часть 37
Они вышли из здания аэропорта, направляясь к стоянке. С одной стороны щебетание Мелани, с другой Нессы создавали больше шума, чем двигатели самолета. Но даже от этого шума настроение поднималось. Оливия шла молча, любуясь впереди идущей парой Шона и Дженнет. Его форма пилота и ее форма стюардессы вместе создавали чарующее зрелище, которым можно было любоваться вечно. Пилот и стюардесса – этот союз был ей знаком…
Из задумчивости ее вывел голос Джейдена:
– Садись в машину, я не хочу стоять здесь вечно.
Она вздрогнула, переводя взгляд на него, потом на уже знакомый серый «Мазерати». Он открыл перед ней заднюю дверь, и девушка молча села, чем сильно удивила его.
Он нахмурил брови, взглянув в сторону Шона и Дженнет. Кстати, это отличная возможность спросить, как им удается встречаться. Зная свои плотные графики и такие же Джека Арчера, – это в принципе невозможно. Наверняка они видятся раз в месяц.
Сев в машину и надавив на газ, обгоняя машины, Джейден вырулил на главную дорогу, остановился в пробке и обратился к Брайсу:
– Как прошел ваш полет в Лондон?
Все внимание Оливии тут же устремилось на Брайса.
– Все хорошо. Хитроу все такой же дождливый и туманный.
– Не удивляюсь, – усмехнулся Джейден. – Как полоса?
– Две полосы, из них одна наша, размер три девятьсот. Терминал три и пять специально переоборудовали для обслуживания «Эйрбаса 380». В целом неплохо, но реверс при посадке по-прежнему нельзя использовать. Хотя ты его и не любишь.
Джейден кивнул, смотря в зеркало заднего вида, но совсем не на машины, следующие за ними. Он смотрел на Оливию.
– Как можно сесть без реверса на полосу три девятьсот? Если наша полоса в Лос-Анджелес составляет четыре пятьсот.
Она взглянула на него, встречаясь взглядом в зеркале:
– Так же, как ты сел на полосу две пятьсот в Коломбо. Как ты это сделал?
– Чертовски сложно и с реверсом в полете. А у вас длина полосы равна пробегу нашего самолета без реверса, который нельзя использовать в Хитроу. Мне кажется, вредность у англичан в крови.
Оливия нахмурилась, давая ему отпор:
– Тебе лишь бы прокатить самолет по всей полосе, даже если она четыре тысячи пятьсот метров; видимо, черта американского характера заключается в том, чтобы использовать даже то, что можно не трогать.
Он резко обернулся.
– Люблю трогать то, чего другие касаются редко.
– У таких людей, как ты, – она нагнулась к нему, шепча на ухо, касаясь дыханием его слуха, – психическое заболевание, называется манией величия.
Джейден улыбнулся, ее слова лишь разжигали огонь внутри его. Желание ответить ей было настолько сильным, что он уже готов был это сделать, но Брайс перебил его:
– Джейден, мы не в самолете, здесь я не второй пилот, и у меня нет руля.
Недовольный взгляд Джейдена пронзил Оливию, и он тут же отвернулся, нажимая на газ. У него будет целая ночь, чтобы поставить эту выскочку на место.
Пока Несса, сидящая на заднем сиденье вместе с Оливией, рассказывала о вышедшем журнале с совместной фотографией с Брайсом, девушка смотрела в окно на проносящиеся пейзажи. Опять она в этой машине, опять они едут по той же дороге. Опять вечер с огнями красивых зданий. Стоило признать, что, познакомившись с Джейденом Хосслером, она стала чаще любоваться этим городом.
Подъехав к высокому забору, Оливия не сразу осознала, что они приехали к месту назначения. Она ждала что-то наподобие многоэтажного дома в центре города. Но это был далеко не центр, рядом не было шума центральной дороги. Здесь обитал лишь один шум – волн Тихого океана, бережно касающихся берега.
– Ты живешь тут? – Она вышла из машины, удивленно смотря на крышу двухэтажной виллы, виднеющуюся за забором. – На вилле?
Ей показалось, что она попала в зазеркалье. Джейден Хосслер оказался чертовски богатым пилотом авиакомпании «America Airlines».
Джейден взглянул на свой дом, и Оливии показалось, что у него это получилось как-то грустно. Он молча вытащил ключи из пиджака, и в этот момент подъехали еще две машины. За рулем одной сидел Джек Арчер, везя Мелани и Герберта, в другой Шон и Дженнет. Теперь Оливии стало понятно, почему Джек хотел устроить праздник именно здесь. Это частная территория, где нет соседей за стенкой, где много места и свежий воздух с залива приносил запах моря. Они еще не зашли внутрь, но Оливии уже здесь нравилось. Жаль, что это дом Джейдена.
