Глава 18.
Приехав к месту назначения где был сбит Максим и спросив очевидцев куда его отвезли ребята немедленно отправились к моргу. Фролова забежала внутрь здания с перепуганными глазами, активно напрашиваясь к трупу к которому не пускали.Дима лишь нехотя направлялся за девушкой. Он не понимал, почему Рита так сильно переживает за него. Сколько боли он ей причинил, оскорблял её, врал, избил, а в её глазах всё равно тревога за него. Неужели она до сих пор любила Максима даже за то, что он ударил её?
Паре показали уже бледный, который приобретал иссиня — чёрный оттенок труп. Глаза Соколова были закрыты, лицо искаженно от боли, нижняя губа порвана. Среди живота был огромный синяк, а правое ребро было вмято. Девушка не смогла сдержать свои эмоции и подошла ближе к трупу.
— Знаешь, то что ты делал...То, что ты сделал со мной всё это было ужасно. Ты нагло врал мне в лицо, использовал меня как куклу, как марионетку...Ты был прав, я пустышка, самая обычная провинциалка из Москвы, но и ты не так уж и хорош. Но знаешь Макс, я прощаю тебя, прощаю за всё.Твоя невеста даже не пришла к тебе сюда. Ты ведь тоже был марионеткой в её руках. Я права ведь, да? Прощай Максим, прощай, — Маргарита сняла со своей руки тот самый браслет и положила рядом с трупом, а после уткнулась в грудь Димы.
— Поехали отсюда, уже ничего не изменить...
Всю дорогу до поместья Рудковской Маргарита и Дима ехали молча не сказав друг другу не слова. Через полчаса они уже были на месте. В холле их ждала Яна.
— Ян, тут такое дело, понимаешь, — начал говорить Дима, но выходило у него не очень.
— Соколов мёртв, знаю, — ответила женщина поправив прядь своих волос. — Маргарита, отправляйся в свою комнату, уже достаточно поздно, тебе нужно выспаться перед завтрашним днём.
Не сказав не слова девушка лишь выполнила просьбу Рудковской и отправилась в свою комнату.
— И вот ещё что, завтра приедут журналисты, будут брать у тебя интервью здесь, будь в хорошей форме.
— Хорошо...
Когда Рита ушла, Яна отвела Диму в сторону, чтобы никто не услышал их разговор.
— Ты ведь знаешь, что смерть Соколова ни к чему хорошему не приведёт?
— Знаю, но ведь это не я убил его!
— Понимаю. Но любопытные журналисты не обойдут и меня стороной. Мы ведь с ним сотрудничали, а говорить хорошие слова о таком гнилом человеке как Максим я не намерена! Займись завтра этими любопытными журналистами, они будут здесь через три дня.
— Не переживай, всё будет в наилучшем виде...