10
— Ну? Как проучим нашего Цветика? - сделала особый акцент на последнем слове Лиза.
Девушка без лишних движений запрыгнула на кровать рядом с Поцелуевой, подобрав под себя ноги. Брови её сдвинулись на переносице, и парочку морщин дали о себе знать, выступив на лбу.
— Без понятия, - сухо ответила Грац. Сжимая между пальцев сцепку ключей, русая покручивала ими. Откуда она их достала? Даша не знала, да и знать не хотела. Миловы действия под расслабленную, в некоторых местах вальяжную походку вызывали неприятную, в некоторых местах даже омерзительную ауру каталажки, где решаются проблемы тюремного характера.
— Ну можете избить её, как и Магу, - совершенно спокойный голос Дианы прозвенел под ухом, а голова, уложенная на плечо Поцелуевой даже не дрогнула.
И это говорит Адаменко? Девушка, которая так по-доброму общалась с Цветаевой, бежала к ней после её приезда, позабыв о завтраке, защищала перед Грац, прося не сильно давить на запуганную Женю только вчера. На Женю, что души не чаяла в Барби, пыталась угомонить, остановить от распития алкоголя, а после первая вскочила, готовая бежать за ней, лишь бы та, в свою очередь не натворила лишнего.
А сейчас Ди, словно позабыла обо всём, приписав Евгению к почти, что мусору, была не против, если ей набьют личико, размазывая кровь либо оставляя синяки и гематомы.
Не выдавая из себя ничего, Дарья вновь переместила взгляд на расхаживающую по их комнате Миле.
— Та не. Слишком скучно, - цокнула она, остановившись. — Нужно придумать что-то поинтереснее, - ухмыльнулась юница, проведя языком по верхнему ряду зубов. В глазах мелькнула искорка азарта и безжалостности, а крашеная блондинка лишь нахмурила брови, решившись влезть в разговор.
— А может хуй забьём? - произнесла дева, прикусив внутреннюю сторону щеки. — Типо, ну мы и так дохуя чего натворили на этой недели. Каждую из нас отчитают на итогах по полной, а кого-то может и выгонят, - добавила Даша, заметив, как все люди, присутствующее в четырёх стенах спальни, удивлённо взглянули на неё.
— Не парься, Дах, - спустя долгую минуту молчания, произнесла Грац. — Им не выгодного кого-то из нас выгонять. Мы что-то типо «непослушных учениц», которым обязательно дадут шанс исправится ещё добротных три недели, - уселась на кровать напротив, что когда-то принадлежала Дашиной куколке. — Да и кого могут выгнуть? - приподняла одну бровь, усмехнулась Грац. — Меня точно нет. Макарова тоже, прототип истенной пацанки, по которой маленькие зрительницы сохнуть будут. Да и она вообще на одно лицо с Кирой, - махнула на подругу рукой, обводя её лица в воздухе свободным указательным пальцем. — Ты, Дах, копия Захаровой в начале сезона, с похожими траблами и даже всегда не снимающей кепкой козырьком назад, - указала на чёрный головной убор, что и вправду покоилась на ней. — Барби, - склонив голову набок, ученица приподняла плечо, сталкиваясь им с щекой. — Просто Барби, которая должна быть в каждом сезоне. Девочка с неуравновешенной психикой и бзиками на алкашку. С длинными волосами и шикарной походкой на каблах. Мы те люди, которых будут выгонять в последнюю очередь, и то, поняв, что зрители нас ненавидят, а с их любовью к стереотипным пацанкам это произойдёт не скоро. Не удивлюсь, если кто-то из нас до финала дойдёт, - приподняв уголки губ, девушка закинула руки за голову, касаясь ими холодной стены.
Тишина воцарила в комнате. Она чувствовала собственное сердцебиение, что отдавалось пульсацией в висках. Ощущала жёсткость крашеных волос Адаменко на собственной шее, касалась бедром острую коленку Макаровой, видела перед собой Милу с прикрытыми глазами и не понимала. Не понимала почему хочется блевать в кругу людей, с которыми ей было хорошо последние несколько дней. Почему хочется уйти, а перед этим вмазать в рожу «главаря» компании. Высказаться блондинке за её странное поведение, слова, сказанные ранее. Пошатать эти худые плечи, вцепившись в них мертвой хваткой. Предъявить девушке с расечёной бровью за образ «собачки на поводке», о котором говорила Женя в порыве эмоций. В какой-то степени она благодарна ей. Удар пришёлся несколько сильный, сколько приводящий Дарью в порядок.
