Глава 3.
Прошла неделя. Свадьба Себастьяна и Греля готова.
Я сказала демону, что его невеста прекрасна. А сама дала Сиэлю письмо с приказами демону:
1. Сказать ДА;
2. Не мстить организатору свадьбы;
***
С именем пришлось повозиться. Его мы решили сильно не менять, а просто переделать под женское: «Геля Скатлиф». Ведь Себастьян мог легко раскусить наш план, заключающийся в том, чтобы женить дворецкого на гее.
***
И вот. Настал долгожданный момент. Играет свадебный марш. Себастьян стоит у алтаря в своём костюме дворецкого, а Грель шёл в свадебном платье, сделанное мной и Мадам Ред.
Он был одет пышное кроваво-красное платье в пол, огромным букетом чёрных роз. Лицо закрывала алая вуаль, которую закрепляла чёрная диадема. А под платьем, красные сапоги, чуть выше которых была прикреплена на ремешке его коса смерти (оружие, которым жнецы собирают души умерших. Они бывают разные, у Греля- бензопила).
Когда наша «невеста» подошла к Себе, я кивнула Сиэлю, и он произнёс:
- Себастьян, скажи «ДА». Это приказ!
- Да, мой лорд.
За это время Грель успел подойти к арке и священнику, который начал их венчать:
- Согласен ли ты, Себастьян Михаэлис, взять в жёны Гелю Скатлиф на полтора года?
- Да.
- Согласна ли ты, Геля Скатлиф, выйти замуж за Себастьяна Михаэлиса?
Та лишь кивнула (ведь если он заговорит, то все всё узнают).
В этот момент, я опять кивнула Сиэлю.
- Себастьян, не мсти зачинщикам этой свадьбы. Это приказ!
- Да, мой лорд.
Всё это, Себа говорил, наклонившись и заведя руку за спину. Разговор прервал священник:
- Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловаться!
Себа глубоко вздыхает, закрывает глаза, поднимает фату и целует в засос «невесту» ...
Все в шоке и непонимании молчат (кроме меня и Мадам Ред об этом никто не знал). Грель на небесах. Я и Гробовщик пытаемся не заржать.
И тут Себа открывает глаза. Сначала в них читалось непонимание. Потом узнавание целуемого объекта, а после осознание.
- Нее-е-ее-ет!!!!!!!!
- Гроби. Перенеси нас домой. – шёпотом, как можно тише говорю ему.
- Хорошо. Хи-хи-хи-хи-хи...
В этот момент, Гробовщик переносит нас в его лавку, и мы смеёмся (ржём) как кони! Да так, что даже вывеска упала. А люди обходят это место стороной. Успокоившись, мы легли спать.