Глава 14. Вожак
Глава 14. Вожак
Быть вожаком — значит не принадлежать себе.
Джеффри знал это с детства. Стая всегда была на первом месте: безопасность, порядок, сила. Его учили не показывать слабость, не делать исключений, не ставить чувства выше закона стаи.
И именно поэтому сейчас внутри него всё было не на своих местах.
Он шёл впереди стаи по школьному двору, уверенный, прямой, как всегда. Слева от него шла Тикани, чуть позади — остальные. Всё выглядело привычно. Правильно.
Но Кая рядом не было.
Джеффри чувствовал это слишком ясно, будто отсутствовала часть его самого. Он знал, где Кай — тот шёл отдельно, с друзьями, смеялся, говорил с Карагом, Холли, Лу, Брэндоном и Дорианом. Свободно. Легко.
И это должно было быть нормально.
Но почему-то было больно.
«Я вожак», — напомнил себе Джеффри.
«Я не имею права».
Он остановился, и стая тут же замерла за его спиной. Несколько взглядов устремились на него — ожидающих, внимательных. Никита нахмурился, будто что-то почувствовал. Кристиан молчал, как всегда наблюдая.
Джеффри сделал вид, что просто осматривается, и пошёл дальше.
Внутри всё кипело.
Он видел, как Кай улыбается. Видел, как тот свободно общается, не оглядываясь на него, не ища разрешения. И в этом не было неповиновения — только независимость Альфы.
Именно это когда-то и заставило Джеффри принять его в стаю.
Но теперь всё стало сложнее.
«Если стая узнает…»
«Если я позволю себе больше, чем положено…»
«Если я выберу не стаю, а его…»
Эти мысли резали сильнее, чем любой коготь.
Вечером Джеффри вышел в лес один. Он не стал превращаться — просто шёл между деревьями, чувствуя, как внутри поднимается волк. Его зверь был беспокоен, напряжён, требовал защиты, контроля.
— Ты слаб, — словно говорил внутренний голос. — Ты теряешь хватку.
Джеффри сжал кулаки.
— Нет, — тихо сказал он в пустоту. — Я просто думаю.
Но даже он знал: вожак не должен сомневаться.
Когда он вернулся в общежитие, свет в комнате Кая уже был погашен. Джеффри остановился у двери, не заходя. Просто стоял.
Он понимал: Кай не просил ничего. Не требовал, не давил. Он просто был рядом — и этого оказалось достаточно, чтобы пошатнуть весь мир Джеффри.
— Ты в моей стае, — прошептал он, сам не зная, кому это говорит — себе или Каю.
Но теперь он начал понимать страшную вещь.
Он боится не за стаю.
Он боится за Кая.
А страх — это роскошь, которую вожак себе позволить не может.
И всё же…
Он уже позволил.