Близкий Враг

Июль 2025 года, солнечное воскресенье.

Время лечит. Или не лечит, но хотя бы притупляет боль, затягивает раны, даёт возможность дышать полной грудью. Три месяца — достаточный срок, чтобы понять: жизнь продолжается. И она может быть счастливой.

---

Квартира Сынмина, район Каннам. 10:30 утра.

Чонин стоял у плиты и жарил яичницу. На нём был фартук в цветочек (подарок матери) и трусы в горошек (подарок Сынмина, который тот купил, вдохновившись Джисоном). За окном светило солнце, в комнате пахло кофе и счастьем.

— Опять яичница? — раздалось сзади.

Сынмин подкрался бесшумно, обнял его за талию, прижался подбородком к плечу.

— Ага, — кивнул Чонин. — Ты же любишь.

— Я тебя люблю. А яичница — просто бонус.

— Льстец.

— Правдивец.

Они чмокнулись, и Чонин перевернул яйца.

— Слушай, — сказал Сынмин, садясь за стол. — Мама твоя звонила вчера.

— И что?

— Говорит, дядя Чхве сделал ей предложение. Переезжают в его квартиру, она хочет, чтобы мы забрали её старую мебель.

— Мебель? — Чонин обернулся. — Зачем нам её мебель? У нас всё есть.

— Ну, она сказала, что диван удобный. И холодильник.

— Холодильник у нас новый.

— Я ей сказал. Она ответила: «Тогда просто приезжайте в гости, я вас кормить буду».

Чонин усмехнулся, ставя тарелки на стол.

— Мама у меня... та ещё.

— Зато у тебя есть я.

— И это главное.

Они завтракали, болтая о пустяках. О работе, о планах на выходные, о том, что надо бы съездить на рынок за продуктами.

Обычное утро обычной пары.

Только очень счастливой.

---

Квартира Чанбина, район Йонсан. 12:00.

Феликс лежал на диване, задрав ноги на подлокотник, и листал каталог выставок. Чанбин сидел рядом, читал книгу о котах.

— Скучно, — заявил Феликс.

— Скучно? — Чанбин поднял бровь. — Я тебе час назад печенье пёк.

— Съел уже.

— И штрудель вчера?

— Тоже съел.

— Обжора.

— Твой обжора.

Феликс перевернулся, улёгся головой на колени Чанбина.

— Погладь.

— Что?

— Погладь, говорю. Как котика.

Чанбин улыбнулся — тепло, по-медвежьи — и запустил пальцы в рыжие волосы.

— Рыжий котик, — пробормотал он.

— Серый медведь.

— Люблю тебя.

— Я тоже.

Они лежали в тишине, и это было лучше всяких слов.

---

Квартира Джисона, жилой комплекс «Хан Ривер Парк». 13:00.

Джисон сидел за компьютером, стуча по клавиатуре. Минхо лежал на кровати, читал новости в телефоне.

— Ты долго ещё? — спросил Минхо.

— Код пишу.

— Ты уже три часа пишешь.

— Сложный код.

Минхо встал, подошёл сзади, обнял за плечи.

— Отдохни.

— Не могу, надо сдать...

— Отдохни, я сказал.

Он поцеловал его в шею, и Джисон мгновенно забыл про код.

— Шантажист, — выдохнул он.

— Работа такая.

— Какая?

— Доводить тебя до ручки.

— Уже довёл.

Минхо развернул его вместе с креслом, наклонился и поцеловал. Долго, сладко, смакуя.

— Кофе будешь? — спросил он, отрываясь.

— Буду.

— С корицей?

— Ага.

Минхо ушёл на кухню. Джисон смотрел ему вслед и улыбался.

Жизнь была прекрасна.

---

Побережье Восточного моря, скоростная трасса. 15:30.

Чёрный «Мерседес» летел по серпантину, оставляя за собой облака пыли. За окном мелькали сосны, скалы, бирюзовая вода внизу.

Хёнджин сидел за рулём, одной рукой держа руль, второй — мороженое. Бан Чан сидел рядом, тоже с мороженым, и смотрел на него с нежностью.

— Ты обляпаешься, — сказал он.

— Не обляпаюсь.

— Уже обляпался. Вон на футболке пятно.

— Где? — Хёнджин отвлёкся, чуть не вильнув.

— Да шучу я. Смотри на дорогу.

— Издеваешься?

— Люблю тебя, поэтому издеваюсь.

