➣3
3. ЭПИЛОГ
Ранняя зима пришла неожиданно.
Когда Юнги понял, что не смог выйти на новую тропу, а морозный холод пробирал всё тело, заставляя неметь конечности и появляющаяся худоба от голода истощала силы, он понял, что это — конец. Жалкий конец, который мог представить себе Юнги. Он не хотел умереть так: один, среди глухого снежного леса, никому не нужный.
Он еле ходил, еле дышал. Губы покрылись синеватым оттенком, а на белоснежной коже появились жёлтые синяки.
В какой-то момент, идя по белоснежным сугробам, ватными ногами, Юнги падает без сознания на белое покрывало земли.
Он ещё жив. Его сильное сердце продолжает бороться за жизнь, но тело уже устало.
Проезжающие мимо сани, запряженные лошадьми, остановились. Но, было поздно —Душа Юнги покинуло тело и скиталось в поисках любви, своей Эйнджел— Его Ангела.
* * *
Яркая вспышка белого света ослепила Юнги. Зажмурив глаза, он попытался сфокусировать взгляд, но не выходило. Будто бы кто-то нарочно светил ему прямо в глаза и не давал взглянуть. Юнги замычал от неприятных ощущении и упал на колени.
Вдруг, он почувствовал облегчение. Как будто камень, что тянул его душу, покинул тело.
«Что происходит? Почему я чувствую себя опустошенным?», — Юнги поднялся с колен и уже не чувствовал на себе белую вспышку света. Он огляделся и ничего не увидел. Кругом всё было пусто: бесконечные белые стены. Юнги поднял ладони перед собой и увидел, что он одет в белую, похожую на пижаму одежду.
«Я умер?»
Коричневые ворота, окаймлённые чёрными завитушками, появились где-то вдалеке. Лишь только завидев тень, Юнги побежал босыми ногами к ним. Дверцы ворот были гигантскими и Юнги казался рядом с ними букашкой. Он прислонил ухо к двери и прислушался: шаги, тяжёлые шаги приближались с той стороны. Мин отошёл в сторону и сверлил взглядом дверцы. И которых вот-вот выйдет человек или, если быть точнее, душа.
Ворота раскрылись и приглашали душу внутрь. Юнги вошёл и широко раскрыл глаза. Перед ним раскинулись зелёные сады, деревья с наливными яблоками на ветках, ручьи под ногами журчали и шустро ускользали дальше, птицы пели и купались в маленьком фонтанчике, а мифические животные смирно лежали на зелёной траве. Юнги протёр глаза, чтобы убедиться, что это не его воображение, а реальность. Но, только он открыл глаза, как снова оказался в пустоте, но уже в тёмной.
— Добро пожаловать в загробный мир, Мин Юнги,— прогремел над его ухом стальной, басистый голос.
«Я правда умер? Но, как такое может быть?»
— Может, тебе интересно, почему мы не пропустили тебя в Рай?
Юнги не видел их. Ничего не видел, ибо кругом тёмная пустота.
—Ты— грешник, и гореть тебе в Аду за смерть Ангела!
Когда на Земле рождается Ангел и Демон, их распределяют по классам. Эйнджел принадлежала к Белым Ангелам, а Юнги— к Чёрным Ангелам. Если Чёрный убьёт Белого при жизни, то Белый уже никогда не сможет возродиться, а Чёрный навечно будет отбывать своё наказание в Аду.
Эйнджел нет. Она была с ним всего пару дней и ушла. Навсегда.
Огненные ворота появились перед Юнги. Он шагнул туда не думая, потому что знал, что это он во всём виноват, и он готов к наказанию. Его ангел умер. Теперь ему не за чем жить и существовать. Он не хочет быть здесь. Хочет покой, но в этом и есть его наказание. Он будет гореть в муках Ада вечно.
Только ворота закрылись за ним, как душераздирающий крик души оглушил Ад.
* * *
Если можно вообразить себе что-нибудь страшнее Ада, где страдают, то это Ад, где скучают.
Закрывая маленькую, чёрную книжку женщина положила её на полку. Она посмотрела на своего внука и слабо улыбнулась.
— Вот и закончилась сказка, дорогой мой внук. Спи спокойно, и знай, что твой Ангел всегда рядом с тобой.
Женщина потушила свечу и направилась в комнату, что находилась в самом конце коридора. Она приоткрыла дверь и взглянула на худого парня, что лежал на кровати и смирно дышал. Он был в коме. Он находился там уже три года, но женщина не сдавалась. Она верила в него. Верила, что он сможет победить ошибочную смерть, что пришла к нему.
Только дверь со скрипом закрылась, как Юнги пошевелил пальцами и раскрыл широко глаза.
«А я говорила, что в твою улыбку ещё можно влюбиться».
Что бы ни случилось, нужно помнить — это всего лишь жизнь, и мы прорвемся!
КОНЕЦ
