диагноз

- Слушай, а как часто Чимин вскакивал при тебе посреди ночи? - Хосок начал разговор в больничном кафетерии, пока жевал свой салат.
- Несколько раз точно, - Юнги пытался пообедать, но его друг упорно не хотел отдохнуть в заслуженный перерыв. - После взлома чуть ли не каждую ночь, когда я оставался с ним.
- То есть ты тоже это заметил? - Чон не донёс порцию еды до рта, поражённо глядя на друга.
- Что мы знаем об этом человеке? - Мин нервно стучал по столу пальцами.
- Чонгук уже работает в этом направлении, - речь реаниматолога была неразборчивой из-за того, что он набил полный рот едой.
- Какой полезный у тебя младший брат. Лейтенант полиции Чон, - хмыкнул Юнги, делая глоток содовой.

***

- Ты мне звонил, что случилось? - Чимин запыхался, вбегая в кофейню, куда пригласил его Мин.
- Чим, присядь, пожалуйста, - старший в пригласительном жесте похлопал по стулу, стоящим рядом с его. - Нам нужно кое-что обсудить.
- Да, я тоже хотел что-то у тебя спросить, - большую часть времени у Пака занял шарф, прежде чем наконец сесть.

- Ты расскажешь мне о своих отношениях с братом? - Юнги любовался тем, как раздевался младший, пока не сел. - Твой любимый латте с корицей уже в пути.
- Спасибо... А я как раз хотел узнать у тебя, как можно упрятать человека в психушку, желательно навсегда.

Их разговор был долгим. Периодически Чимин срывался на шепот, а потом и на плач. Ему было сложно переживать заново всё то, что он старался забыть. Но Мин был рядом, постоянно напоминая о себе тем, что держал его за руку. Пак рассказал ему обо всём: о детстве, о том как Сокджин продал его Сантьяго, и как трудно было позже выбраться из его волосатых лап, и как ему стало страшно, когда он понял, что в их квартиру вломился именно сводный брат.

- Малыш, не беспокойся, мы рядом, - Юнги прижал младшего к себе, пока тот всхлипывал. - Мы тебе поможем. И всегда будем рядом.
- Спасибо, о господи, спасибо, - тот мог лишь лепетать, пока его успокаивающе гладили по спине.

***
- Мы уже можем выдвинуть ему обвинение, на основе того, что рассказал ваш парнишка, - Хосок ходил из угла в угол во время разговора с братом по громкой связи.
- А что за статья будет? - Юнги спокойно сидел в своём кресле, рисуя в календаре.

- Незаконное ограничение свободы, например. Не так круто, как убийство, но дополнительно можно подшить незаконное проникновение, хулиганство и вандализм. Это уже будет отягощающее. А сейчас прошу меня извинить - срочное дело. Как можно быстрее хватайте вашего мальчика и ведите его ко мне в участок, писать заявление. Буду ждать вас.

- Спасибо, брат, за консультацию, - пробормотал Чон, почёсывая голову.
- До свидания, - связь прервалась с характерным щелчком, оставляя двух докторов в глубоких раздумьях.

- Так и сделаем? - Юнги был в сомнениях
- А что ещё нам остаётся? - Хосока воодушевили слова брата.

***
Суд над Ким Сокджином состоялся через полгода после этого разговора. Следователи трудились в поте лица, чтобы создать грамотную линию обвинения для того, чтобы изолировать его от общества. Вместе с этим был раскрыт тёмный бизнес Сантьяго, и он был депортирован из Кореи без возможности вернуться обратно.

Чимин с трудом стоял на ногах в течении трёх слушаний, потому что на каждом ему приходилось снова и снова повторять свою историю. Но когда был вынесен обвинительный приговор, он без сил упал на своё место, прикрыв глаза. У входа в зал заседаний его ждали Мин Юнги и Чон Хосок - те, без которых Пак Чимин уже не представлял своей жизни. Расстались они только в глубокой старости - их развела сама Смерть.