часть 79
– Твоя очередь приходить ко мне в номер.
– Я пришел к тебе домой.
– Ладно, значит, моя.
Предстояло опять лететь в одном самолете, делая вид, что они абсолютно безразличны друг другу. Но лучше так, чем встречаться раз в месяц где-нибудь между рейсами в аэропорту. Джейден так и не понял, как это получалось у Шона и Дженнет, может быть, поэтому они решили день свадьбы выбрать через полгода. Они явно не встретятся раньше. Улыбнувшись, он взглянул на Оливию. Та с серьезным видом наглаживала каждую складочку, каждый шов. Это занятие доставляло ей удовольствие, она не лгала ему. И он рад, что может любоваться подобным зрелищем, в отличие от Шона.
– Дурацкое правило авиакомпании, – не выдержав, выругался Джейден, – логически у членов одного экипажа больше шансов стать любовниками – они видят друг друга чаще.
– Ты думаешь, в твоем экипаже это частое явление? – Она встретилась с его недовольным взглядом и хитро улыбнулась. – Может быть, Несса и Брайс или Келси и Джо, а может, Луи и Мирем?
Думать об этом не хотелось, но даже если бы пришлось, он не мог такого представить. Для него они были идеальным экипажем, соблюдающим все правила.
– Ты что-то знаешь? – хитро улыбнулся Джейден. – Конечно, ты же общаешься с ними и наверняка знаешь больше, чем я.
– Конечно, больше. Вы с Брайсом как ведущее звено идете впереди и не видите, что творится за вашими спинами.
Стало интересно, и Джейден вскочил с дивана, наваливаясь на Оливию:
– Значит, ты мне расскажешь, что происходит на борту самолета, пока я глух и слеп!
Она улыбнулась, размахивая перед ним горячим утюгом, и капитан отпрянул.
– Запомни, никто не хочет лишиться своего места. Никто никогда не скажет правды, все будут скрывать ее. Я тоже не буду кричать направо и налево, что сплю с тобой. Все мы идеальны, все мы соблюдаем прописанные правила. Мне ничего не известно, я слышу только про связи между нашими и людьми из других экипажей.
– Арчер и Несса?
– Твой Арчер – кобель! – начала заводиться Оливия, и Джейден забрал у нее горячий утюг.
– Их отношения – не наше дело. А что касается остальных, пусть что хотят, то и делают, я как капитан закрою на это глаза, а как человек – порадуюсь за них.
– Боже, – вздохнула девушка, – я удивляюсь порядку в твоем экипаже. Хотя, может, за твое понимание и «закрывание на все глаз» они и уважают тебя.
Джейдену понравились ее слова – он предполагал, что это так, но из ее губ это звучало так сладко.
– Я просто думаю о людях. И дело не в «закрывании глаз», Оливия, я отстаиваю их интересы, бьюсь за них. Я многие годы завоевывал их доверие, и, видимо, это дало результат.
Девушка была с ним согласна. Она не слышала ни одного негативного отзыва о нем из уст экипажа. Они восхищались им, с грустью провожали в долгий отпуск и с радостью встречали. Они были недовольны, когда вместо Джейдена ставили другого капитана. И только она радовалась замене.
– Они уважают тебя. – Она забрала из его рук утюг и продолжила гладить.
Он следил за каждым ее движением, как аккуратно и осторожно она проглаживала каждую складочку, нежно касаясь ее пальцами. Это зрелище бурей отозвалось в его мозгу, и он вновь выхватил утюг из ее рук, испугав резким движением девушку. Она удивленно посмотрела на него и тут же нахмурилась. Это было мило. Теперь все, что делала Оливия Паркер, было для Джейдена возбуждающим. Ни на секунду он не пожалел о том, что остался у нее. Жалел лишь о времени, которого оставалось слишком мало. Завтра снова рейс, и снова они будут чужими. Снова тихий стук в дверь его номера и нежный взгляд. Его снова поглотит ее небо. Надо только подождать. Но еще есть немного времени, чтобы насладиться этой девушкой вдоволь, чтобы не думать о ней весь полет. Впереди целая ночь, и этого должно хватить.
Он притянул ее к себе, шепча возле ее губ:
– К черту рубашку.
