День рождения ведьмы

Глава 10

Жорик-попаданец

Татзльвум шарахнулся назад, наступил на собственный хвост, забил крыльями… и всей массой драконьей туши врезался в нависающую над водой иву. Дерево переломилось пополам. Длинные ветви хлестнули по воде. Пушистая крона опала, точно завеса… открывая пещерку в глинистом берегу.

Всплеснули цветные мозаичные крылья, и затаившийся в пещере аспид пестрой бабочкой взмыл в небо, унося на себе седока. Мгновенно очухавшийся Тат плюнул огнем — клубок пламени промчался под крылом аспида.

— А-а-а-а! Не нада-а-а! — пронзительный человеческий вопль донесся из поднебесья, но вошедший в раж огненный не обращал внимания — он поворачивал шею, как гигантская живая пушка, наводящаяся на цель. Плевок! И новый клуб огня летит точно в брюхо аспиду!

— Пш-шш! — метко пущенная струя воды сбила пламя. — Взять его! — негромко скомандовал Айт. — Там человек!

Шен взвился в воздух раньше, чем Айт успел закончить фразу. Несколько огненных стартовали прямо из воды, надеясь оправдаться в глазах командира, но их крутило и болтало в воздухе. Аспид отчаянно работал крыльями, надеясь оторваться.

— Не нада-а-а! Помогите-е-е! Снимите меня-я-я! — дикий вопль знаменем вился за ним. И тут же сменился новым: — Не трогай меня-я-я! Пусти-и-и!

Шен возник будто из ниоткуда. Лишь свистнул вспоротый крыльями воздух, мелькнул размазанный силуэт и, выставив когти, воздушный атаковал аспида сверху. Удар! Сбитый аспид завертелся в воздухе, летя к земле. Попытался выровняться… Снова удар! Шен налетел сбоку, толкнул грудью… На миг крылатый змей и летающий аспид словно слились, переплетясь шеями, завертелись вместе в сплошном вихре когтей, хвостов и крыльев. Выровнялись. Шен парил сверху — его когти вцепились в основания крыльев аспида, удерживая того в захвате, а пасть сомкнулась на шее летуна, не давая тому и дернуться. Мерно работая крыльями, Шен опустил аспида на землю.

— Ф-р-р! — роскошные многоцветные крылья с шорохом распростерлись у самых ног Айта. Аспид попытался трепыхаться, но разжавший челюсти Шен глухо рыкнул, тяжелой лапой придавив длинную шею летуна к земле, и удивленно уставился на всадника у того на спине.

Раздался бешеный рык. Татзльвум, мокрый и разъяренный настолько, что вода Молочной испарялась с раскалившейся шкуры, ринулся к аспиду и его всаднику.

— Человек! — ревел он. — Это обычный человек, не тварь Прикованного! Предатель! Смерть ему!

Человек на спине аспида увидел нависший над ним частокол зубов, широкую, как печная труба, глотку, в которой вскипал огонь… глаза его закатились, и он тихо отключился.

Режущей кромкой крыла Шен хлестнул Тата по морде. Голова огненного мотнулась от этой пощечины, и громадная пасть отодвинулась от человека.

— Это пленник господина! — рыкнул Шен, готовый защищать свою добычу до последнего.

— Это наймит Прикованного! Его надо убить! — огненный дрожал от ярости, так что чешуйки его шкуры терлись друг об дружку с громким неприятным шорохом.

— Пары бензина ударили тебе в мозг? — спросил Айт — спокойно, пока еще спокойно, но он чувствовал, что это спокойствие может вот-вот расколоться, как льдины северных морей от удара хвостом. Что за безумная выходка? Может, и впрямь не стоит брать родственников на службу? — Здесь я решаю, кого убивать, а кого — нет! Разве ты не видишь, он связан!

Растерянно взирающие на разыгравшуюся сцену змеи дружно выбрались из воды и окружили пленника. И только тут им стало понятно то, что Айт заметил сразу. Человек в седле аспида вовсе не походил на воинов Прикованного. Собственно говоря, и в седле-то он не был! Седло аспида пустовало — только пятна черной крови на нем да оборванный повод говорили, что всадник у летуна еще недавно был. И человека он держал притороченным к задней луке седла, будто тюк. Крепко связанный — так хозяйки обматывают приготовленную для копчения ветчину, — тот лежал на крупе трепыхающегося аспида. Настоящий человек: ни звериной морды, ни рогов, ни копыт, как у воинов Прикованного. Разве что посчитать за рог здоровенную шишку на лбу. Синяк под глазом, разбитые губы, корка запекшейся крови на волосах и щека, ободранная так, будто по ней прошлись утыканной гвоздями щеткой.

— Пленник, — разглядывая бесчувственного человека, заключил Айт.

— Молоденький какой! — чувствительно всхлипнула старостова дочка. И томно протянула: — Несча-астный!

Айт покосился на нее хмуро — вот уж вездесущая девица, продыху от нее нет! И деревенские все тут.

— Мовчи, балаболка! — немедленно цыкнула на дочку старостиха. — Ось прогневается господин Змей та выгонит — самое интересное пропустим!

