часть 14
Оливия с ног валилась от усталости. Зайдя в свой маленький номер в гостинице, она сразу же легла на кровать. Это был тяжелый рейс, тяжелее, чем первый. Она лежала и рассматривала маленькие трещинки на потолке, прокручивая в голове пережитый день от начала и до конца: задержка в аэропорту Бангкока, длинный перелет, внезапные роды, слезы и нервы. Джейден порвал ее заявление. Почему он это сделал? Он же ненавидит ее. Дал ей еще один шанс? А может, пару шансов, зная ее характер?
Она перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку. Мысли вновь и вновь возвращались к моменту, когда он обнял ее. Она не переставала задаваться вопросом: зачем он это сделал? Почему она вспоминает его? Она поймала себя на мысли, что ей приятно вспоминать объятие, и корила себя за это. И его – за то, что был в ее мыслях.
Резко зазвонивший телефон вывел ее из раздумий. Мама. С облегчением выдохнув, Оливия подняла трубку. Больше она не собиралась думать о Джейдене Хосслере, по крайней мере, в ближайшие три дня.
– Оливия, дочка, что я только что увидела по телевизору? – прокричала мать взволнованным голосом. – Ты приняла роды в самолете? Как ты себя чувствуешь?
Оливия поднялась с кровати и включила телевизор.
– Не я же рожала, мама. Со мной все в порядке.
– Тебя сегодня показывают по всем нашим новостям. На экране ты выглядишь слегка уставшей, но форма тебе очень идет. Молодой человек рядом с тобой – это и есть тот самый капитан, что заставил мою девочку молчать? На экране выглядит милым. Я и не думала, что он такой красивый.
Дальше посыпались комментарии о Джейдене, и Оливия опустила трубку, пытаясь сдержаться. Услышав молчание, она подумала, что мать сказала все, что хотела, но ошиблась.
– …и вы очень мило смотритесь вместе. А ты видела, как он посмотрел на тебя? Его глаза горели от страсти.
– Какой страсти, мам? – занервничала Оливия. – Мы терпеть друг друга не можем! Я не хочу больше слушать весь этот бред! С меня хватит! До свидания!
Нажав отбой, она включила телевизор. Но на экране снова увидела себя и Джейдена. Похоже, три дня отдыха превратятся в каторгу. Он преследует ее всюду. Раздраженная, она выключила телевизор. Ей срочно нужна была тишина, чтобы успокоиться.
Когда постучали в дверь, она от неожиданности вздрогнула. Кто это может быть? Медленно открывая дверь, она боялась, что это снова могут быть репортеры, но перед ее лицом предстал огромный букет из красных роз. Вот черт!
Клерк аккуратно внес его в комнату.
– Оливии Паркер, – произнес он, вручая букет.
Она еле удержала его, ошарашенная количеством цветов.
– От кого?
На долю секунду ей захотелось, чтобы ответ был «от Джейдена Хосслера», но она прогнала эти мысли.
– Визитка в букете, мисс, – клерк поклонился и вышел, оставляя Оливию один на один с шикарным букетом.
Она поставила цветы на стол и аккуратно вытащила красивый конверт, спрятанный между листьями. «Спасибо за отличную работу. America Airlines». Оливия с трудом подавила в себе вздох разочарования.
Тем временем Джейден и Брайс сидели на собрании летного состава, которое продолжалось уже несколько часов. День оказался ужасно напряженным и бесконечно долгим. Они исписали тонну бумаги, в пятый раз пересказывая свои действия, но комиссия вновь и вновь требовала объяснений их решению экстренно садиться.
– Вы считаете, что я должен был оставить женщину умирать на моем борту? – Джейден уже повысил голос, не в силах справиться с раздражением.
– Вы должны были связаться с нами, капитан, – ответил угрюмый мужчина. Он больше всех спрашивал с Джейдена.
– У меня не было на это времени. Рядом находился аэропорт, в котором могли оказать помощь.
– Сажая самолет на полосу короче и уже положенной для вашего самолета, спасая одного человека, вы жертвовали жизнями пятьсот сорока пяти пассажиров. Вы не могли быть уверены в том, что посадка пройдет благополучно.
Джейден усмехнулся: в тот момент он был более чем уверен. Но сколько можно говорить об одном и том же? Все прошло благополучно, все живы и здоровы. А он устал так сильно, что когда переступит порог своего дома, упадет прямо в гостиной.
– Я даже больше скажу, – произнес Джейден, – если подобное повторится, я буду действовать таким же образом. Настолько я в себе уверен.
Кто-то из пилотов поддерживал его, кто-то, напротив, возмущался. Но в итоге все пришли к выводу, что отличные знания теории и успешная практика на тренажерах сделали из Джейдена Хосслера выдающегося пилота. Он не боялся принимать решения, не боялся отклоняться от заданной точки, целенаправленно шел вперед, каждый раз оправдывая четыре золотых полосы на погонах.
– Хватит давить на мальчика, – произнес Андреа. – Лично мне он сделал отличную рекламу. Теперь все газеты и телекомпании пишут и говорят о нем как о герое. «America Airlines» теперь не знает только глухой. Надеюсь, у нас увеличится пассажиропоток вдвое, что принесет большую прибыль. – Он посмотрел на Джейдена: – Я считаю дело закрытым и не подлежащим рассмотрению вновь. Оставим все как есть без выноса выговора в личное дело. Джейден, ты будешь летать и дальше. А еще – станешь лицом авиакомпании «America Airlines». Кажется, тебя пригласили на фотосессию для обложки журнала? Отлично. Бери Оливию Паркер и вперед, Джейден.