Оливия тут же выпустила ее из рук, одновременно чувствуя озноб и жар. Разве такое возможно, чтобы человек одной лишь близостью вызвал всю эту гамму ощущений? Почему она хочет его бесконечно? Почему дня, проведенного с ним наедине, мало? Почему этот мужчина Джейден Исайя Хосслер? Почему она попросила уйти Ноа, ни капли не пожалев об этом? Почему жизнь так несправедлива?
Беспорядочный поток вопросов крутился в голове, но как только губы Джейдена коснулись ее, в голове стало пусто, и, застонав, Оливия осознала, что все это время не дышала. Она стала куклой в его руках, полностью вручая себя ему. Он подчинил ее тело, забрал без остатка. Она сгорала, окунаясь в вулкан раскаленной лавы, в которую он завлекал ее. Хотелось бесконечно ощущать эту страсть и навсегда остаться в этом моменте. Но время невозможно остановить, а значит, надо наслаждаться каждой секундой, что оно дарило им сейчас.
Утро ворвалось в комнату, принося с собой суматошный день. Джейден застегивал пуговицы на рубашке, одновременно звоня в центр полетов и делая глоток кофе, что принесла ему Оливия. Откинув телефон на диван, он схватил галстук:
– Я уйду раньше, мне надо зайти к Кариму, встретимся на брифинге.
– А потом в Бангкоке, – прошептала Оливия, застегивая пуговицы на своей блузке.
Джейден обернулся.
– Да, в Бангкоке. – Он подошел к ней, целуя в щеку. – У тебя накрашены губы. Ненавижу эту помаду.
Девушка улыбнулась, проводя по гладко уложенному пучку, на ощупь определяя, все ли в порядке с волосами:
– Еще одно правило нашей авиакомпании.
Джейден выругался, снимая пиджак с плечиков и забирая фуражку со стола. Времени оставалось мало, радовало только то, что до аэропорта совсем недалеко.
– Я пошел. – Он взял чемодан за длинную ручку, открыл дверь, но в последний момент остановился. – Я буду скучать, Ливи.
– Шесть с половиной часов, Джейден, – девушка подошла к нему, касаясь нашивки в виде крыльев на черном пиджаке, – и целая ночь в Бангкоке.
Теперь перед ней стоял капитан, пилот, при форме с погонами. Тот самый Джейден, с которым она всегда ругалась, которого толкнула в бассейн с холодной водой, которого накормила персиками и чесала его спину, думая, что он умрет от аллергии. Тот самый Джейден, который говорил ей гадости, который превратил ее первый рейс в ад, который напоил ее до полусмерти, а потом всю ночь возился с ней, приводя в чувство. Капитан, которого она хотела, несмотря на все это, гордый, красивый мужчина, которого судьба превратила в ее любовника.
– Уговорила, – улыбнулся он, встречаясь с ней взглядом, – ради этого я готов ждать шесть часов.
Ему хотелось поцеловать ее, но, видя накрашенные красной помадой губы, он лишь вновь выругался в адрес авиакомпании и вышел из квартиры.
Резко стало пусто и тихо. Одиноко и холодно. Оливия грустно вздохнула, направляясь к окну на кухне. Она выглянула на улицу, и улыбка коснулась ее губ – Джейден садился в машину и махал ей рукой. Он садился в «Мазерати», которая сильно выделялась среди старых «Тойот» и «Ниссанов». Но это Лос-Анджелес. Такой микс здесь часто встречается.
Непривычно быстро Джейден доехал до аэропорта; решил, что купит квартиру где-нибудь в этом районе, желательно поближе к Оливии. Лучше в ее доме. А еще лучше – на одном этаже с ней. Он улыбнулся, выходя из машины и ловя себя на мысли, что всю дорогу думал о ней. Впервые за несколько месяцев он понял, что жизнь насыщена яркими красками. И хоть небо было по-прежнему голубым, в лучах утреннего солнца оно ослепляло. Было сложно смотреть под ноги, и Джейден остановился, устремив взгляд вверх, рассматривая безоблачные просторы.
– Как зовут девушку, которой удалось завоевать твое внимание на целых две ночи? – Голос Брайса за спиной заставил лазурное небо превратиться в серый асфальт.
От неожиданности Джейден растерялся, не зная, что ответить. И Брайс, и его вопрос оказались неожиданными.
