14
/внимание, в данной главе присутствует долгая сцена секса между двумя людьми мужского пола. Если вы вдруг имеете что-то против, то просьба, не читать). А для тех, кто ничего против не имеет, удачного прочтения!❤️/
-Блять, - тихо ругнулся он, шаря руками по карманам и не находя ключей, - Ну зашибись, что!
Он вздохнул и неуверенно, сначала тихо постучал в дверь. Затем громче. Затем ещё громче.
За дверью послышались шаги. Рома заглянул в глазок, зевая и щурясь. Да, первым делом перед тем, как идти проверять кто там, он сбегал и глянул, нет ли Юлика.
Ну не любил он общаться с людьми. К тому же, если бы это был кто-то из знакомых, то он очень бы удивился, узнав, что Юлик живёт в одной квартире с парнем. Другом всё же, но парнем же.
Увидев же, что Онешко на месте нет, он направился открывать, твёрдо уверенный, что пришедший - это он. Ну, а какой нормальный человек решит завалиться в квартиру к другу или родственнику в четыре утра?
Увидев и осознав, в каком состоянии находится Юлик, он испуганно распахнул дверь. Как раз в тот момент, когда Онешко дотронулся до синяка на животе и закашлялся.
Ну вот, могло показаться, как будто он вообще умирает.
Юлик попытался зайти в квартиру, но получилось лишь не особо грациозно переступить через порог, держась за стену.
-Что случилось? - испуганно спросил парень, осматривая друга с ног до головы.
-Попиздился с хейтерами,- поморщился тот, - Если не веришь, можешь чекнуть.
Он достал из кармана телефон, протягивая его Роме. Но парень лишь отрицательно покачал головой, отодвигая руку с телефоном.
-Верю, - сказал он, - Сейчас не до этого. Нужно обработать раны. Хотя бы видимые.
-Да брось, само заживёт,- махнул рукой Онешко, невольно морщась от боли, последующей за этим самонадеянным движением, - Блять…
-Это не обсуждается, - кажется, Юлик никогда не видел Рому более серьёзным, чем сейчас.
-Ладно, я сам справлюсь, - он разулся и вновь поморщился от боли.
-Иди в ванную или на кухню, - произнёс Фильченков, - Я принесу перекись и пластыри. И ещё что-нибудь заживляющее. Где у тебя тут лекарства?
Он кивнул, получив указания, и направился на поиски. Юлий же в то время похромал к ванной. Зайдя в комнату и прикинув то да сё, путём несложных мыслительных цепочек - а на другие он в тот момент не был способен - понял, что там негде было сесть. Либо прямо на пол, либо на бортик ванны, но ни то, ни другое не было очень уж удобно. Поэтому он направился на кухню. Всё же, её тоже довольно легко убрать от крови и перекиси.
Как только он рухнул на стул, тихо шипя от боли, отдавшейся во всём теле, подоспел Рома.
-Сиди и не шевелись, - приказал он. Онешко лишь усмехнулся и бросил что-то вроде: «Слушаюсь и повинуюсь, мой господин», - но от большого беспокойства за Юлика и даже некоего страха Фильченков не услышал этой шутки. И, наверное, к лучшему.
Вскоре раны на лице были благополучно обработаны.
-Худи снимай, - приказал Рома.
-Вот оно как, - насмешливо хмыкнул Юлик, - А я-то был практически уверен, что ты натурал… - получив за свою несерьёзность осуждающий взгляд от парня, он послушно снял элемент одежды, оставаясь перед парнем именно в таком виде.
-Пиздец… - выдохнул Рома. Непонятно, от того, сколь в прекрасном, по его мнению, состоянии находилось тело Юлика, или от того, как много на нём было новых синяков и ран, перемешанных со старыми шрамами от прошлых драк.
Не сказать, чтобы Юлик был качком, но он держал своё тело в определённо хорошем состоянии.
Отойдя от этих мыслей, Рома спохватился и заметил, что Онешко пристально на него смотрит.
-Вот думаю, с чего тут начать, - попытался оправдаться он, смущённо отводя взгляд и вновь беря флакон с перекисью, - Хорошо хоть зашивать ничего не надо, а то пришлось бы в больницу ехать. Сам я с таким не умею справляться.
Непонятно, зачем он это вообще ляпнул. От смущения ли, или, может быть, просто чтобы поддержать разговор.
Рома вдруг заметил, что от Юлика несёт алкоголем.
-Ты пил? - поджав губы спросил он, поливая раны на груди Онешко перекисью, наблюдая за тем, как сокращаются мышцы от прикосновения к коже холодной перекиси.
Не то, чтобы знать ответ на этот вопрос было очень уж важно, но тишина и молчание давили на рассудок, заставляя гадать, о чём же думает Юлик в ту секунду.
