снова ударил по груше.
– Я вижу, ты в ударе, – произнес тот, кидая сумку на пол. – Что-то случилось?
– Если пилот в спортзале, значит, что-то случилось?
– Если пилот в спортзале бьет грушу с такой силой, не щадя своих рук, то да.
Джейден усмехнулся, снимая перчатки и вытирая пот со лба. Он отошел в сторону, пропуская Шона, и тот со всей силы ударил по груше.
– Ну что ты, Шон, – произнес, улыбаясь Джейден, – неужели у тебя что-то случилось?
– Еще не случилось, но скоро случится – свадьба.
Ах да, какое совпадение – свадьба. Женитьба сводит с ума не только своим отсутствием, но и присутствием. Одно только слово «свадьба» заставляет мужчин приходить в спортзал для снятия напряжения.
– Сочувствую, – кивнул Джейден, забирая свою сумку.