23
Спустя несколько дней, мы с Винни прогуливались по парку. Пытались отвлечься от прошлого и жить жизнь, так сказать.
Синяки под моими глазами пролегли настолько глубоко, что можно было определить сколько ночей я не спала, а впалые щеки были признаком плохого питания.
Температура рук не зависела от температуры на улице, они были всегда холодными в последнее время.
Несмотря на всегда смуглую кожу, сейчас я была намного бледнее. И вовсе не из-за недостатка солнца.
Снег крупными хлопьями медленно падал на землю и оставался там, из-за чего начинал хрустеть под ногами и липнуть к подошве ботинок. А снежинки, попадающие на одежду или кожу, быстро таяли, оставляя после себя маленькие капельки.
Моя рука мирно покоилась в руке Винни, что давало мне немного тепла. А его сильные пальцы противоречаще нежно гладили тыльную сторону ладони.
Все также размеренной походкой, мы направились в сторону метро. Толпа людей направлялась вниз под землю, пытаясь успеть.
Вдруг меня вырывают из хватки парня и крепко держа за руку, обращают на себя внимание.
Темноволосая, грязная женщина с расписным платком и в длинном одеянии, смотрела на меня обезумевшими глазами, пытаясь установить зрительный контакт.
Вырвать руку не получалось, она как будто приклеилась к руке незнакомки.
Очень бегло и страшно, женщина начала говорить на каком-то непонятном языке. Глаза закатывались и ее учащенное дыхание я чувствовала даже на расстоянии.
- Узнает, украдет. Убьешь, убьешь его мучительно, кроваво. Отомстишь. Через боль. Всех заберешь, всё заберешь. Оставишь ни с чем. Хитрая, хитрая такая. Жди, Иззи, только жди. Скоро, решишь всё, дочка, скоро. Жди только. - очень быстрая речь была больше похожа на бред сумасшедшего, а не на связные мысли.
Винс забрал меня у безумной, а когда я повернулась в сторону, где мы стояли, ее уже не было. Как будто под землю провалилась, испарилась.
Слова женщины отзывались в мыслях. Они как будто запечатлелись, зафиксировались в голове. Слово в слово, я помнила всё.
- Тихо, сеньорита, это просто психически больная женщина. - и только после его слов, я ощутила, что дрожу и стучу зубами, шепотом повторяя ее слова. Она как будто заставила меня их запомнить и слышать в голове.
Две недели спустя.
Тренироваться в зале, на первом этаже нашего дома - само удовольствие, особенно с Винни.
Такой высокий, большой и такой красивый. Как бы я это не отрицала, это правда. Особенно эта его черная облегающая футболка и спортивные брюки, с ума сойти можно.
После того случая, парень решил учить меня самообороне. Чтобы не случилось так больше и я выбраться из сложных ситуаций могла.
Мне приходилось таскать железо, чтобы увеличить силу, бегать на дорожке, для выносливости и учиться технике боя, чтобы ударять в правильные места.
Все это Винни жестко контролировал, указывал на ошибки, показывал ещё и ещё, чтобы я поняла и исправилась.
Так же парень начал копировать мое питание, каждый прием пищи. Когда есть не хотела, заставлял. Приходилось слушаться, чтобы набираться сил.
Во время тренировок, я обычно думала о Джоше, о мести и словах женщины. Все настолько совпадало, настолько казалось правдивым, что я начинала боятся. Себя.
- Иззи, ну ?! Я же показывал, как надо. Зачем руку вторую опустила?- парень встал сзади меня и взял за предплечья.- Смотри ещё раз. Когда бьешь правой рукой, вот так. - за его словами последовал слабый демонстративный удар по груше.- Нужно левую руку держать у лица, вот так, чтоб защитится, а то повредишь свое милое личико, сеньорита.
Оставив легкий поцелуй на моих заплетенных волосах, парень отошел и хлопнул в ладоши, что означало, что мне нужно начать.
И как парень мне и говорил, каждый удар, я старалась прикрывать лицо противоположной рукой.
- Бей не только рукой, пытайся направить в удар силу всего тела, чтоб груша не раскачивалась сильно. Так ты вероятнее всего, нанесешь больше урона противнику.
