Соберу из воспоминаний

— Нет!

Смерть поворачивает голову к Драко и замирает. Видимо не каждый может ее увидеть. Видимо и Драко не должен был ее видеть. Произошел какой-то сбой?

Драко отмирает и в два шага долетает до тела любимого прикрывая его собой, не позволяя Смерти забрать то единственное, ради чего еще дышит.

Но он знает, что это бесполезно, если она пришла за Поттером. А еще он знает, что если она уйдет от сюда с Поттером сегодня, то заберет и еще одного добавкой. Он не отпустит Гарри. Только через собственный труп.

— Не забирай! Не трогай его!

Он кричит чему-то вроде темного призрака, а этот самый в балахоне, смотрит на него из-под капюшона лишь сверкая глазами, которых даже не видно толком.

Руки Смерти тянутся, а Драко подставляется под них за любимого боясь, что она дотянется до Гарри. Боясь, что прикоснется.

Но вдруг что-то меняется. Смерть отходит. Из-под капюшона только блеск в области глаз да и то расплывчатый. Драко все еще в ужасе, он боится даже дышать, и попускает только тогда, когда нащупывает за спиной запястье Гарри и ощущает под пальцами его пульс.

«Живой», проскакивает в голове с таким облегчением, что глаза прикрываются, а по телу бегут благодарные мурашки. Даже Мерлину неведомо насколько же сильно он боится за него каждый гребаный день. Как сильно переживает, как опасается, как вздрагивает от любого шороха связанного даже косвенно с Гарри! И этот пульс сейчас под пальцами — глоток воздуха. Как шанс, что еще не все потеряно.

Это единственное, что имеет значение последнее время. Единственное, что вообще имеет хоть какое-то значение в мире. Пульс. Биение. Четкое, монотонное, ритмичное, под пальцами Драко, когда ощупывает руку, под ухом Драко, когда кладет голову на его грудную клетку, чтобы «услышать». Драко иногда даже жалеет что в Мунго не такие медицинские приборы, как в магловских больницах. Те пищат давая понять, что все порядке, у них такие запрещены. Их заменяют заклинания, оповещающие лекарей и медсестер в случае необходимости.

Смерть смотрит, как Драко открывает глаза слегка успокоившись, оборачивается, поправляет постель, одеяло, все трубочки, кладет удобно руки Поттера, чтобы не затекли, чтобы было удобно, максимально комфортно, как он сам любит. И только после этого растворяется в воздухе. А Драко обернувшись уже не видит ее, но вызывает в спешке врача, который занимается делом Поттера.

Спенсер проводит тесты. Потом перепроверяет, а Драко держат на привязи не подпуская, не позволяя даже заглянуть в показатели. Он сам проведет все эти процедуры позже, но им не обязательно знать об этом. А потом...

— Это смерть мозга.

Драко показалось, что в его грудь запустили железным мечом. Ледяным, острым, ядовитым. Сначала потемнело в глазах, потом подкосились ноги, а потом он тряхнул головой в надежде, что просто уснул и это ему показалось все это. Потому что «смерть мозга» — фраза, которая меняет все. Которая может изменить всю жизнь близких, уже рыдающих вокруг Драко, вообще не осознающего реальность.

— То есть? Ч-что? — переспрашивает он выдавливая слова.

— Смерть мозга Драко. Прости...

— Нет, ты же говорил, что он в коме.

— Был в коме, видимо пошли осложнения может еще что. Ты же сам знаешь, как это бывает. Драко слушай...

— Бред, нет, это не... Проверь еще раз.

— Проверил и еще раз проверил ради тебя, но это ничего не изменило. Нам нужно отключить...

— Нет! Не смей! — паника накатывает в купе с истерикой. Этот идиот несет какую-то чушь, а рыдания Уизли вокруг сбивают с мыслей. У парня начинают трястись руки.

— Драко, он мертв.

— Он умрет, когда я ему позволю! Вон! Все вон!

Сначала все игнорируют, продолжая плакать над больничной койкой. Они не преуменьшают роли Драко в этом месте, рядом с этим человеком, просто слишком большой шок, ужас и ситуация не из тех, когда можно принять и уйти. Но потом палата все же пустеет. Драко даже не замечает, как это происходит. Он стоит перед койкой на которой лежит Гарри и просто смотрит. Он не видит пациента, трубочки или даже эти противные однотонные простыни, он видит, как Гарри впервые поцеловал его.

Они были рядом с Биг-Бэном. Скучная монотонная жизнь сына лорда позволила узнать так много, но не позволила прочувствовать. Когда Гарри решил влюбить в себя Драко, он первым делом начал показывать ему все красоты мира, которые и сам познавал в первый раз. Драко повез его на Биг-Бэн тогда, чтобы прикоснуться к истории. Гарри буквально прикоснулся к стене этого великого строения, потом повернулся к Драко, дернул его за руку прижал к этому самому великому и поцеловал.