Айт только вздохнул и снова поглядел на пленника. И впрямь, судя по курносой веснушчатой физиономии, лет двадцать, не больше. Удивляли волосы — слишком длинные, почти как у змеев в человеческом облике. Человеческие воины обычно стригутся коротко — им так под шлем удобнее. И на воина не похож — Айт наметанным глазом прошелся по туго связанным рукам пленника. Пахарь? Айт перевел взгляд на деревенских молодцов. Нет, с такими мышцами в здешней деревне парень бы точно не прижился!

— Развязать и привести в чувство! — отрывисто скомандовал Айт. Чего гадать, когда можно спросить.

— Это ловушка! — снова влез Тат. — Твари Прикованного специально оставили его, чтобы он попытался тебя убить! Все мы знаем, как коварны люди!

— И ото я стою тут и слухаю таке — вид кого? Вид змеюки! — сам себя спросил и сам себе ответил дядька Гнат.

— Если ты так рвешься меня защищать, может, не стоило отвлекаться на бензин? — не глядя на Тата, холодно поинтересовался Айт.

Не дожидаясь повторного приказания, несостоявшиеся Татовы «социстерники» принялись торопливо освобождать пленника от веревок. Кто-то зачерпнул крылом сверкающей воды из Молочной и выплеснул пленнику на голову. Кто-то дыхнул теплым воздухом, высушивая одежду и волосы. Застонавшего пленника бережно подхватили с двух сторон, вздернули на ноги и поставили перед Айтом. Пленник снова застонал, поднял так и норовящую свеситься на грудь голову, приоткрыл глаза… И увидел со всех сторон озабоченные драконьи морды. С во-от такенными зубами! Зажмурился обратно и попытался снова потерять сознание.

— Тебя еще водой окатить или сам очухаешься? — поинтересовался Айт.

Парень приоткрыл один глаз… увидел перед собой сохранившего человеческий облик Айта и сдавленно прошептал:

— Слышь, пацан… Твои зверюги? Скажи, чтоб отпустили.

Держащие его драконьи когти сомкнулись крепче.

— Мне послышалось или этот наглый человечек и впрямь назвал нас животными? — обиженно прогудел здоровенный оранжевый змей.

— А кто бензином нажирается, тех даже люди за разумных существ не считают, — немедленно осадил его Айт. Оранжевый попытался спрятаться за крылья сородичей.

— Будь почтителен, человек! — рыкнул Шен. — Тебе выпала высокая честь предстать перед Айтварасом Жалтисом Чанг Тун Ми Луном Рюдзин Ватацуми-но ками…

— Чуть короче, Шен. — Айт раздраженно поморщился. Шену только дай свежие уши — до завтра их титулами обрамлять будет!

— …младшим сыном Владычицы Табити-Змееногой, Великим Драконом Вод, — послушно закруглил титулование командир «дракона охранения».

Пленник приоткрыл второй глаз и с невольным интересом зыркнул на Айта:

— Непохож он на дракона…

Легким шлепком крыла Шен остановил пленника.

— Обращаться к Великому Дракону первым — привилегия, которую ты пока не заслужил, — мягко сказал он. — Жди, пока тебя спросят. Будешь отвечать, добавляй — Великий Господин. Смотреть в глаза, на вопросы отвечать быстро, четко и честно. Ты понял или тебя хвостом стукнуть?

— Не надо, — сдавленно пробормотал парень. От «легкого» шлепка Шена у него подогнулись колени. — Меня уже чем только не били, не надо еще и хвостом.

— Врет он! — буркнул отчего-то сразу невзлюбивший пленника Тат. — Прикидывается.

— Он не может врать — мы у него пока еще ничего не спрашивали, — ответил Айт. Спокойно, разбушевавшаяся вода страшнее разбушевавшегося огня, поэтому будем спокойны, как озеро в жаркий полдень. — Как тебя зовут?

— Жорик, — исподлобья поглядывая на Айта, выдавил пленник.

Так вот они какие — Жорики! Айт невольно вздрогнул, услышав имя, которым при первом знакомстве чуть не наградила его Ирка. Жалтиса она сокращала, видите ли! Нет, правильно он на Айта согласился.

— Георгий, если полностью…

— Великий Господин… — напомнил Шен.

— Георгий, Великий Господин, — выдавил парень — похоже, титулование было ему непривычным. Или стоящий перед ним шестнадцатилетний длинноволосый пацан не увязывался с Великим Господином?

— И откуда ты, Жорик, полностью Георгий? — с интересом разглядывая парня, продолжил Айт. Что-то в нем было… чуждое, но в то же время очень знакомое.

Парень снова ткнулся взглядом в змеев — словно вокруг него столпились строительные краны с заинтересованными зубастыми мордами на длинных шеях. И опять зажмурился.

— Тебя же предупреждали — отвечать быстро, время Великого дорого, — рык Шена наполнился угрозой.

— Чего отвечать-то, все равно не поймете, — сдавленно пробормотал Жорик. И совсем уже безнадежно вздохнул: — Из другого мира я…

— Так вот кто к нам ракеты притащил! — радостно рыкнул Тат. — Я же говорил!