Всю прошлую ночь она, зарывшись в подушку лицом, под тихое сопение соседок по комнате думала. Проворачивала в памяти события недели, кривила губы от собственного поведения, фраз, выкинутых, почти что выплюнутых в лица других участниц проекта. Вспоминала Милу, что и вправду подначивала их с Лизой на драки, лица Романовой и Токаровой, огромный синяк первой и полный негодования взгляд второй. И тогда стало стыдно. Безумно стыдно.
— Ну если так хочешь, то мы можем оставить твою любимую куколку, - вытащила русая из омута Поцелуевую. Последнее слово было сказано так спокойно, будто в нём нет ничего такого. На секунду могло показаться, что это общепринятое обращение или вовсе настоящие имя Евгении. По спине пробежались мурашки, а в горле слишком стало сухо. — Но если она ещё раз сделает что-то подобное, - кивнула в сторону носа белобрысой. - Я не буду жалеть её.
***
Сжав плечи, Женя потупила голову. Нога нервно подергивала, а решение редакторов посадить девушку за этот стол - убивало. Слева Даша, справа Лиза. Мечта, а не компания.
Наложенная еда не радовала и аппетита вообще не приносила. В горле ком, а дрожащие пальцы к приборам коснуться не могут. Она пару раз ловила сожалеющие взгляды Карины на себе, что лишь усугубляли ситуацию.
— Ты чего не ешь? - обратилась к ней Поцелуева, как ни в чём не бывало. В отличие от Жени, девушка уплетала мясо, закидывая его разделённые кусочки в рот.
— Не хочу, - взглянув лишь на мгновение в голубые глаза, стыд охватил худощавое тело.
Поцелуева говорила спокойно, словно вчера ничего не было. Будто Евгения не врезала ей в порыве эмоций, позабыв о всех, собственно выстроенных с раннего возраста, нормах и приличиях.
Всё испытание Женя слушала Полякову, пытаясь не обращать внимание на шутки, диалоги и пародии Поцелуевой и Макаровой, что через неё болтали, давая попробовать себе наложенные блюда.
— Евгения, у вас прекрасно получается, - опустив длинные пальцы на плечо девы, сзади появилась, подобно тени, Татьяна. — Вот только истинная леди сидит так, чтобы ноги касались друг - друга, - улыбнулась женщина, указав другой рукой на ляжки, что скрылись под белым куском ткани, который впихнули каждой ученице в начале урока. — Согласитесь, однако не удобно, когда салфетка складывается между ними.
— Да - да, - кратко и тихо произнесла пацанка, скрестив ноги. Подправила складки, собравшиеся на салфетке, а после проводила взглядом преподавателя.
— Ну что поделать, раздвигать ноги уже в привычку вошло, - прокашлявшись, нагнулась со стороны, где когда-то стояла Полякова, Макарова к светловолосой.
Вздохнув, Евгения промолчала. А что её ещё делать? Ответить на колкость - недошутку? Которая от слова совсем не подходила Цветаевой. Ага, ещё чего. Не хватало ей заводить диалог с шестёркой Милы, срывая испытание.
Даша лишь пробубнила в ответ.
Медленно, но верно урок от Поляковой подходил к своему заветному концу. Татьяна попрощалась с девочками, пожелав удачи, а после скрылась, прошагав до двери элегантной походкой.
Встав из-за стола, Женя поспешила к Карине.
— Ты в норме, Цветик? - первым же делом поинтересовалась Долиашвили, приметив надвинувшуюся подругу.
— Да. Это был самое долгое испытание в моей жизни, - вздохнула она, заметив улыбку на чужом лице. — А мы, что сейчас не уходим? - приподняла одну бровь девушка. Зелёные глаза мельком пробежались по помещению, в котором ни одна душа не подняла похожий вопрос или предложила дружненько пойти спать.
— Походу нет. Смотри, какая-то заварушка намечается? - на последних словах Долиашвили резко подняла руку, указывая ею в сторону. — Еп твою налево.
Оглянувшись, Евгения приметила Лизу, стоявшую впритык к Свете. Она, приподняв лицо, свысока глядела на вторую, опустив руки за спину.
Что-то явно произойдёт. Макарова точно не собиралась вести милую беседу с Токаровой, один её взгляд не сулил хорошего.
