траурный черный
Холодной осенью, после долгого молчания, неожиданно объявился Стив, попросив их помощи. Расспросить, что произошло или происходит, так и не удалось. И теперь, стоя рядом со Стивом, Роуди и раненым Виженом, они наконец узнали, кто именно на него напал. И не только на него.
Танос. Безумец.
Камни Бесконечности.
Эти слова крутились в голове, и осознание того, что битвы не избежать, поселяло в душе давнюю, забытою глубоко тревогу. Сердце сжималось, стараясь не быть здесь - в этом беспокойном месте. Но эта битва должна была состояться. Всё шло к этому. Камень Разума.
Чтобы спасти Вижена, нужно было извлечь камень. Этим занялись в Ваканде.
Трупы, истекающие синей кровью, устилали зелёную траву.
Ванду и Наташу разделили.
Ванда должна была защитить камень с помощью магии - или, в случае необходимости, уничтожить его. И она это сделала. Выбрала второй путь.
Когда отчаяние захватывает разум, а напротив тебя - пусть не человек, но разумное существо - просит убить его...
Отрицание захлестнуло её.
Оно не отпускало, даже когда камень трескался под натиском алых нитей. Даже когда она сквозь слёзы сдерживала Таноса. Единственное, о чём она думала в тот момент, - что бы сказала Нат.
Наташа бы придержала Ванду.
Как и Ванда Наташу.
Но не сейчас. Сейчас она не успела.
Всё длилось мгновение, и вот она рассыпалась, став единым с ветром.
Свобода окутала её разум - свобода, которую она искала раньше. Когда не стало Нат, когда не стало брата. Но теперь эта свобода сковывала.
Битва закончилась их поражением.
Наташа и Стив шли по лесу, туда, где разворачивалась битва.
На пути им встречались глаза, полные боли. Люди теряли близких, и Наташа боялась спросить по рации, кто остался жив. Боялась не услышать голос Ванды.
И её страхи оправдались.
Колени подкосились, ладонь легла на губы, не давая вырваться звуку, глаза наполнились слезами.
Капитан рядом тяжело выдохнул, но остался стоять.
Наташа отвела руки от лица, провела ими по траве, ещё покрытой незримой пылью.
Дуновение ветра стерло последние надежды.
Плотно закрытые глаза жгло, руки дрожали, и вот с губ сорвался вздох, за которым последовал глухой хрип и сиплый, полный боли крик.
Деревья шевельнулись в такт её боли.
Всё было как в тумане. Она не видела лиц, не запоминала слов - и не слышала их. Единственное, на чём остановился взгляд, - экран, где на повторе показывали тех, кого не стало.
Держать лицо было тяжело. Но тяжело было всем.
Взяв в руки телефон, она задержалась на кнопке вызова - и отложила его.
«Нет. Не сейчас.»
Жить в их доме стало невозможно. Как и смотреть в зеркало.
Отголоски ведьмы витали в воздухе, растворившись, она осталась с Нат.
Но её здесь нет. Нет больше их. Нет дома.
Собрав вещи, Наташа уехала в квартиру, закрыла дверь на ключ и оставила его под горшком с красными азалиями. На случай... если она вернётся.
Но даже так Ванда не покинула её.
Наташа слышала её смех, тихие, словно мелодия, слова любви.
Видела её во сне. Обнимала, не отпуская. Но Ванда всё равно уходила.
Она видела страдания Ванды, но не могла помочь.
С тех пор её снова мучили кошмары.
Она лишилась всего, что их связывало. Сама оборвала нить.
Но руки так и не поднялись на её огненные волосы. Это должна была стать последняя точка. Так решила Наташа.
И всё же поставила её.
Краска стала спасением. Единственным способом скрыться от образа той, кого любила.
Стоя в магазине, она сжимала тюбик с осветлителем.
Белые волосы напоминали ещё об одной потере.
Елена. Только обретённая сестра тоже исчезла.
Наташа потеряла всё.
Даже свои золотые волосы, перекрасившись в траурный чёрный.