— Какие ракеты? — пленник немедленно открыл глаза и затрепыхался в драконьей хватке. — Не знаю я ничего! Попаданец я! — выпалил Жорик и захлопнул рот, будто только что выдал свою главную тайну.

Тат взъярился еще сильней.

— Это да, — громадой змеевой туши нависая над пленником, прошипел он. — Кое в кого из наших вы и впрямь попали — теперь даже хоронить нечего. И за это, человечек, тебе придется ответить особо! Айт… Великий… Дозволь, я сожгу этого убийцу? — из пасти у него вырвался длинный язык пламени, опалив пленнику волосы.

Парень пронзительно завизжал:

— Не нада-а-а! Я ничего не знаю, я ничего не делал, говорю же, я попаданец! Нее-ет!

Морда Тата придвинулась совсем близко, и пленник заглянул в налитые огнем глаза. Извернувшись ужом между когтями державших его змеев, пленник плюхнулся на землю, на четвереньках рванул прочь, уперся лбом в лапу Шена и скорчился, закрывая голову руками и сотрясаясь от громких рыданий. Бежать дальше он и не пытался.

Кончиком крыла Айт отмахнулся от Тата. Огненный зарычал, но повиновался, отступив на шаг.

— Попаданец — это что значит? — разглядывая корчащегося на земле Жорика, уточнил Айт. — Народ или ремесло?

— Это значит, что я попал! — сквозь рыдания провыл парень и, вздымая облака пепла, принялся биться головой об землю. — Попал, попал, как же я попал!

Шен на всякий случай отодвинул лапу, точно боялся, что этот самый попаданец его укусит.

— Ой, господин Змей, я поняла! Я догадалась! — бесстрашно протискиваясь между лапами драконов, в круг вкатилась старостова дочка. — Не надо его жечь! Он — такой же, как мы! — с торжеством завопила она.

— Не такый! — выглядывая у Айта из-за плеча, немедленно отперся дядька Гнат. — Я б у вселяких змеюк в лапах валяться не став!

— Та ой, тато, який же вы непонятливый! Он как наши деды-прадеды, з человечьего мира сюда пришел!

— Лышенько, и справди! Теж от татарвы поганой тикали, га, хлопче? — немедленно преисполнилась сочувствия старостиха, высовываясь у Айта из-за другого плеча.

Пленник звучно всхлипнул и обтерся ладонью, размазывая по мокрому лицу разводы пепла:

— Не… — отводя взгляд, пробормотал он. — Какая татарва, мы в Крыму уже пять лет не были, у предков бабок нет…

— А як бы воны булы? — староста явно озадачился. — Якщо це бабки твоих предков, тобто, они ще бильш старшие предки? Воны ж давно померли!

Староста с Жориком уставились друг на друга в глубоком недоумении.

— Бабки — это деньги, — пояснил Айт. И для совсем уж непонятливых добавил: — Золото. Во всяком случае, говорит он как житель человеческого мира.

— Я и не сомневался! — агрессивно согласился Тат.

— Воны зараз сюды не тикають, воны — проваливаются, ось як пане Василь, управитель в Змеевых Пещерах, — важно сообщила старостова дочка.

Староста снова поглядел на Жорика и снова не согласился:

— Зовсим не похожий! Василь — пан поважный, розумный, он як хозяйство в Пещерах наладил! А це лайдак [Лайдак — дурак и бездельник, ни на что не годный человек (укр.).] якийсь!

— Я не лайдак! — пленника будто взрывом подбросило. — И не лох!

Дядька Гнат немедленно уставился на Айта, в ожидании пояснения, что такое «лох». Но Великий Дракон, не отрываясь, глядел на пленника, и на лице Айта было выражение напряженного хищного внимания.

— Я… Я дорогу в другой мир нашел! Как в кино! Никто не находил, а я нашел! И пришел! — выпалил Жорик и поглядел на Айта с явным превосходством — дескать, а ты такое можешь? Айт разочаровывать парня не стал, лишь коротко прокомментировал:

— И вот ты тут. Зачем?

— Понятно зачем — ракеты привез! — пробурчал неукротимый Тат.

Жорик посмотрел на Айта, как на клинического идиота:

— Чтоб быть крутым!

Теперь уже Айт вернул ему взгляд, выдающий глубокие сомнения в умственных способностях пленника:

— Почему вдруг?

— Потому что так всегда бывает! — с глубочайшей убежденностью объявил тот. — Ты или оказываешься великим колдуном — просто в нашем мире колдовать по законам природы нельзя, вот сам про себя и не знал! — важно пояснил он.

«Ирка колдует и не знает, что нельзя! Или для нее у природы другие законы?» — подумал Айт.

— Или, наоборот, пользуешься знаниями своего мира, там, секретом пороха… — продолжал вдохновенно вещать попаданец. — И тоже становишься самым крутым!

— Ты знаешь секрет пороха? — осведомился Айт.

