Twelve
Есть одна вещь. Я выучила, что люди способны делать ужасные, невообразимые вещи друг для друга.
Взглядом прожигаю телефон. Нужно взять себя в руки и позвонить ему. В чём проблема, Айрин? Это единственный выход из ситуации. Ты объяснишь ему всё, а он в свою очередь поймет. Всего то нужно набрать заветный номер и объясниться. Тянусь к смартфону, разблокируя его. В контактах нахожу номер Девиса, нажимая на кнопку «вызов». В динамике слышны противные гудки, которые ударяют по моим нервам с каждым разом всё сильнее. Почему он не берёт?! Злюсь на парня, хоть его вины здесь и нет. Возможно, он занят.
Или просто не хочет разговаривать с тобой.
Хмурюсь, начиная уже злиться на саму себя. С чего бы это он не хотел?
Я схожу с ума? Разговариваю сама с собой. Откидываю телефон, скуля. Падаю на кровать, утыкаясь лицом в подушку. Непроизвольно начинаю плакать, понимая, что стала уж очень эмоциональной. Я крайне редко плакала. За последние три года это случалось раз пять. А тут... За неделю я выплакала больше, чем за три года жизни. Не знаю кого в этом винить.
Думаю, что делать с этим, но в голову не лезут варианты. А что если я попрошу Хилари сходить за меня? Никто ведь и не узнает, она задаст вопросы, я сдам материал. Но Адамс могла попросить кого-нибудь проследить, чтобы пришла именно я. Откидываю эту идею.
Я ведь могу написать смс Йену? Хватаю телефон, набирая текст.
Йен, ты не берешь трубку, поэтому я решила написать. Это важно, надеюсь, что поймёшь. Работа журналиста очень сложна и иногда она требует жертв. Завтра я должна буду задавать вопросы о твоей матери. Мне стыдно даже думать об этом, но меня лишат работы за неповиновение. Прости.
Не отправлено.
Что?! Кидаю телефон в угол комнаты, хватаясь за волосы. Что мне делать?! Вновь утыкаюсь в подушку, громко всхлипывая. Руками тяну волосы, доставляя себе боль. Через полчаса устаю, отдавая всю себя сну.
✴ ✴ ✴
Хмуро оглядываю кладбище, сжимая в руке блокнот с вопросами. Толпы журналистов, которые ждут момента, чтобы надавить на Девисов и задать колкий вопрос. Мне же, наоборот, хочется убежать и спрятаться где-то в кустах, чтобы никто не видел и не трогал. Я о многом прошу? Чувствую руку на плече, оборачиваясь. Айвон и девушка-фотограф стоят возле меня.
— Привет, моделька, – хихикает девушка, счастливо улыбаясь. Чему? Бурчу что-то в ответ, продолжая нервничать. — Что-то не так?
— Нет, всё так. Я всего лишь должна надавить на больное место людям, которые потеряли человека и теперь даже не могут спокойно приходить к нему на кладбище, потому что толпы журналистов суют свои носы в их дела, – зло проговариваю, отдёргивая плечо. Ребята опускают головы, решая больше не трогать меня. Вот и замечательно.
С каждой новой секундой узел страха внутри меня затягивается всё больше. Я боюсь всем телом. Органы внутри сжимаются от предстоящей задачи. Поднимаю голову к небу, чтобы сдержать слёзы. Это помогает.
В один момент всё вокруг заполняется криками и щелчками камер. Пришли. У меня в голове не укладывается. Тут столько могил, где их уважение? Как можно кричать в таком месте. Поднимаю голову, находя взглядом Йена. Или Энтони?.. Вижу Эвелин, из-за чего чувствую себя ещё хуже. Протискиваюсь вперёд, переступая через себя. Один из близнецов замечает меня, на секунду впадая в шок. Но затем эмоции вновь скрываются под маской. Его синие глаза впечатываются в меня. Понимаю, о чём он думает. Йен даже остановился в паре метров от меня. Вокруг Девисов ходят охранники, чтобы в нужный момент оказать помощь.
Мои губы дрожат, а ноги еле держат слабое тело. Готова упасть прямо сейчас, провалиться под землю, лишь бы не испытывать это чувство. Открываю рот, но издаю лишь писк, похожий на мяуканье маленького котёнка. Лица начинают двоиться, ноги дрожат, чёрт возьми, да я вся дрожу! Не могу справиться с этим давлением. Ищу поддержку в глазах парня, но там лишь холод и... гнев.
На что ты рассчитывала, Айрин?
Стоим, смотря друг другу в глаза. Я ищу в его поддержку, а он в моих? Может вину? Так там она есть, даже больше, чем нужно. Сжимаю кулаки, разворачиваясь и убегая.
К чёрту, Адамс. К чёрту, Вог.
Бегу со всех сил. Я совершенно не знаю этот район, но мне без разницы. Главное подальше от этого места. Падаю перед остановкой, сдирая кожу с коленей. Больно, но ему хуже. Я заслужила.
Так и продолжаю сидеть на холодном асфальте, добивая себя морально. Колени горят от боли, но я её не чувствую. Вообще ничего не чувствую. Холодные капли дождя начинают падать с неба, прямо на мою голову. Ну, конечно, куда без него. Поднимаю взгляд. Это не дождь. Снег. Но разве он не выпадает ближе к зиме? Сейчас только середина осени и меня слегка напрягает это. Встаю, направляясь к остановке. Открываю дверь, входя вовнутрь. Сажусь на лавку, выпрямляя ноги. Ну, конечно, кровь. Рваные колготки. Вздрагиваю от нелицеприятной картины, посильнее укутываясь в куртку. Набираю номер Мелиссы, дожидаясь ответа.
— Да? – девушка куда-то идёт, это слышно по частому дыханию. Не могу её отвлекать. — Айрин, говори быстрее, я спешу.
— Это неважно, прости, что отвлекла, – сбрасываю, убирая телефон от уха. Замечаю трещины, которые появились вчера. Какой нормальный человек будет швырять свой телефон?
День плавно перетекает в вечер. Снег продолжает хлопьями покрывать землю Торонто, что всё больше удивляет меня. Выхожу из остановки, наклоняясь, чтобы взять немного снега. Холодный белый комок тает в моих ладонях, из-за чего к небу поднимается пар. Поднимаю голову, замечая огромные облака тумана. Вся верхняя часть Торонто покрыта серой дымкой. Даже не видно башню CN Tower*. Холодными руками касаюсь щёк, чтобы привести себя в чувства. Сижу тут уже час. Пора заканчивать.
Вновь достаю телефон, чтобы проверить на каком автобусе могу добраться до дома, но меня отвлекает внезапно подъехавшая машина.
Разница близнецов Девис заключается в глазах. У Йена они тёмно-синие, а у Энтони блеклые, серые.
— Подвезти? – спрашивает Энтони, заглядывая в мои глаза.
✴ ✴ ✴
CN Tower (Си Эн Тауэр) – самое высокое свободно стоящее сооружение в мире с 1976 по 2007 год. Расположено в Торонто и является символом города.