Глава 36. Утро после
Аделия проснулась первой.
Солнце пробивалось сквозь неплотно задёрнутые шторы миланского отеля, рисовало золотые полосы на полу. Она лежала неподвижно, боясь пошевелиться, потому что тёплая тяжесть на её плече — это была рука Ильи.
Он спал. По-настоящему спал впервые за полгода — глубоко, без кошмаров, без того, чтобы вскакивать посреди ночи с колотящимся сердцем.
Аделия смотрела на него. На разметавшиеся по подушке светлые волосы, на длинные ресницы, на расслабленное лицо, которое во сне выглядело почти мальчишеским.
Ей хотелось плакать. И смеяться. И ударить его. И поцеловать. Всё сразу.
— Я чувствую твой взгляд, — хрипло пробормотал он, не открывая глаз. — Ты меня гипнотизируешь?
— Обдумываю план твоего убийства, — так же хрипло ответила она. — Медленного и мучительного.
Он улыбнулся, всё ещё не открывая глаз, и притянул её ближе.
— Только сначала дай мне кофе. Умирать без кофе я не согласен.
— Ты неисправим, — вздохнула она, но не отстранилась.
— Я знаю. — Он наконец открыл глаза и посмотрел на неё. Серьёзно, глубоко, так, что у неё перехватило дыхание. — И я знаю, что не заслуживаю тебя. Ни капли. Но я сделаю всё, чтобы стать тем, кто тебя достоин. Обещаю.
Аделия молчала долгую минуту. Потом провела пальцем по его скуле.
— Ты будешь стараться, — сказала она тихо. — Очень стараться. И если ты снова облажаешься, я тебя своими коньками зарежу. У меня лезвия острые, ты помнишь.
— Помню, — улыбнулся он. — Они у тебя всегда были острые.