Похоже, уничтожающий взгляд летал между ними, как мячик в теннисе, — пленник снова глядел на Айта презрительно:

— Какой порох? Я в экономическом техникуме учусь — на супервайзера деловых проектов!

— На мельника, чи шо? — пробормотал дядька Гнат и тут же пояснил: — Мельники — деловые очень. И со всякой нечистью знаются.

— Что ж не узнал? — не обращая внимания на комментарии, продолжал раскручивать разговор Айт. — Если в наш мир собирался.

Пленника проняло.

— Я не готовился — я рискнул! — выпалил он. — Как увидел, что они сверкающую дырку в воздухе делают и туда ящики передают, так и понял, что это проход в другой мир! И прыгнул! — и уже совсем мрачно добавил: — А мне сразу по башке — какой-то козел с рогами! — он растопырил пальцы, изображая рога.

«Уж не о старом ли знакомце-туре речь?» — прикинул Айт.

— Отметелили, а потом сами чуть не подрались, который козел с рогами и который другой козел, с пистолетом! Решали, откуда я про них узнал. И третьему козлу — без рогов, зато вот с такой мордой… — пленник продемонстрировал жестами вытянутую то ли козлиную, то ли собачью морду. — Меня сунули! Сказали, потом со мной разберутся. А он меня на такого летающего привязал, будто я мешок какой! А я не мешок!

— Помню-помню, ты не мешок, не лайдак, ты даже и не лох… — задумчиво кивнул Айт. Если «козел с рогами» — воин-тур, то «козел с пистолетом» наверняка тот самый козел с пистолетом, которого Тат зарубил! А ящики… Ящики, ящики…

— Ящики длинные? — отрывисто спросил Айт.

— Во! — пленник развел руки.

Айт критически оценил размах его рук. Если не искать точности до размеров чешуйки, в такие ящики вполне могла поместиться самонаводящаяся ракета. И даже если человек-Жорик к ввозу оружия не имеет отношения, все равно это след! Отчетливый, как от хвоста пьяного дракона!

— И где был проход в другой мир? Через который ящики таскали?

Жорик вдруг поглядел на Айта подозрительно:

— А чего я тебе должен докладывать?

Айт ответил прежде, чем Шен успел наподдать обнаглевшему человечку хвостом:

— Потому что так всегда бывает! Когда в другой мир попадаешь, тебя сперва метелят и привязывают всякие козлы, а потом приходит кто-то по-настоящему крутой… — Айт покосился на зачарованно уставившегося на него Жорика и злорадно закончил: — И вообще вынимает душу! — и в очередной раз посмотрел. Уже без всяких игр в презрение, а так, как глядел на нарушителей воли стихий, когда приходилось председательствовать в суде Владычице, да будет ее крыло над нами вечно!

Жорик, как раз собиравшийся что-то вякнуть, аккуратно закрыл рот и насупился:

— На стройке. Мы туда с пацанами вечером с бутылкой залезли, чтоб нас родаки или начальство не попалило…

Айт впервые оторвал взгляд от пленника и уставился на огненных змеев. Разноцветные от природы, сейчас все огненные были одинаково зеленые от стыда, будто не драконы, а жабы, и глядели в землю.

— А потом пацанам стало мало, и они ушли, а мне было много, и я прямо там и заснул, — продолжал Жорик.

— Ваш собрат по разуму… — продолжая изучать смущенных огненных, прокомментировал Айт. — Ну и что дальше было?

— Так проснулся и увидел! — досадливо продолжал пленник.

Глава 11

Вирий через забор

Сперва Жорик решил, что над ним прикололись. Он отлично все помнил! День был пятничный, а потому — веселый. Веселились кто как мог. Кому предки денег давали, завалились в клубешник, остальным пришлось выбирать эконом-вариант — дискотеку в родном техникуме. А там преподы бдят, чтобы ни-ни, ни глотка. Поэтому он с Валеркой и Коляном наладились с пузырем на торчащий неподалеку от техникума долгострой. Стройку эту начали древние люди, которые еще при советской власти жили. Сам Жорик, правда, говорил, что людей при советской власти древними называть нельзя, а Валерка возражал: как же нельзя, если про них в учебнике истории написано?

Так, за беседой о высоком, дружбаны пролезли в дырку в заборе и душевно устроились меж старыми арматуринами — сверху луна, вокруг кирпич, через забор завод, который вроде бы эту самую стройку строил-строил, не достроил. Там пузырь и усидели, после чего Жорик задремал.

— Вот ведь лох, с двух стаканов отключился! — сквозь сон слышал он смешки и чувствовал, как его толкают в бок, но открывать глаза было в лом.

Дружбаны еще чуть-чуть его поторкали, поржали, что вот, мол, давай, перенесем куда-нибудь, проснется — офигеет! А потом вроде и убрались, обсуждая какую-то бабку, у которой и посередь ночи можно прикупить еще.

