Ты так быстро называешь это ошибкой?
Мы просидели на кухне, кажется, вечность.
Сначала говорили осторожно.
Потом проще.
Потом уже смеялись.
Я сама не заметила, как начала рассказывать какие-то мелочи — про учебу, про глупые ситуации, даже пару раз поймала себя на том, что улыбаюсь искренне.
Сон Джун слушал спокойно, иногда шутил, иногда просто кивал.
Без давления.
Без попыток «залезть в душу».
И это... цепляло.
Время прошло незаметно.
— Уже поздно, — наконец сказал он, взглянув на часы. — Тебе надо отдохнуть.
Я кивнула.
— Да...
Мы встали из-за стола и пошли в сторону комнат.
Я уже почти развернулась, чтобы зайти к себе, как вдруг...
— О.
Голос.
Мы оба обернулись.
В дверях стоял его отец.
Сонный, но с очень даже живым взглядом.
Он посмотрел на нас, потом на коридор... потом снова на нас.
И вдруг усмехнулся.
— А вы чего по разным комнатам?
Пауза.
— Вы точно вместе?
Он сказал это явно в шутку.
Но...
я и Сон Джун одновременно переглянулись.
На секунду.
И в этом взгляде было всё:
"что говорить?"
"что делать?"
Я прикусила губу, сдерживая улыбку.
Он чуть кашлянул.
— Э... да просто... — начал он.
Я быстро перебила, чуть наклонив голову:
— Он просто стесняется.
Отец приподнял бровь.
— Вот как?
Я пожала плечами, стараясь выглядеть максимально спокойно.
— Бывает.
Он тихо хмыкнул.
— Ну-ну.
И, кажется, решил не продолжать.
— Ладно, не мешаю. Спокойной ночи.
— Спокойной, — ответили мы почти одновременно.
Он ушёл.
Тишина снова вернулась.
Я медленно выдохнула.
Повернулась к Сон Джуну.
И не сдержала лёгкой улыбки.
— Выкрутилась как смогла.
Он покачал головой, всё ещё улыбаясь.
— Спокойной ночи, актриса.
— Спокойной, — ответила я.
И, развернувшись, наконец зашла в комнату.
Но, ложась в кровать, я поймала себя на мысли...
сегодняшний день был сумасшедшим.
Но этот вечер...
оказался самым спокойным из всех.
Я лежала в кровати, уставившись в потолок.
Тишина.
Настоящая.
Без криков, без подколов, без этого постоянного напряжения.
Я перевернулась на бок, подтянула одеяло ближе.
И вдруг вспомнила.
Телефон.
Я замерла на секунду.
— Чёрт...
Рука сама потянулась к сумке.
Я достала его, повертела в руках.
Экран тёмный.
— Может, не надо... — пробормотала я.
Пауза.
Сердце почему-то уже начало биться быстрее.
— Да блин.
Я зажала кнопку.
Экран загорелся.
Загрузка.
Секунда.
Две.
И...
он включился.
И почти сразу —
вибрация.
Ещё.
И ещё.
Экран заполнился уведомлениями.
Пропущенные.
Сообщения.
Слишком много.
Я медленно выдохнула.
Пальцы чуть сжались.
И я уже знала, от кого это всё.
Я открыла.
И, конечно...
Сын Сик.
Сообщение за сообщением.
«Ты где?»
«Возьми трубку»
«Т/и»
«Ты серьёзно?»
«Ответь»
Я сглотнула.
Листнула выше.
Ещё.
И ещё.
Он писал.
Долго.
Не в его стиле.
Совсем не в его.
Я прикусила губу.
И вдруг почувствовала, как внутри что-то сжалось.
Не злость.
Не раздражение.
Что-то другое.
Я откинулась на подушку, уставившись в экран.
Палец завис над клавиатурой.
Он искал меня.
Реально.
Я ещё пару секунд смотрела на экран.
На эти сообщения.
На его имя.
Слишком много от него.
Слишком... непривычно.
Я тихо выдохнула и, не давая себе времени передумать, начала печатать:
«всё в порядке, не ссы, дома увидимся»
Отправила.
Сразу.
И почти сразу пожалела.
— Зачем так грубо...
Но удалять уже было поздно.
Телефон в руках будто стал тяжелее.
Ответ пришёл почти мгновенно.
«Ты где?»
Я закатила глаза, но внутри снова что-то дёрнулось.
«Не твое дело»
Отправила.
Пауза.
Дольше, чем до этого.
И потом:
«Адрес»
Я нахмурилась.
— О, началось...
«Успокойся, я в норме»
Ответ.
Быстро.
«Адрес»
Я приподнялась на локтях.
— Да ты издеваешься...
Пальцы замерли над экраном.
И вдруг...
«Я приеду»
Я замерла.
Сердце резко ударило.
Он не шутил.
В этот раз — вообще нет.
Я уставилась в экран, чувствуя, как внутри снова поднимается это странное напряжение.
Он не играл.
Он реально собирался приехать.
Я смотрела на экран ещё пару секунд.
Сообщение «я приеду» будто зависло перед глазами, не исчезая даже когда я моргнула.
— Нет... — тихо выдохнула я.
Пальцы сами выключили экран.
Я отложила телефон на тумбочку, как будто он мог сейчас взорваться.
