Глава 2. Сломанный лёд
Утро короткой программы началось с катастрофы.
Аделия пришла на каток за два часа до своей разминки. Она всегда так делала — нужно было привыкнуть к бортам, к свету, к атмосфере арены. Она достала коньки из сумки и замерла.
Лезвие правого конька было погнуто.
Несильно, но достаточно, чтобы любой прыжок стал смертельным номером. Кто-то взял её коньки и со всей силы ударил металлом о металл, оставив микротрещину и искривление.
Внутри всё оборвалось.
— Твою ж... — выдохнула она, чувствуя, как паника сдавливает горло.
Замена лезвий? Новые коньки? Обкатка? У неё не было времени. Короткая программа через два часа.
— Ой, бедная-бедная.
Голос за спиной не требовал уточнений. Илья стоял в дверях раздевалки, облокотившись о косяк, с чашкой кофе в руке. На его лице не было и тени сочувствия. Только холодное, расчётливое любопытство.
— Что, проблемы с инвентарем? — он сделал глоток кофе. — А я говорил, что твои коньки — барахло. Не выдерживают нагрузки настоящего спорта.
Аделия медленно повернулась. В её глазах полыхал пожар.
— Это ты сделал.
— Я? — Илья картинно прижал руку к груди. — Адель, ты меня обижаешь. Я спортсмен, а не сапожник. Хотя, знаешь... — он сделал шаг в комнату, приближаясь к ней. — Может, это знак? Знак, что тебе не место на этом льду. Уступи дорогу профессионалам.
Она ударила первой.
Не кулаком — ладонью. Звонкая пощёчина эхом разнеслась по пустой раздевалке. Голова Ильи мотнулась в сторону, на щеке проступил красный след.
Повисла тишина. Он медленно повернул голову обратно. Кофе пролился на пол. Адель видела, как в его глазах что-то меняется — наигранная насмешка исчезает, уступая место чему-то настоящему. Опасному.
— Ого, — выдохнул он, касаясь щеки. — А у девочки есть когти. Жаль, что на льду они тебе не помогут. Беги, Петросян. Ищи мастера, клей лезвия. Время идёт.
Он развернулся и ушёл, оставив её одну посреди руин собственного спокойствия.