Хёнджин фыркнул, откусил мороженое. Ванильное, с шоколадной крошкой — его любимое.

— Красота, — сказал он, глядя на море. — Надо было раньше сюда поехать.

— Раньше ты болел.

— Теперь здоров.

— И счастлив?

— Очень.

Бан Чан потянулся, поцеловал его в щёку.

— Я тоже, малыш. Очень.

Они съехали с трассы к маленькому пляжу, спрятанному между скал. Выходные, народу почти нет — только редкие парочки и семья с детьми вдалеке.

Хёнджин выключил двигатель. Они сидели в машине, смотрели на море и молчали.

— Знаешь, — сказал вдруг Хёнджин. — Я думал, что месть — это главное. Что без неё я не смогу жить. А оказалось...

— Что?

— Что жить можно только с тобой.

Бан Чан взял его за руку, переплёл пальцы.

— Я тоже думал, что компания — это всё. Что контроль, власть, деньги — смысл жизни. А теперь...

— Теперь?

— Теперь я понимаю: смысл жизни — это когда ты есть.

Они смотрели друг на друга, и в глазах у обоих блестели слёзы. Счастливые.

— Пошли купаться? — предложил Хёнджин.

— Вода холодная.

— Зато мы горячие.

Бан Чан рассмеялся.

— Пошли.

Они вышли из машины, разделись до плавок и побежали к воде. Хёнджин влетел в море первым, взвизгнул от холода, но поплыл. Бан Чан догнал его, обнял в воде.

— Люблю тебя, — прошептал он.

— И я тебя.

Они целовались, стоя по пояс в море, и волны ласкали их ноги.

---

18:00. Тот же пляж.

Они сидели на покрывале, пили вино из пластиковых стаканчиков и смотрели на закат. Небо горело оранжевым, розовым, лиловым. Море переливалось золотом.

— Красиво, — сказал Хёнджин.

— Очень.

— Жалко, что завтра понедельник.

— Жалко. — Бан Чан обнял его. — Но у нас есть сегодня.

— И завтра.

— И послезавтра.

— И всегда.

Они помолчали. Потом Хёнджин вдруг сказал:

— Крис, а ты не жалеешь?

— О чём?

— Обо всём. О том, что мы... ну... вместе. Что я твой брат. Что люди скажут.

Бан Чан посмотрел на него долгим взглядом.

— А ты жалеешь?

— Нет. — Хёнджин покачал головой. — Ни разу.

— И я нет. — Бан Чан поцеловал его в висок. — Знаешь, что я понял за эти три месяца?

— Что?

— Что любовь не выбирает. Она просто приходит. И плевать ей на правила, на запреты, на то, что скажут люди. Она просто есть. Или её нет.

— У нас есть.

— У нас есть. — Бан Чан улыбнулся. — И это главное.

Они смотрели на закат, и каждый думал о своём. Но думали они об одном — о том, как им повезло.

---

21:00. Номер в отеле на берегу.

Хёнджин лежал на кровати, уставший после долгого дня, но счастливый. Бан Чан сидел рядом, перебирал его волосы.

— Спать хочешь? — спросил он.

— Нет. — Хёнджин покачал головой. — Просто лежать с тобой.

— Лежи.

— Крис?

— Ммм?

— А что будет дальше?

— Дальше? — Бан Чан задумался. — Дальше мы будем жить. Работать. Любить. Ссориться иногда. Мириться. Ездить на море. Есть мороженое. Стареть.

— Вместе?

— Вместе.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Хёнджин улыбнулся, притянул его к себе и поцеловал.

— Я люблю тебя, Крис.

— Я люблю тебя, малыш.

За окном шумело море. В номере было тепло и уютно. А впереди была целая жизнь.

---

Эпилог

В тот же вечер, в разных концах Сеула, другие пары тоже были счастливы.

Чонин и Сынмин ели ужин при свечах, которые Сынмин зачем-то коллекционировал. Феликс и Чанбин смотрели дораму, лёжа на диване в обнимку. Джисон и Минхо занимались любовью, и на Джисоне были те самые трусы в горошек, которые свели Минхо с ума.

А где-то на побережье Восточного моря двое мужчин спали в обнимку, и им снились одинаковые сны.

О счастье. О любви. О том, что всё будет хорошо.

Потому что иначе и быть не могло.

Цитата: «Дальше мы будем жить. Работать. Любить. Ссориться иногда. Мириться. Ездить на море. Есть мороженое. Стареть. — Вместе? — Вместе»