– Что ты делаешь здесь в такую рань? – выкрутился он, вопрос прикрывая вопросом. – До брифинга еще час.
– Сегодня, к удивлению, нет пробок, доехал слишком быстро. А что ты делаешь так рано в аэропорту? Я думал, ты опоздаешь. – Брайс улыбнулся. – Так как зовут девушку, Джейден? У нее есть имя?
– Есть. – Джейден покатил чемодан к входу в здание, пытаясь протянуть время и все равно понимая, что ответить придется. – Я сдал экзамен, Брайс.
Он выкрутился, отвлек внимание второго пилота. Можно было, конечно, наврать, выдумать имя девушки, ее внешность, нафантазировать род занятий, приплести даже собачку в сумочке. Но Джейдену совершенно не хотелось врать. Его устроило бы обычное равнодушие Брайса к этому вопросу.
Второй пилот присвистнул, хлопнув капитана по плечу:
– Вот черт, Джейден, и ты молчишь?! Ты должен был кричать об этом на весь аэропорт!
– Это странный результат, Брайс. – Джейден остановился и достал из внутреннего кармана пиджака конверт. Он протянул его пилоту, и тот, быстро вытащив из него бумагу, прочитал и улыбнулся:
– Здесь нет ошибки, ты сдал, поднялся на еще один уровень. Я поздравляю тебя, капитан! Это фантастика! – Брайс сжал ладонь Джейдена.
– Вот именно что фантастика. Пусть Карим скажет мне это в лицо. Иначе я не поверю ни единому написанному слову. Кстати, я приехал раньше, чтобы зайти к нему. Хочешь пойти со мной?
– Конечно, – кивнул Брайс, все еще радуясь хорошей новости, – хочу услышать, как будет заикаться Карим, ища оправдания своим словам, сказанными по прилету в Сингапур.
Они прошли к лифту, минуя суету в зале аэропорта. Сегодня было слишком шумно, слишком много людей с чемоданами пытались отдавить друг другу ноги.
– Что сегодня за день? – Брайс удивленно посмотрел на Джейдена, но тот лишь пожал плечами, заходя в лифт.
– Может, отменили рейсы? Надеюсь, наш состоится по расписанию.
Он не хотел никаких перемен. Никаких задержек, никаких изменений. Только в Бангкок и только с отдыхом в гостинице, только Оливия и только до самого утра.
Направляясь по длинному коридору в здание руководства, Брайс плелся за своим капитаном, силясь прочитать текст. Но получалось плохо из-за тусклого света, и он опустил бумагу, обращаясь к Джейдену:
– Ты криво посадил самолет в условиях сильного бокового ветра? Это так. Сместился с разметки? Да. Но ты его посадил и выровнял! Я не понимаю, что тебя не устраивает?
– Я должен был предугадать такую ситуацию, Брайс. А не садиться черт-те как криво с заносом. А если бы я не выровнялся с разметкой? Что тогда? Пропахали бы поле? И наши кишки соскребали с земли. Карим был прав, говоря об уходе на второй круг. Только я это понял слишком поздно, когда нас занесло на полосе. – Джейден продолжал идти, ругая себя. В памяти вновь пронеслась яркая картина посадки. Он вспомнил свои ощущения от неожиданного подвоха в виде сильного ветра на земле. Видимо, в его жизни ветру суждено приносить сюрпризы.
– Надеюсь, ты все это не скажешь Кариму.
Джейден улыбнулся. Конечно, он так не скажет, но услышать правду о себе из уст человека, ругавшего его и давшего ему дорогу дальше, было необходимо.
Дальше они шли молча, каждый думал о своем. Брайс все еще теребил в руках письмо с итогами аттестации капитана. Он хотел спросить Джейдена о девушке, о которой тот умалчивал, но итоги сейчас были важнее. Ни одна девушка не была для капитана важнее работы. Образ незнакомки тут же исчез, вместо нее перед ними предстало лицо Андреа Хариса:
– Хосслер, ты мне нужен.
Его голос заставил пилотов остановиться. Джейдену меньше всего хотелось быть нужным Андреа именно сейчас. Он отступил на шаг, но тот приблизился, пальцем тыкая ему в грудь:
– Сегодня ты полетишь в Катар на международное собрание пилотов.