Жорик проснулся. И первое, что подумал: дружбаны таки свой прикол осилили, перенесли, и не куда-нибудь, а в дорогущий ночной клуб, где светотехника крутая! Вокруг мерцал свет — разноцветные световые волны плавно скользили, будто поворачивался фонарь под потолком. Бледно-желтый сменялся розовым, тот — синим, вспыхивало зеленое свечение, таяло, утекая в молочную белизну, и снова наливалось золотом… Жорик зачарованно глядел на переливы света, пока в затуманенной то ли выпивкой, то ли восторгом голове не мелькнула здравая мысль — если бы у пацанов были деньги на клуб, они бы сами туда пошли, а не его для прикола тащили!

Тут же стало понятно, что свет скользит по ржавой арматуре, выхватывает из темноты брошенные строительные блоки, переползает на лотки с намертво застывшим цементом… Он лежал в укромном уголке за сложенными штабелем бетонными плитами — уходя, друганы не забыли заботливо прикрыть его белыми от строительной пыли мешками.

Он отбросил мешки и осторожно выглянул из-за плит. И увидел!

На расчищенном участке стройплощадки висело облако света. Хотя и облаком не назовешь, оно вовсе не было бесформенным, наоборот, четко очерченным, высоким и овальным, как старинное зеркало в потемкинском дворце, куда мать его в детстве на новогоднюю елку водила. Темнота вокруг яркого светового пятна казалась еще темнее, она шуршала, шевелилась, раздувалась, точно норовя извергнуть нечто ужасное… раздался душераздирающий скрежет… И двое работяг в замасленных спецовках выкатили из мрака скрипучую платформу с лежащими на ней длинными маркированными ящиками. Примерились… подхватили… Один из работяг просел под тяжестью груза, едва удержал…

— Твою ж мать! — ругнулся он.

— Да будут дни ее бесконечны, как ее же хвост! — скороговоркой пробормотал второй, и они торопливо сунули ящик прямо в переливы светового пятна. И принялись за следующий.

Жорик смело мог гордиться собой — он сразу понял, что за пятно такое! Училка по физике наверняка заговорила бы о пробое кабеля или необычной шаровой молнии, батя, как человек более продвинутый, списал бы все на инопланетян, и только Жорик смотрел и «Скользящих», и «Десятое королевство», и «Сверхъестественное» и враз догадался — проход в другой мир!

К работягам тем временем подоспела помощь — еще четверо, ну вовсе бомжеватого вида, даже до Жорикова укрытия долетал исходящий от них запах перегара. Первые двое таскать моментально бросили, а четверка бомжей, кряхтя и постанывая, кое-как перетягали ящики внутрь светящегося портала. И остановились, тяжело дыша и вытирая трудовой пот.

— Все, командир, готово. Расплатиться бы… — пробормотал один.

Высокий парень, тот, что из первой пары, в спецовках, негромко хмыкнул и протянул, странно так, точно издеваясь:

— Ну пойдемте, расплачусь, — и шагнул в сторону, к стоящему на кирпичах чемоданчику. Работяги потянулись за ним, как завороженные, оставляя дорогу к порталу открытой.

Жорик понял, что это его шанс. Честно выделенная ему треть пузыря бушевала в крови и толкала на подвиги. Ноги сами подняли его и понесли к сверкающему порталу. А бежать-то было недалеко… Он был почти у самого портала, когда сбоку полыхнуло. Жорик невольно обернулся… Там, где стояли грузчики, взвился столб пламени… и опал. И где было пятеро, остался один… и черные лепестки золы, кружась, сыпались на землю. А оставшийся человек в спецовке с изумлением глядел на Жорика… и поднимал руку, точно у него был пистолет.

Жорик вбежал в портал. Тысяча тысяч булавок вонзились в него со всех сторон. Они протыкали его насквозь, входили в грудь и спину, втыкались в глаза и ноздри, дырявили каждый палец и нечеловеческой болью терзали мозги. Это длилось-длилось-длилось… и в то же время кончилось сразу, будто и не было.

Жорик полетел вниз и грянулся спиной об составленные штабелем ящики. Реальная боль показалось ерундой после чудовищной пытки перехода. Кряхтя и постанывая, он приподнялся на локтях. Сгрудившаяся вокруг толпа надвинулась… Жорик увидел их при свете луны и понял, что не промахнулся — другой мир. Он успел еще подумать, какие Колян с Валеркой козлы — зачем они за вторым пузырем пошли, сейчас бы вместе в другой мир выскочили! Потом его ухватили за грудки, сдернули с ящиков и над ним нависла рогатая башка. Жорик понял, что и без Коляна с Валеркой тут своих козлов хватает.

Глава 12

Куда податься попаданцу?

— Он же врет, Шен? — требовательно спросил Тат. — Он сам из наемников Прикованного, он сам…

— Нет, — обронил Шен. — Не врет. Все правда.

В человеческом мире есть детектор лжи. В ирие есть кое-что получше — воздушные драконы. Можно обмануть кучку металла и электродов, но нельзя обмануть воздух. Он иначе трепещет у губ, по-другому откликается на взмах ресниц, когда лжешь. Потому никому и в голову не придет оспорить вердикт воздушного.

— Тогда полная чешуйня получается! Не ирий, а проходная пещера! — растерянно пробормотал Тат.