Кто угодно испугался бы такого напора, но не Драко. Гарри бывал резким. Но в этой резкости никогда не было намерения сделать больно, скорее показать насколько сильны чувства, насколько сильно желание, а позже — насколько сильна любовь.

Гарри мог прижать его к себе за талию прямо перед министром, если казалось, что тот заглядывается на его волосы слишком долго, мог выдернуть с работы, чтобы попить кофе в аллее, когда на улице сильный ветер и дождь из осенних листьев, которые «вообще нельзя пропустить ни в коем случае». Он мог заменить ужин потрясающим сексом прямо на обеденном столе, но никогда и ни за что не переходил границы Драко. Словно ощущая тонкую нить, где можно, нужно, желанно и где неприемлемо. Хотя для Гарри у Драко не было неприемлемо. Гарри скорее сам их расставил эти грани, позволяя любить, беречь и запрещая ломать или заставлять.

Одна из причин почему Драко так сильно его любит. Одна из причин почему тот первый поцелуй все еще на губах.

— Я не отпущу тебя... — шепчет Драко глядя на Гарри, что лежит неподвижно на больничной постели, — Даже если весь мир скажет отпустить, я не позволю тебе уйти.

Драко работает в больнице уже пару лет. Он считает себя полноценным доктором уже три года. Он изучал медицину, волшебников и маглов больше пяти лет, с момента выпуска из Хогвартса.

Драко хороший доктор. Лучший по мнению многих коллег и пациентов. Даже Спенсер его уважает. Причина по который Поттер попал к Спенсеру только лишь в его узкой направленности, но не общей квалификации. Так что Драко знает, что такое смерть мозга, он знает ее отличия от комы и он понимает насколько это...

Но Драко не может это принять.

Вспомнился случай из практики. Он тогда первый год работал и к нему попал пациент-суицидник. Он пытался резать вены, пить таблетки, а затем прыгнул под машину. Последний случай и привел к смерти мозга. Малфой говорил вердикт его матери, а она рыдая кричала, что ни за что не отпустит, не отключит от аппарата, потому что ее кровинушка все еще жив. Драко смотрел на этот ужас и не понимал. Смерть мозга — это все. Это не вариант и не маленький шанс — это смерть. Доктора и юристы признают человека мертвым, после этого диагноза. Но та женщина отказалась. Ее сын провел в больнице еще месяц. Потом мать умерла от горя. А дальние родственники отключили его от аппарата и похоронили. Грустная история.

У Поттера будет другая.

Драко точно знает, потому что это чертов Поттер. Еще не факт, что это смерть мозга, ведь Спенсер мог ошибиться!

И потому Драко отвлекается от мыслей, становится сбоку от кровати и начинает перепроверять, делать тесты один за другим, чтобы точно знать, наверняка, а не через глупого врача, который мог ошибиться!

Но анализы не изменили ничего, как и тесты. Жуткая истина прибивала Драко осознанием. Хотелось перестать дышать, потому что каждый вздох делал больно ребрам.

Через три часа Драко сел на край кровати, где все еще лежал Гарри.

Его Гарри.

Он положил ему руку на грудную клетку и ощутил биение сердца. Собственное сердце больно заныло. Худшее, что может быть, когда медицина делает это реальным.

Ведь это не сердце Гарри бьется, как и должно само по себе. Это механизм, машина и заклинания, заставляющие бегать кровь по жилам и потому буквально запускают сердце. Оно не будет биться, если отключить медицинскую машинку и снять подстраховочные заклинания. И от этого больно. Но мозг не верит. Драко не верит. Кожа Поттера теплая, волосы мягкие, ногти аккуратно подстрижены им же, он гладко выбрит и порой очень редко, но кажется, что его ресницы дергаются.

Драко не может видя все это просто поверить, что его тут нет. Он знает, что все это механизм, а не Поттер. Он знает, что все это просто аппарат подключенный к телу и заставляющий его работать, но ему все равно. Поттера не отключат от аппарата пока он сам не откроет глаза!

Драко даже не плачет. Кажется он рехнулся. Скорее всего эта боль не смогла перевариться разумом и он действительно рехнулся. Просто сидит на кровати все еще держа руку на груди Поттера. Слышит сердцебиение и как грудная клетка поднимается и опускается. Смотрит, ощущает и молчит. Поттер рядом. Этого сейчас достаточно. Прямо сейчас, потому что все другое неважно. Он не мертв, Драко не позволит. Он просто не способен это вынести и потому Поттер будет жить, чего бы это не стоило Драко Малфою.