Послышался голос Милы. Она что-то буркнула, сподвигнув Елизаветту. Та, медленно приподняв кисть руки, вцепилась в бледную шею коротко стриженной, сжимая цепкими пальчиками бледную кожу, что мгновенно побагровела от действий. Взмах, и первый удар прямиком летит в личико Светы.
Миг, сама того не осознавая, Евгения надвинулась на них. Руки пытаются остановить Макарову, оттолкнуть от Светы, кое-как, но помочь ей.
Она слишком много отхватила от агрессивных участниц на неделю, слишком много раз задавалась вопросом: «За что? ». Цветаева просто не смогла бы снова взглянуть в эти расстроенные глаза, как в их первый диалог.
— Блять, отвали, - рычит в лицо Лиза, когда сама же отталкивает Токарову, хоть менее минуты назад прижимала опонентку к себе.
Её руки тяжестью валятся на хрупкие плечи, крепко сжимая. Женя оседает в росте и выпучивает глаза. В зелени зрачков страх и ожидание следующих действий. В отличие от Даши, Цветаева попросту не сможет и руку напрячь, не то, что поднять на разъярённую девушку, что сейчас больше напоминала дворовую спину, в чей крови текла зараза. Не хватало лишь пены из-за рта для полной картины.
Макарова резко наклоняется. Сталкивается лбом о лоб, сильнее сжимая бледную кожу под пиджаком. Синяков не будет, но в моменте перед Женей всё темнеет, а давление пальчики отталкивает её, наваливая в действие остатки силы.
Сама напросилась. Лишь это в голове, пока ноги пячутся назад, а тело теряет равновесие.
Главное, что она от Светы отстала. Задница встречается с полом, а руки машинально расставляются по обе стороны.
— Блять, Цветик! - сквозь шум шатенка слышит писк Долиашвили.
Над Женей восседает Карины, которая моментально подаёт руку. Плечи саднит, а таз побаливает. Да, Лиза, швырнула её словно беспомощного котёнка с улицы. Вцепившись, Цветаева поднимается на ноги, опираясь о подругу.
— Ты в норме? - спрашивает шатенка, слегка хмуря бровки.
Лицо её выгнулось в вопросе, а глаза выдавали страх и переживания в девушке, стоящей напротив. Её всего лишь толкнули, отчего такая реакция? Однако Цветику было безумно приятно осознавать, что о ней беспокоятся и хотят помочь.
— Всё в норме, Кариш, - улыбается шатенка, ощущая, как Долиашвили тянет её в сторону, подальше от разворачивающихся событий.
Пыл в глазах потухает и морщинки над нахмурившимися бровями пропадают.
Возгласы на фоне усиливаются, а голова машинально поворачивается.
— Пиздец, - тихо говорит под ухом Карина. — Мы точно не в фильме снимаемся?
Перед глазами картина маслом, а в голове полнейшая пустота. Кулак с силой заезжает в скулу Макаровой, пока другая рука придерживает её за воротник рубашки. Обидчик тянет Лизу вниз, сталкивая с холодным полом помещения, не жалея ни девушку, ни собственные коленки, что с грохотом приземляются, машинально растравляясь по обе стороны от туловища лежачей. На них лишь школьные гольфы, на чей белой ткани выделялись следы от подошвы лофферов. Что уж поделать, у неё привычка закидывать ногу на ногу.
Снова удар. Женя не видит куда он попадет. Слишком много девочек столпилось вокруг них в желании прекратить драку, кажись лишь она с Долиашвили, да и Грац поодаль с места не сдвинулись. Хоть лицо её больше не излагало веселья. Светлые брови осели, несколько морщин появилось на лбу, а взгляд стал серьёзней и куда более угрожающей, нежели вчера в одной комнате с Цветаевой.
Конечно. Пешка в лице Поцелуевой в несколько метрах от неё надирала Макарову, забив на правила школы, собственные обещания, да и на всё, окружающее её.
Что-то перестраивалось в голове Грац, вырисовывало новые исходы, соглашаясь с происходящим рядом. Неужто всё рухнуло из-за одного человека, которого она могла считать отличным звеном в своем, кажется, просчитанном до мелочей плане?
— Ты совсем ебнулась? - сиплый голос Лизы, как капля в море возгласов остальной десятки учениц.