Занимаясь всем этим я вновь и вновь осознавала, что невероятно скучаю по себе прошлой. По своим крышесносным соблазнительным нарядам, кудрявым волосам. По тому времени, когда я была собой и не приходилось претворяться. Скучаю по своим друзьям. По бабушке .
По папе...
Ах, как же я скучаю. Веню себя за все, за все сказанные и не сказанные слова, за ссоры и непонимания. За такие редкие «я тебя люблю». Я так скучаю и люблю тебя, пап... Была бы возможность увидеть тебя снова, поговорить, я бы тысячу раз сказала, как тебя люблю и как я тебе за всё благодарна. Я бы просила и просила прощения за всё, а ты бы говорил, что не обижен. Я бы миллионы раз сказала тебе «спасибо». Я бы сделала для тебя всё, сделала бы всё, чтобы ты сейчас был жив, был рядом. Я бы первая убила гребанного Джоша, я бы похоронила его там вместо тебя.
Я так хочу к тебе.
Каждый новый удар, новая слезинка скатывалась по щеке. Каждый удар, я представляла на месте инвентаря -
Джоша. Это длилось до тех пор, пока я не опустилась на пол в истерике.
Слезы лились с такой силой, что казалось боль пытается выйти вместе с ними и это ей давалось тяжело, так же как и мне. Они не прекращались и все текли. Обжигали лицо, застилали глаза, но не прекращались.
Прекрасно все понимая, парень сел рядом со мной и обнял. Так крепко, как только мог, но не причиняя боль. Я пыталась как можно ближе прижаться к нему, ощутить тепло. Ощутить хоть кого-то близкого рядом.
Пересадив меня к себе на колени, он медленно покачивался взад вперед, пытаясь успокоить, как маленького ребенка. Как маленькую девочку, которой я сейчас была. Такую уязвимую и слабую.
Аккуратно вытирая мои слезы, парень целовал меня в щеки. Гладил по голове так нежно, что умиротворение понемногу наступало. Тихо шептал мне на ухо, что он со мной и всегда будет. Успокаивал меня как мог. С такой любовью, что крышу начало сносить уже от этого.
Оставались уже только всхлипы, которые становились реже и реже. А высохшие дорожки от слез, неприятно стягивали лицо. Хотелось побыстрее умыться прохладной водой, но нарушать момент близости не хотелось.
Хотелось лишь сидеть так, рядом, чувствую на себе дыхание парня. Чувствовать его руки. Чувствовать себя лучше.
Осторожно взяв меня на руки, парень направился к лифту, а когда я хотела слезть, не давал мне этого сделать.
- Винн, я тяжелая, поставь меня уже. - болтая ногами, говорила я.
- Смерись, моя маленькая сеньорита, я буду носить тебя на руках всегда. Я хочу носить тебя на руках. Весь мир к твоим ногам положу, лишь бы счастлива была. Я всегда рядом. Запомни мои слова.
Дождавшись когда лифт остановится на нужном этаже, парень все таки поставил меня на пол. Открыл ключом дверь и провел в ванную.
Пока я смотрела в зеркало, он настроил температуру воды а душе, принёс мне полотенца и сменную одежду. А затем встав сзади меня, посмотрел в глаза.
Смотреть друг на друга хотелось вечно. Это отвлекало от всего. От грязного мира. От воспоминаний. От всего.
Поставив руки по обе стороны от меня, парень положил голову на мою. Наша разница в росте мне так нравилась. Сзади меня он был как стена. И я чувствовала себя в безопасности.
Он делал для меня всё. И мне хотелось отплачивать тем же. Всегда.
Я повернулась к нему лицом и мне пришлось задрать голову, чтобы взглянуть на него. С легкой улыбкой, он вглядывался в мои глаза, будто пытался мысли прочесть. Такой славный.
Подняв свои руки, я обхватила его шею и потянула на себя, заставляя опустится. Оставив на его губах легкий поцелуй, я прислонилась лбом к его лбу. Такое обычное движение, но такое значимое.
Мне казалось, он был единственным человеком, кто не желал меня раздеть, потрогать, трахнуть в конце концов. Он был таким особенным, что я боялась, очень боялась разочароваться сама или разочаровать его.
Боялась потерять ещё одного очень близкого и горячо любимого человека.
Любимого...