— Вот оно дело-то какое! По пьяни парень к нам попал! — заключил дядька Гнат — и вновь в его голосе промелькнули нотки сочувствия. — А давайте, господин Змей, я его на деревне оставлю — все же таки з мира наших предков прийшов! Для початку щось просте робыть будет — огород полоть, воду таскать, а там, глядишь, и навчыться…

— Огород? Воду? — Жорик аж подпрыгнул. — Меня родительский огород на даче задолбал, чтоб я еще в другом мире клятые грядки полол?

Дядька Гнат поглядел недобро: несмотря на опасности приграничья и риск попасть под очередную атаку Прикованного, в богатую, да еще и облеченную особым доверием царствующих змеев деревню стремились многие. Разрешение поставить хату дядька Гнат давал не всем: лучшим воинам, необходимым в приграничье, оборотистым торговцам, способным сладить с ушлыми жителями человеческого мира, еще хозяйственных привечал. А тут лайдаку такое предложение сделали — считай, ни за что! — а он кочевряжится.

— Огород не нравится, до города подавайся, — буркнул дядька. А куда еще идти бездельникам? — К сапожникам там, или пекарям, или даже кузнецам… Та кому завгодно! Плату внесешь, они тебя в ученики возьмут, лет пять повчишься, будешь з ремеслом.

— Платить за то, чтоб стать сапожником? — возмутился Жорик. — У нас в таких ПТУ еще и стипендию дают! Деньги!

— То спробуй в Змеевы Пещеры податься, в войско, — устало предложил дядька — собеседник ему надоел. — Покажешь тамошнему воеводе, що умеешь: ежели военному делу обучен, возьмет он тебя. Що правда, переборчивый, змеев сын, навить в юнаки — молодшу дружину — тилькы найкращих берет. — Дядька с сомнением поглядел на парня.

— Никто, — твердо ответил тот. — Никто не станет сперва учиться, чтоб потом тебя в армию загребли! Загребли — пусть сами и учат!

— Ежели у вас такый мир, що за науку, з якои ты потим житы будешь та гроши заробляты, навить платить не треба — задарма дают та ще и приплачуют — навищо ж ты сюды поперся? — взорвался дядька.

— А сами? — огрызнулся попаданец.

— Так у дедов-прадедов наших в граде Китеже орда татарская под стенами стояла! — гаркнул дядька. — Всех бы повырезали, кабы мы волхва не привечали, а тот старого змея — хозяина наших мест дозвався! Змей Китеж озером накрыл, а людей всех на ирийскую сторону вывел!

— Националист ты, мужик! — осуждающе выдал Жорик. — Чем тебя татары не устраивают?

— Ой, трымайте мэнэ, бо не знаю, чим вин мэнэ назвав, але ж я його зараз вбью! — заорал дядька Гнат, и в него немедленно вцепились жена и дочь.

— Всем молчать, — негромко обронил Айт.

И все замолчали. И замерли, будто их заморозили. И сам Айт снова застыл, остановившимся взглядом уставившись перед собой — получалось, что прямо на оранжевого дракона. Оранжевый обливался горячим потом, но стоял по стойке смирно — крылья по швам, хвост в струнку — и не осмеливался даже моргнуть.

Айт глубоко вздохнул, так что из ноздрей его человеческого носа вырвались две струи кипящего пара — и отмер. Его глаза перестали походить на голубые льдинки. Живым, но очень недовольным взглядом он одарил селян:

— Дядька Гнат, вы решили, что обратно в человеческий мир попали? Ждете, что вам не только жизни спасут, но и деревню отстроят?

— Так-так-так, господин Змей, идем-идем-идем! — старостиха немедленно ухватила мужа за рукав и поволокла прочь.

— А як же ж… — дочка потянулась то ли к попаданцу, то ли к Айту.

— Мясным взваром статы хочешь? Не бачишь, господин Змей ось-ось разгневается — вскипятыть! — и подгоняя фартуком, погнала деваху прочь. За ними гуськом потянулись односельчане, только девушки все оглядывались, оглядывались…

Айт подождал, пока селяне отойдут подальше, и повернулся к змеям:

— Доложите о проступке головным драконам своих десяток — и что я вас поймал тоже, — холодно обронил он.

Над уцелевшим лесом разнесся дружный драконий стон. За бензин десятники им бы и так хвосты с шеями завязали, а уж за то, что опозорились перед командующим, Великим Водным, что привел их к победе и сделал героями…

— Нашей чешуей вымостят плац, а потом заставят мыть его языками! — простонал оранжевый.

— Или сперва заставят, а потом вымостят, — безнадежно откликнулся ярко-алый змей.

— Вы еще здесь? — поинтересовался Айт.

— Повиновение Великому! — змеи дружно грянули хвостами и, подняв тучи пепла, взмыли в воздух.

Айт помахал ладонью, разгоняя серый морок.

— А я? — робко поинтересовался Тат.

— У тебя тоже есть командир, — отмахнулся Айт.

Шен немедленно надулся гордостью, а Тат насупился. Айт в задумчивости направился к берегу Молочной, едва заметным движением пальцев приказав следовать за собой.

