Глава 4
Проходя мимо старого холодильника, где лёд уже начал подтаивать, я наугад выудила пару банок пива.
Шум вечеринки гремел со всех сторон, но я свернула в тень, к забору, где почти не было людей.
Здесь, у самой кромки газона, было удивительно тихо.
Только приглушённая музыка, запах костра откуда-то со двора и далекий звон чужих голосов.
Я села прямо на траву, прислонилась к деревянному столбу и с силой открыла банку — пена ударила в пальцы.
Первый глоток был ледяным и терпким. Тело будто вспомнило, что такое — просто расслабиться.
Я не торопилась. Хотелось наблюдать:
за окнами, за танцами, за тем, как уходит день.
И вдруг — во двор въехал чёрный внедорожник.
Машина скользнула по парковке для «высшего общества» так, словно хотела заявить:
«Вот я».
Музыка, разговоры — всё приглушилось.
Все взгляды устремились к двери.
Из машины вышел он.
Высокий парень с растрёпанными песочными кудрями, которые небрежно падали на лоб.
Светло-голубые глаза, как бесконечное небо.
Улыбка — опасная и притягательная одновременно.
Широкие джинсы, спущенные на бёдрах.
Белая футболка из последней коллекции Prada.
Это был Остин.
Моё лицо вспыхнуло.
Я не хотела его видеть.
Особенно сейчас — с пивом в руке и единственной мыслью в голове:
только бы не вывалиться на балкон второго этажа с криком «Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ОСТИН!»
Он, конечно, был не один.
Рядом — длинноногая шатенка, макияж в стиле «латино», юбка — короче, чем позволяли приличия.
Остин держал её за бедро, шептал что-то на ухо.
Они поднялись по лестнице и скрылись в доме —
скорее всего, направились туда, куда меня не пустили.
Когда двери за ними закрылись, всё вокруг снова ожило.
Смех, крики, брызги из бассейна, музыка — жизнь вернулась.
А я осталась сидеть.
Пару минут.
Просто переварить.
Мой "принц" приехал на бал — но не за Золушкой.
Он прибыл с идеальной спутницей, на идеальной машине,
и поднялся на этаж, куда мне нет доступа.
Так себе сказка.
Я залпом допила пиво, вытерла губы тыльной стороной ладони и поднялась.
Подошла к ящикам у бассейна — взяла ещё одну банку.
На этот раз — для храбрости.
Музыка ударила в грудь.
Бёдра подхватили ритм,
волна звука прошла сквозь тело.
И пусть он — на третьем этаже.
С кем-то другим.
Этот вечер — мой.