Джейден распахнул большие ворота и включил уличное освещение. Оливия открыла рот от удивления: это была самая красивая вилла из всех, что она когда-либо видела. Современный дизайн дома включал в себя большие панорамные окна, из которых открывался шикарный вид на море. Большая зеленая территория прилегала к дому, с правой стороны которой находился бассейн. Все подсвечивалось неназойливым для глаза светом, создавая уютную обстановку.
– Вот это да! – воскликнула Мелани, которая тоже была шокирована увиденным.
– Так живут пилоты «America Airlines», – засмеялся капитан Арчер, пропуская девушек.
– Так живут капитаны «America Airlines», – поправил его Брайс, и Шон засмеялся.
– Так живет Джейден Исайя Хосслер, – произнесла Несса, – и он это заслужил.
Все зашли в дом, но Оливия осталась на улице. Она подошла к небольшой белой калитке, закрывающей выход на пляж, и облокотилась на нее, смотря вдаль на огни кораблей. Они выстроились в ряд точно так же, как самолеты, ожидающие свой черед на посадку или вылет. Темнота за калиткой пугала ее, но ей безумно хотелось пройтись по песку босиком. Стоя и слушая мягкий шум волн, она впервые почувствовала себя расслабленной. Оливия закрыла глаза, подставляя лицо легкому ветерку, вдыхая соленый воздух.
– Почему ты не в доме?
Шелковый голос возле ее уха заставил открыть глаза. Ей не надо было поворачиваться, чтобы узнать, кому тот принадлежит.
– Здесь так тихо, – прошептала она в темноту.
Джейден также смотрел в ночь. После шумного и пыльного аэропорта это место казалось раем. Сняв пиджак, он повесил его на калитку, открывая ее перед Оливией.
– Хочешь прогуляться по пляжу?
Он прочитал ее мысли, и только сейчас она взглянула на него:
– Убьешь меня и закопаешь?
Он улыбнулся. Было бы неплохо именно так и поступить, но пока это не входило в его планы. Сейчас он хотел просто прогуляться, как делал каждый раз по возвращении домой. А эта девушка просто оказалась рядом. Не лучший компаньон для прогулки, но она так зачарованно любовалась морем, что ему стало ее жаль.
– Когда ты в последний раз была у моря?
– Пару раз за все месяцы, что училась в колледже. У меня нет возможности разгуливать по пляжам.
Она проследила за тем, как капитан снял ботинки и носки и вышел за калитку, направляясь к морю. Оливия скинула туфли и побежала за ним, чувствуя, как утопают в теплом песке ноги. Обогнав Джейдена, она внезапно остановилась и раскинула руки в стороны, подставляя лицо морскому бризу.
Ее волосы трепал ветер, временами перекидывая их на лицо, и Джейден захотелось провести по ним пальцами. Сейчас Оливия больше напоминала ребенка, дорвавшегося до чего-то запретного. Она стояла к нему лицом с раскинутыми в стороны руками, с искренней улыбкой на губах, делая шаг назад, когда он делал вперед. Она засмеялась, и ее смех эхом разнесся где-то далеко.
Внезапно, развернувшись, она побежала к воде, как маленький ребенок, что резвится в луже, пытаясь вдоволь вымокнуть, пока родители не заругали. Но это не лужа, и она не ребенок. Взрослая девушка наслаждалась морем, зайдя в воду по щиколотку.
– Оливия, – произнес Джейден, – не уходи от меня далеко.
– Здесь так здорово! – восхищенно вскрикнула она. – Иди сюда.
Она протянула ему руку, совсем забыв, что они не друзья. Но сейчас ей не хотелось думать об этом.
– Спасибо, но я посмеюсь над тобой со стороны.
В другой ситуации она бы ответила ему дерзостью, но сейчас лишь засмеялась, набрала в ладони соленую воду и плеснула в его сторону. Оливия не промахнулась, вода попала ему прямо на лицо и струйками стекла по белой рубашке.
– Ой, – удивленно пролепетала девушка, пытаясь скрыть улыбку, но уже зная, что последует за этим.
Первые секунды гнева прошли слишком быстро. Пока Джейден смахивал с себя воду, в голове прозвучал другой сигнал – это игра. Оливия слишком увлеклась, и ему ничего не оставалось, как ответить тем же.
– Мой ответ, – он сделал шаг в море, не обращая внимания на то, что штаны сразу намокли, и руками начал черпать воду, выплескивая ее на Оливию, – будет долгим.
Он облил ее с ног до головы, но она только смеялась, делая попытки ответить тем же. Джейден увиливал, понимая, что намок ничуть не меньше Оливии. Ее радость и желание быстрее его намочить насмешили его.
Оливия, не в силах прекратить смеяться, вцепилась в Джейдена и потащила дальше от берега. Капитан поддался, схватив ее за талию и подняв над собой.
– Боже, какая ты тяжелая!
И тут же выпустил, роняя в воду. Она весила как перышко, он мог держать ее вечность, именно поэтому ему не хотелось делать этого.