— Ебало прикрой, подворотная псина, - куда громче говорит юница, пытаясь оттолкнуть Диану от себя, пока та хватала чужие запястья. Агрессия словно кипяток хотело вырваться из котлована, оно бурлило в ней, а алкоголь туманил осознания собственной оплошности перед преподавателями. — Мила тебе вроде команды погавкать не давала, - добавляет девушка. В глазах искры и гадкая усмешка на губах. К счастью, сопротивление она оставила, поддавшись Адаменко, попутно наблюдая за Макаровой.
***
Попав в комнату, Цветаева быстро стягивает с себя школьную форму. Рубашка неприятно прилипла к спине, сковывая в движениях, а гольфы всё время скатывались, сползая с выпирающих коленок.
После драки Даши и Лизы, девочки без слов приняли решение покинуть помещение, где ранее проходило испытание. Кто-то успел стащить парочку бутылок шампанского и сейчас чуть ли не кричал об этом на весь второй этаж, но Женя не обращала на это внимание.
Из головы не мог выйти образ Поцелуевой, набивающей лицо ученице. Её плечи, промелькавшие сквозь толпу ног, коротковатые крашеные волосы, чьи корни уже начали отрастать, кулаки, что сейчас скорее всего промываются под холодной водой. Ей приходилось видеть стычки блондинки уже в третий раз, но сейчас казалось всё другим.
Макарова разве не была её подругой? Всего за пол часа до стычки они сидели, болтали, пытаясь скрыть смех от Поляковой, спрятав лицо за руками. Поглядывали, подкармливая друг - друга, а уже сейчас Елизаветта ходит с помятым личиком, а Дарья с разбитыми костяшками.
Даже если отпустить этот момент, то почему Женя не получила вчера от неё? У Даши могли быть поводы накинуться на неё, по крайней мере так представлялось шатенке. До этого, как и сейчас за ней Цветаева заметила тактику бить первой. Ладно, опять опустим момент. Кто знает, вдруг Поцелуева не сореинтировалась в моменте.
Но Евгения оттолкнула её, замахнулась и даже попала в нос. Что тогда помешало Даше?
Слишком много вопросов, изъянов, негодований, прям как голосов в спальне.
— Цветик! Пить будешь? - незаметно оказалась рядом Токарова с бутылкой в руке.
Застягнув последнюю пуговку на ночной рубашке, Цветаева обернулась на новую подругу.
— Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь, - попыталась слегка улыбнуться дева. — Мне не особо хочется пить, я после этого плохо засыпаю, - во избежание дополнительных вопрос почти сразу добавила она.
Получив кивок светлой макушкой и приподнявшиеся плечи, Цветаева проводила взглядом Свету, которая направилась в поисках нового собутыльника на остаток вечера. И на удивление быстро нашла, а точнее те сами подтянулись к ней в лице Романовой, Долиашвили и второй Макаровой.
Приметив расчёску на прикроватной тумбочке, шатенка взяла её в руки. Медленно провела по всей длине волос, распутывая локоны, перед этим стянув с них резинку. Больновато в некоторых местах, но ничего, Цветаева переживёт потерю парочки волосков.
Краем глаза она заметила Долиашвили. Та озорно смеялась, прилипая губами к горлышку обжигающего напитка. Она слегка морщилась, отпивая спиртное. Глаза её искрились, а улыбка не пропадала с довольного лица.
Женя не оценивала такое распитие, по ее мнению, украденного шампанского за камерами в школе "леди", в место, куда они пришли меняться, а не продолжать жить по прежним принципам. Но у каждого свой путь: будь он коротким и лёгким либо долгим, с кучей падений и взлётов, ошибок и осознаваний. Да и в конце - концов не Цветаевой судить других людей, ведь сама не относилась к божьему дарению.
Отвернувшись, юница схватила небольшую косметичку со всем необходимым. Закинула на плечо махровое полотенчико и двинулась в сторону выхода.
Сил не оставалось совсем. Последние дни слишком насыщенны на задания, взаимоотношения с девочками, эмоции, а ведь даже урока с психологом не было. Такими темпами скоро капилляры в глазах начнут разрываться.
Совсем недавно она отлежалась в больнице с каким-то вирусом, а, казалось, словно прошла не одна неделя с её выписки. Если там шатенка не могла найти себе занятие, скоротающее время, то тут каждая минута высасывала энергию.
Хотелось побыстрее завалиться на кровать, провалиться в сон. Дождаться итогов недели и отдохнуть от постоянных съёмок. Выдохнуть полной грудью, разобраться со всеми и не бояться взгляда одной Грац. Не сидеть, поджав ноги в ожидании подставы и того же нападения.