И поднялась.
В комнате снова стало тихо.
Слишком.
Я вышла в коридор, стараясь не шуметь.
Дом Сон Джуна спал.
Где-то за стеной тиканье часов и редкий скрип пола.
Я медленно прошла на кухню, включила только маленький свет над столешницей.
Острый белый свет резанул глаза.
Я открыла шкаф, достала стакан.
Руки были холодные.
— Просто вода... — пробормотала я себе.
Налила.
Сделала глоток.
Потом ещё один.
Но жажда была уже не в горле.
Я опёрлась о столешницу, глядя в тёмное окно.
И снова это чувство.
Тревожное.
Неприятное.
Он написал, что приедет.
Сын Сик не писал так просто.
Я прикусила губу.
— И зачем тебе это всё... — прошептала я.
Стакан в руках дрогнул.
Я поставила его на стол чуть резче, чем хотела.
И замерла.
В тишине кухни вдруг стало слишком громко слышно собственное дыхание.
Ноги будто сами повели меня по коридору.
Я остановилась у его двери.
Сон Джун.
Тихо.
Очень тихо.
— Просто посмотрю... — прошептала я себе.
Я аккуратно приоткрыла дверь.
Скрипнула.
Я сразу замерла.
И увидела его.
Он был на полу.
Делал отжимания.
Я резко выдохнула.
— Ой... — вырвалось у меня. — Прости.
Он остановился, поднял голову.
Я уже начала отступать назад, чувствуя, как лицо горит от неловкости.
— Я... я не хотела мешать, я просто—
И тут всё произошло быстро.
Слишком быстро.
Он резко поднялся.
Шаг ко мне.
И прежде чем я успела сделать шаг назад —
он перехватил меня за запястье.
Я замерла.
— Сон Джун...
Он не дал договорить.
Притянул к себе.
И поцеловал.
Я на секунду просто не поняла, что происходит.
Всё внутри будто отключилось.
Мысли — ноль.
И вместо того чтобы оттолкнуть...
я почему-то не отстранилась.
Секунда.
Две.
Я закрыла глаза.
И ответила.
Тихо.
Неуверенно сначала...
а потом чуть сильнее.
Он не торопил.
Не давил.
Просто держал меня рядом, будто это было чем-то... естественным.
После поцелуя в комнате повисла тишина.
Не неловкая — скорее плотная, как будто воздух стал тяжелее.
Я всё ещё стояла слишком близко к Сон Джуну, и он не отходил.
Не улыбался.
Не шутил.
Просто смотрел.
— Ты всегда так заходишь в чужие комнаты? — наконец спросил он спокойно.
Я моргнула, будто возвращаясь в реальность.
— А ты всегда так встречаешь гостей? — выдохнула я, стараясь звучать ровно.
Он чуть наклонил голову.
И вместо привычной усмешки — ничего.
Только внимательный взгляд.
— Это был не «гость», — сказал он тише.
Я замерла.
— Тогда кто?
Пауза.
Он не отвёл глаза.
— Ты сама как думаешь?
Эти слова ударили как-то слишком точно.
Я отвела взгляд в сторону, сжав пальцы.
— Я думаю, что это была ошибка, — быстро сказала я.
Он медленно выдохнул.
— Ты так быстро называешь это ошибкой?
Я напряглась.
— А как это ещё назвать?
Он сделал полшага ближе.
Не резко.
Но достаточно, чтобы снова стало трудно думать.
— Не знаю, — спокойно сказал он. — Но точно не «случайно».
Я подняла на него взгляд.
И впервые за весь вечер он не выглядел расслабленным или игривым.
Он выглядел... серьёзно.
Слишком.
И это почему-то выбивало сильнее, чем всё остальное.
Он на секунду молча посмотрел на меня, будто оценивая, насколько я сейчас вообще в адеквате после всего, что произошло.
Сон Джун чуть усмехнулся и, уже спокойнее, сказал:
— Расслабься. Давай со мной ложись. Всё равно оба спать не хотим.
Я приподняла бровь.
— Ты это сейчас так просто сказал?
Он пожал плечами.
— А ты слишком много думаешь.
Я фыркнула, но спорить не стала.
И вместо ответа просто завалилась на его постель, устраиваясь поудобнее.
Потолок снова оказался перед глазами, но теперь уже другой.
Не мой.
— Может, посмотрим что-нибудь тогда? — предложила я, повернувшись к нему.
Он сел рядом, чуть ближе, чем «просто нормально», но не настолько, чтобы это выглядело странно.
— Что именно? — спросил он.
Я пожала плечами.
— Что-то тупое. Чтобы не думать.
Он тихо усмехнулся.
— У тебя сегодня весь день «чтобы не думать».
Я повернула голову к нему.
— И это проблема?
Он встретился со мной взглядом.
— Нет.
Пауза.
— Похоже, это единственное, что тебя сейчас спасает.
Я замолчала.
Потом тихо выдохнула:
— Может быть.
Он потянулся к телефону, включил что-то на экране.
Свет от него мягко упал на нас обоих.
И впервые за весь этот хаос дня...
рядом с ним было просто тихо.
Без давления.
Без вопросов.
Просто момент, в котором можно было на секунду перестать убегать от всего.