Лучше бы он этого не слышал. Его нервы и так были как натянутая струна, а имя Оливии Паркер вконец его разозлило – как красная тряпка быка. Он взбесился окончательно и вскочил со своего места. Но Брайс вовремя остановил его от необдуманных действий:
– Молчи. Только молчи. Потом разберемся.
Понимая, что второй пилот прав, Джейден молча сел обратно. Он не будет заниматься дешевым пиаром, а уж тем более с ней. Его дело – летать, а не позировать на камеру.
Наконец их отпустили, и Джейден поспешил на выход, готовый мчаться домой незамедлительно. Дорога всегда успокаивала его. Наконец он проведет три дня в раю, забывшись в шуме морских волн на побережье залива. Если не летать, то только смотреть на голубые воды и белую пену. Голубые воды. Голубое небо. Голубые глаза Оливии Паркер… Выругавшись про себя – он опять о ней вспомнил, – Джейден достал ключи.
– Брайс, – он резко остановился, обращаясь к другу, – ты же летел со мной сегодня?
Брайс уставился на него, не понимая, к чему тот клонит:
– Ну.
– Ты участник операции «экстренная посадка в Коломбо»?
Брайс недовольно нахмурил брови:
– Чего ты хочешь?
– Значит, ты имеешь полное право сходить на фотосессию вместо меня.
Джейден удовлетворенно выдохнул и вышел из здания аэропорта на парковку, где его ждал любимый «Мазерати» цвета графита.
Брайс догнал его:
– Но я не капитан. Они ждут тебя.
– Я одолжу тебе свои пиджак и фуражку, – двери машины открылись. – Ты знаешь, я не люблю фотографироваться и изображать из себя звезду Голливуда. У меня и времени свободного столько нет.
Брайс утвердительно кивнул, улыбаясь. Он уже представил повсюду свет камер, съемки, себя и свое лицо на обложке журнала. Это же мечта любого. Джейден спятил, отказываясь от этого.
– А как же Оливия? Вдруг она откажется со мной фотографироваться?
Джейден резко развернулся и посмотрел на Брайса:
– Поверь, она только обрадуется.
На следующий день Оливия, Несса и Мирем шли по длинному и шумному коридору торгового центра. На улице стояла жара, поэтому все спешили сюда, под кондиционеры. Ступая по начищенному до блеска мраморному полу, Оливия чувствовала себя королевой. Легкая, непринужденная обстановка, запахи сотни духов, мужчины в чёрных костюмах и женщины в лёгких платьях делали это место исключительным, не похожим ни на какое другое. Она любила этот город таким, какой он есть, – большим, дорогим, золотым, величественным и межнациональным. Здесь можно было встретить людей любой расы, национальности и вероисповедания. И эти различия совсем не мешали им находиться рядом и работать друг с другом. Такой этот город – центр лоска и изысканности, всего самого дорогого и лучшего, всего самого большого и яркого.
Девушки смеялись, наслаждаясь шопингом, подшучивая друг над другом, примеряя наряды, выбирая сумочки, меряя туфли и украшения. Оливия не помнила, когда в последний раз ей было так хорошо. Она почти забыла о полете, но Несса не вовремя напомнила ей об этом:
– Кто-нибудь звонил Джейдену или Брайсу? Мы даже не знаем, чем закончилась эта история.
Настроение резко испортилось – словно резко дали по тормозам. Вот кто ее тянул за язык?
– Я не звонила, – пожала плечами Мирем, – а ты, Оливия?
Как она могла ему звонить, если от одного его голоса ее передергивало? Да и не знает она его номера.
– Нет, – она сделала вид, что ей не интересно, чем все вчера закончилось. Но сердце как-то предательски екнуло, и в памяти вновь всплыл образ Джейдена, крепко сжимающего ее в своих объятиях. На секунду показалось, что она до сих пор чувствует его тепло.
– Мы одна семья, – произнесла Несса. – Надо ему позвонить. – Она достала мобильный телефон и, найдя его имя в списке контактов, нажала на «Вызов». – Не берет, – спустя некоторое время Несса нажала отбой и положила телефон на стол.
– Позвони Брайсу, – нахмурилась Мирем, – может, они в пьяном угаре после вчерашнего?
– Джейден не пьет, – ответила Несса, потянувшись за десертной тарелкой. Они сидели в итальянском ресторане, наслаждаясь кофе и пиццей. – Пойду возьму еще мороженого. Кто со мной?
Мирем засмеялась и присоединилась к Нессе. Они посмотрели на Оливию.
– Я не хочу, – ответила та.
То, что произошло с Джейденом, – ужасная несправедливость. Разве можно отчитывать капитана за то, что он спас человека? Да, он жертвовал чужими жизнями, но был полностью уверен в своих силах. Оливия верила ему в тот момент. А сейчас она наслаждается жизнью, когда он, возможно, переживает не самый лучший период.
Ее мысли прервал звонок – Несса ушла, оставив телефон на столе. Оливия машинально посмотрела на входящий вызов, и ее сердце замерло. Джейден. Воспитание ей говорило – не трогай, душа кричала – бери. И она взяла.