Выходя из комнаты, в глаза бросилась Диана. Блондинка стояла около ванной комнаты, навалившись спиной на стену. Выглядела она не очень. Синяк лишь сильнее распластался на скуле. Растрёпанные волосы и нахмуренные крашенные в яркий цвет брови.
Их переглядки с самого утра безумно напрягали. Ещё до завтрака Цветаева хотела поговорить с ней по поводу переезда в другую комнату, но закатывающее глаза и нежелание говорить в них остановили юницу. И сейчас, Барби приметив видимо уже бывшую подругу поджала пухлые губы.
Оторопев, Евгения развернулась на сто восямдесеть градусов, решив, что даже проходить мимо неё в пустом коридоре, лишь бы попасть во-вторую уборную не хочет.
— Ты куда? - не успела и шагу сделать Цветаева. — Подойди сюда.
Сглотнув, Женя медленно подошла к ней, не выронив слова. Неужели Диана хочет поговорить? Решить между ними повисшее напряжение? Забить на всё и продолжить общение? Одна мысль об этом заставляла радоваться и пробуждать нечто счастливое в Жене.
— Спасибо Даше скажи, - секунда и «то самое», не успевшее сформироваться, рухнуло. — Не тупи, Жень, - а как же придуманное Адаменко «Цветик»? Да, они знакомы не долго, но ведь с первой минуты запуска в клетку начали общаться. На следующий день Ди всеми силами поддерживала её, обнимала и успокаивала. Делилась своей историей, держала за руку и улыбалась. Не упрекала ни в чём и помогала. — Она тебе никак не отомстила после удара, а сегодня заступилась за тебя перед Лизой. И вообще, просила Милу не трогать тебя, даже после твоего предательства и крысятничество, - последние слова летели желостью в Цветаеву, в чьих глазах промелькнула грусть.
Полная Санта - Барбора. Женя точно попала на проект, а не в индийский сериал?
Диане виделось так, словно она тупая и не понимает, пока Евгению интересовали другие взаимоотношения, не с Поцелуевой, а с самой Адаменко.
— Хорошо, я попрошу извинения за свой срыв и спасибо добавлю, - не хотелось слышать повышенный и полный отвращения голос Дианы. Блондинка уже наплевала на их дует и позабыла, найдя себе других.
Грусть заиграла, покалывая виски. На самом деле Ди была права, а высказывание про Дарью перед Грац вообще поражало. Это казалось чем-то необычным и невозможным в разуме шатенки.
— Отлично. Вот комната, иди и говори, - потянув ручку, Барби затолкнула её в ванную.
Не успела Евгения опомниться, как грохот закрывающей двери послышался сзади.
Перед ней силуэт Поцелуевой. Девушка, склонившаяся перед раковиной, в одной рубашке с закатанными рукавами, держала разбитые костяшки под напором холодной воды. Пиджак лежал на светлом кафеле. Не зная школьную форму, Цветаева могла бы принять его за обычную половую или ненужную тряпку.
— Блять, Барби, я же попросила не заходить, - раздражённый голос эхом пронёсся по небольшому помещению, а его обладательница даже не развернулась, убеждённая, что там стоит Адаменко. — Барби! - с новым напором и нажимом на одном прозвище произнесла Даша. По спине мурашки забежали, стоило Дарье наконец-то развернуть голову на пол оборота. Её нахмуренный взгляд мигом снесло и негодование повисло на лице. — Куколка? - более тихо выпалила девушка, а после зажмурила глаза на секунду, поджав губы. — Ой, Женя. Бить в этот раз не станешь хоть? - хмыкнула будущая леди.
★★★
Не забываем про звёздочки и тгк, где я буду вас ждать:: - lostmans
С выхода последней главы прошло 2 с лишним месяца... Как же мне стыдно. Это пиздец. Я уже думала заморозить либо вообще удалить историю, но каждый раз заходя на ваттпад и видя красные уведомления о комментариях и звёздочках на истории становилось стыднее в раза два. Я, правда, сейчас не умещу сюда всё, почему не выпускала главу, но в моём тгк я писала и не раз за время отсутствия здесь. Он кстати ещё живой и буду рада вас там увидеть, если кто остался живой?
Часть вышла многообещающей. Не знаю, как вам, но мне нравится. Думала продолжить, но оставила сладенькое на следующую главу. А вам как? Проды хотите? Клянусь в этот раз 2 месяце не будет, минимум 5😉