Коснувшись дна ногами, Оливия вынырнула, понимая, что стоит по горло в воде. Она засмеялась, руками пытаясь грести в сторону Джейдена, но тот упорно продолжал создавать стену из брызг, не давая приблизиться. Она отворачивалась, постепенно осознавая, что сырая одежда стала тяжелой и ей трудно сдвинуться с места.
– Спаси меня, – она протянула ему руку, но он лишь рассмеялся, наслаждаясь этой секундой, – Джейден.
Даже его имя, слетевшее с ее губ, не заставит его подойти к ней ближе.
Оливия, разозлившись, кулаком ударила по воде, и брызги достали его. Он весь промок, пара брызг не испортят общей картины.
– Будь осторожна, временами сюда заплывают скаты, – он решил еще сильнее напугать ее и тут же, услышав крик, пожалел об этом.
После его слов Оливии показалось, что все рыбы резко стали активны и ее ноги касаются чего-то склизкого. Водоросли, рыбы, змеи – не важно, она просто кричала, и от страха сил прибавилось вдвое. Почти сразу почувствовала, как ее схватили сильные руки Джейдена. Она ухватилась за его шею, вновь рассмеявшись:
– Испугался? Надо было сразу кричать.
– Чертовка! – Он попался на ее уловку. Разве могла Оливия чего-нибудь бояться? Скорее, рыбам надо боятся, когда она заходит в воду. – Ты всех рыб распугала своим криком.
– Но сработало ведь, ты меня вытащил.
Он не вытащил – просто крепко держал на руках. Эту картину он уже видел. Не прошло и суток, а они снова устроили соревнования в воде.
– Оливия, ты стоишь на ногах? – прошептал он ей на ухо. Близость начала нервировать его.
– Да, – ответила она, еще сильнее руками уцепившись за него, касаясь щекой его небритой щеки.
– Так какого черта ты меня держишь?
– Это ты меня держишь.
Джейден только сейчас понял, что сильно прижимает девушку к себе. Он отпустил руки, и Оливия вмиг почувствовала себя незащищенной. Почему-то ей не хотелось, чтобы он отпускал. Но еще больше не хотелось чувствовать его своим телом. Она расцепила руки и отошла.
Идя обратно, все еще смеясь, они толкали друг друга в море, но желания заходить туда уже не было, приходилось падать на песок. Оливия смотрела на мокрого Джейдена и не верила, что этот мужчина, который только что пытался зарыть ее в песок, засунув в волосы морские водоросли, капитан самого большого в мире пассажирского лайнера. О том, что он капитан, сейчас говорили только погоны на уже серой от песка рубашке.
– Джей! – вскрикнула Оливия, указывая на небо. Он поднял голову, любуясь яркими огнями снижающегося самолета. – Какая красота! Здесь рядом аэропорт?
– Да, но этот самолет летит в наш аэропорт.
Оливия задумалась, опуская голову. Она клялась не спрашивать его о его ощущениях от взлета и посадки, но сейчас ей так этого хотелось. И хотя она уже знала ответ пилота на такую глупость, в глубине души все-таки надеялась на другой ответ.
Видя ее задумчивый вид, Джейден насторожился. Закусив нижнюю губу, Оливия явно нервничала, а он уже начал нервничать от этого действия.
– Пойдем в дом. – Он оглядел ее с ног до головы, не представляя, как они войдут в дом в таком виде, но вопрос, слетевший с ее губ, заставил его забыть об этом.
– Знаю, что у пилотов всегда много работы, и я была свидетелем этого сегодня: вы что-то нажимаете, включаете, говорите, отдаете друг другу команды, рулите, закрылки, предкрылки, спойлеры, шасси, высота, эшелон… А есть время для наслаждения полетом?
Он удивленно посмотрел на нее. Какой интересный вопрос. Его еще никогда не спрашивали об этом.
– Весь полет, Оливия, есть наслаждение. Иначе я не летал бы.
Оливия неудовлетворенно покачала головой.
– Нет, я неправильно задала вопрос. – Она нахмурилась, вспомнив, что решила никогда не спрашивать его об этом. – Что ты чувствуешь при взлете? Или в момент посадки? Думаешь о закрылках или о чем-то другом?
Он стоял перед ней, не веря собственным ушам. Помимо острого языка Оливия, оказывается, обладала тонкой душой.
– Когда справа от тебя сидит второй пилот, постоянно ждущий распоряжений, за тобой пятьсот пассажиров, а в наушниках голос диспетчера… – Он задумался, опустив взгляд на песок, но потом улыбнулся, заглянув в ее глаза. – Взлетать всегда прекрасно, надо просто выкинуть все это из головы и ощущать момент отрыва. Ты спрашиваешь про мои ощущения? Я испытываю действие дофамина. Во мне целая смесь чувств – удовольствие, восторг, расслабление и избавление от земной суеты. Я набираю высоту и понимаю, что чем выше – тем мне спокойней.
Слушая его, она понимала – он рассказывал о своих ощущениях в тех же эмоциях, что испытывала каждый раз при взлете она сама. В этом они были похожи.