— А-а-а! — от удара драконьей лапы Жорик взлетел в воздух, Тат коротко дернул длинной шеей, мелькнули громадные зубы… и попаданец повис в его пасти, как мышь в пасти кота. Тат двинулся за Айтом — невнятно ругающийся пленник болтался у него в зубах. Рядом шел Шен.

Айт остановился там, где осыпавшийся под лапами драконов берег подходил к самой воде, присел на корточки, опустив обе ладони в воду, точно в поисках поддержки.

— Это наш шанс, — после недолгого молчания сказал он. И поднял глаза на двух змеев. Даже сейчас, когда он был в человеческом облике, не казалось, что бронированные туши драконов возвышаются над хрупким черноволосым юношей.

— Мы на самом деле ничего не знаем о Прикованном… — продолжал Айт.

— Он появился примерно лет девять назад! — быстро ответил Шен, которому совсем не нравилось начало разговора.

— Примерно… — чуть усмехнулся Айт. — Вот уж точные сведения! Он мог появиться и раньше, просто девять лет назад умер лес и ни один из оказавшихся на его территории змеев и людей оттуда больше не вышел. Семь лет назад отряды Прикованного начали нападать на приграничные поселения и уводить людей, забирая даже мертвецов с погостов.

— Теперь мы знаем, зачем ему нужны люди, — пробормотал Шен, вспоминая чудовищные помеси из мертвых людей и животных.

— Тебе не кажется, что это знание как-то… не окрыляет? — устало улыбнулся Айт.

— Зато окрылит сегодняшняя победа! — горячо, будто и не воздушный, а огненный, возразил Шен. — Битву уже знаете как называют? Айтово мочилово! — гордо провозгласил Шен, а Тат согласно кивнул.

— Нахватались, — проворчал Великий Водный. — Нет бы что хорошее взять из человеческого мира, тащите, что попало: то выражение, то бензин, а то… человеческое оружие. — Он снова помрачнел. — А если в следующий раз оттуда ядерную бомбу приволокут?

— Это что? — полюбопытствовал Шен.

— Как если всем огненным нашего мира разом кинуть на хвост каменную плиту. Только еще хуже!

Шен застыл с раззявленной пастью, пытаясь представить, куда хуже-то!

— И мы по-прежнему ничего не знаем о Прикованном, — задумчиво продолжал Айт. — Даже не знаем, чего он добивается.

— Ну… — неуверенно протянул Шен. — Он же прикованный — Прикованный-то? Там, в своем лесу… — он неопределенно махнул хвостом в сторону Мертвого Леса. — Он хочет освободиться, верно?

— А есё у ео дванадать… Тьфу! — Тат сплюнул болтающегося в пасти Жорика, несмотря на вопль протеста, придавил того лапой и зачастил: — У него двенадцать помощников, которые ходят по миру и…

— Это легенда, — мягко перебил Айт. — Но даже если правда, ни одного из двенадцати мы тоже не знаем! Что они задумали, когда нападут снова… Зато знаем, что у Прикованного есть союзники в человеческом мире… и в Змеевых Пещерах!

Тат гулко сглотнул:

— Хорошо, что человека сплюнул, а то б подавился. С чего ты…

— Тот, кто таскал ящики вместе с человеками, — перебил его Айт. — Когда работяга высказался насчет матери, он ответил…

— «Да будут дни ее бесконечны, как ее же хвост!» — немедленно вспомнил Шен. — Так говорят те, кто живет в Змеевых Пещерах! Мы привыкли…

— И он сжег работяг, когда те стали не нужны, — напомнил Айт.

— Чуть что, сразу огненные! — возмутился Тат. — Там же чемоданчик стоял! Может, там была саламандра [Саламандра — элементаль огня.]! Может, то вообще был не змей!

— Вот это нам и надо выяснить, — согласился Айт и с мало соответствующей хрупкому человеческому телу силой выдернул Жорика из-под Татовой лапы.

— Ты сможешь узнать того змея… ну или человека… того, который остальных сжег? — требовательно спросил он. — Только не ври, Шен все равно определит!

Расползшиеся в разные стороны глазки Жорика с трудом сфокусировались на Айте, пару мгновений ему потребовалось на осмысление вопроса — он перевел взгляд на Шена и лишь потом слабо пожал плечами.

— Может, и смогу… Только я не так чтоб его, как тебя, видел…

— А голос запомнил? — влез Шен.

Жорик задумался:

— Слушайте, он всего пару слов сказал, да и то почти шептал! Не знаю я… Он же не Шнур, чтоб его сразу по голосу отличать!

Кто такой Шнур, Айт не знал: наверняка юный человеческий сладкоголосый красавчик, вроде тех, кого он видел в телевизоре. Интересно, Ирке нравится?

— Злой он был, совсем как этот! — тыча пальцем в Тата, обвинил пленник. — Чего ж я, дурак, не согласился у того дядьки огород полоть? Лучше, чем у этого зубастого в пасти болтаться…

— Не волнуйся, все будет еще лучше! — отмахиваясь от вскинувшегося Тата, обронил Айт. — Господа драконы! Как я уже говорил — это наш единственный шанс! Даже если человек не опознает предателя — но место, откуда переместился, он помнит, а там наверняка остались следы, доступные змееву чутью! А еще у нас есть в человеческом мире дружественно расположенная ведьма. — Айт не удержался и расплылся в довольной улыбке. — Которая наверняка поможет в расследовании. Так что я отправляюсь в мир людей!

— Когда? — изумленно рыкнули оба змея.

— Сейчас, — просто ответил Айт. — Шен, я напишу записку… — из сумки на поясе он вытащил привезенный из человеческого мира блокнот и принялся торопливо чиркать ручкой. — Передашь Грэйл Глаурунгу. Подробности — на словах. Я полагаюсь на твой такт — старик сейчас наш единственный настоящий союзник.

— Вы отправляетесь, — зажимая записку когтями, растерянно пробормотал Шен. — Но… это опасно!

— Я в любом случае не собирался брать в человеческий мир охрану. Нас застава не пропустит.

— До дня рождения наднепрянской ведьмы-хозяйки еще… — Шен пощелкал зубами. — Много времени! — не сладив с исчислением в человеческих неделях, закончил он.

— Думаешь, выгонит? — уточнил Айт.

— Нет, но… — Шен смутился. — Она все-таки… Ведьма-хозяйка! — почтительно протянул он. — Большой человек в человеческом мире.

— Не такая уж она и большая. Легко носить на руках. А на спине так вовсе не чувствуется, — кажется, не очень обращая внимания на слушателей, мечтательно пробормотал Айт.

Шен смутился, а Тат тихонько буркнул:

— Я все-таки предпочитаю принцесс.

— На празднике человеческой ведьмы-хозяйки Великий Дракон должен появиться во всем блеске! — объявил Шен. — А Совет? По случаю победы? Про Совет вы забыли, господин?

— Что мне мешает доехать до Змеевой Пещеры на острове Хортица и выйти из нее в наши Змеевы Пещеры, прямо к Совету? С информацией о Прикованном или хотя бы о человеческом оружии в нашем мире? — задал встречный вопрос Айт. — А потом уже можно вернуться на день рождения — как ты выражаешься, во всем блеске!

Заодно будет знать — действительно ли Ирка хочет его видеть. Конечно, она сама пригласила. Кажется, она была ему рада, когда они в последний раз разговаривали. Но Айт понимал: он далеко, а Ирка… Она — настоящая ведьма-хозяйка и просто… такая девчонка, мимо которой парни не проходят. Наверняка там крутятся всякие… вроде Андрея из богатырской стражи или еще кого… И неизвестно, не заставил ли новый поклонник забыть одного змея залетного. Тем более что и вместе они были недолго… Даже целовались всего три раза — и один из них во сне!

Вода в Молочной заволновалась, часто и нервно накатывая на берег, сияние замерцало. Айт отошел подальше от реки. Он идет к Ирке — никогда еще так удачно долг и обязанности не совпадали с его собственными желаниями! Им придется вместе разбираться с человеческим оружием — в конце концов, это ее обязанность как ведьмы-хозяйки! У него будет время снова завоевать ее… внимание. И вообще, чего трусить — она, конечно, ведьма-хозяйка, но и он-то у Табити не из-под хвоста вывалился! Все-таки Великий Дракон!

«А узнаю, что рядом с ней кто крутится, — съем! — мрачно решил он. — Эта ведьма нужна мне самому!»

Пятна крови и гари с шипением испарились с его белой рубашки и облегающих черных штанов, будто их вымыл невидимый поток воды. Проверил, как закреплен на спине меч Отраженье Луны — предусмотрительный Шен немедленно выудил из сумки под крылом одеяние, похожее на плащ синей тисненой кожи, только без рукавов. Айт благодарно кивнул — плащ позволял скрыть оружие, да и выглядел он в нем… Неплохо. Айт пригладил волосы. И взмахом руки нарисовал в воздухе высокий вытянутый овал, светящийся серебром лунной дорожки на воде.

— Пошли! — драконьей хваткой пальцы Айта сомкнулись на плече Жорика.

— Берете меня с собой? Обратно в мой мир? — замирая, как кролик под когтями ястреба, пролепетал Жорик — и лицо его озарилось несмелым восторгом. — Я там буду вашим помощником? А потом всему у вас научусь и тоже… тоже стану драконом, да?

— Айт, можно я ему хотя бы ноги откушу? — пробурчал Тат. — Для расследования тебе ж верхней половинки достаточно?

— Нет, драконом ты не станешь, — терпеливо пояснил Айт. — Помогать мне будет моя девушка. Цветов из нашего мира я набрать не успеваю… вот ты и будешь у меня что-то вроде букета! — расхохотавшись, он дернул Жорика к себе и вместе с ним прыгнул в портал.

Овальное окно пошло рябью, как отражение на воде. Нестерпимо засверкало, потом из него брызнул искрящийся поток лучей, портал перевернулся в воздухе… и схлопнулся.

Два дракона стояли на опушке леса и тревожно глядели друг на друга.