-Немного, - признался Юлий, - три стакана виски, и то, неполных.
Несмотря на выпитый алкоголь, сознание вполне трезво воспринимало всё происходящее. И довольно чётко понимало, что творится с Ромой. Если только это не заблуждение, конечно. Тем не менее, разум никак не мог признать, что это нечто целиком и полностью взаимно.
-Чёрт, неудобно, - ругнулся Фильченков, пытаясь встать так, чтобы было наиболее удобно обрабатывать раны на торсе Юлика.
По итогу, он встал так, что колени Юлика оказались между его ногами, да и вообще, совсем немного, и Фильченков бы совсем сел на колени Онешко. При этом он был так сосредоточен, что, казалось, даже не заметил своей позы. А если бы заметил, то непременно бы смутился и, возможно, даже покраснел.
-Ой, да брось, - хмыкнул Онешко. Он положил руки на его бёдра и слегка потянул на себя. По итогу, Рома еле успел схватиться за его плечи, чтобы не упасть от неожиданности. А ещё он пролил на себя немного перекиси.
-Кхм… - он всё же покраснел, надеясь, что Юлик этого не увидит, - Ладно. Так, действительно удобнее.
Он принялся обрабатывать оставшиеся раны, и вскоре дело было закончено. Дальше в ход пошла заживляющая мазь.
Онешко прикрыл глаза, когда Рома принялся её наносить мягкими и осторожными движениями. На этот раз, сначала он начал с торса и поднимался всё выше. Некоторые особо большие раны он заклеивал пластырями, ну, а маленькие и синяки оставлял, по просьбе Юлика.
Вскоре всё было закончено, но как только Рома нехотя начал вставать, Юлик положил руки на его талию, не давая ему этого сделать. Фильченков недоумённо посмотрел на него, нахмурившись.
-В чём дело? —спросил он.
-Это мне стоит спросить у тебя в чём дело, - хмыкнул Онешко, на удивление нежно проводя рукой по слишком тонкой для парня талии Ромы.
-Ч-что? - заикаясь спросил парень. Мысли путались, а сердце бешено колотилось.
-Брось, - закатил глаза Онешко, - Я же вижу. Все эти взгляды, задумчивость, шутки… Это же неспроста, да? - спросил он.
-Если судить по твоей логике, то про твои шутки я должен спросить то же самое, - попытался перевести тему Фильченков.
-Так спроси, - предложил Юлик, пристально глядя на Рому.
-Все эти твои шутки… - он не договорил. Точнее, ему не дали.
Рома никогда не целовался с парнями. И Юлик никогда не целовался с парнями. Но сейчас это было невозможно понять. Но в следующую секунду после оборванной фразы они уже нежно, но горячо целовались.
Юлик провёл языком по верхней кромке зубов парня, спускаясь и прикасаясь к его языку своим, при этом не без наслаждения замечая то, как Фильченков смутился.
Тем не менее, Рома даже не стал сопротивляться поцелую. Наоборот, он даже осторожно положил руку на щёку Юлика, нежно оглаживая скулу и стараясь при этом не задеть никаких царапин и синяков, дабы не делать ему больно. А затем прикрыл глаза, просто наслаждаясь поцелуем. Пусть и настойчивым и довольно жёстким, но нежным и чувственным.
Конечно, он считал, что виной такому... Открытому, раскрепощённому… И, прямо сказать, неожиданному поведению Юлика лишь алкоголь, но всё же… Происходящего это не меняет. А там… Будь что будет.
Рука Юлика забралась под его домашнюю футболку, ощущая мурашки, пробегающиеся по телу от его прикосновений. Фильченков тихо простонал в поцелуй, когда Онешко провёл по его коже ногтями, слегка поцарапывая.
Рома выгнулся в спине, прижимаясь за счёт этого к Юлику, вся прежняя усталость и слабость которого куда-то ушли.
Онешко, разрывая поцелуй лишь для того, чтобы подышать, опустил руки на ягодицы Ромы и поднял парня на руки. Тот сразу обвил его торс ногами, таким образом держась на весу и прижимаясь к Юлику ещё сильнее.
Честное слово, со стороны увидишь, не поверишь, что до этого самого момента оба были уверены практически на все сто процентов, что каждый из них определённо натурал.
Уже через пару минут они оказались в спальне Юлика. Рома оказался довольно бесцеремонно кинутым на кровать, а сам Онешко навис над ним сверху, принимаясь целовать его шею.
-Юлик… - кусая губу, чтобы не стонать, вдруг произнёс Рома, - Юлик! - повторил он, когда на первый раз Онешко не отреагировал.
-Да что? - рыкнул тот, нехотя отрываясь от нежной кожи шеи Ромы.
-Я не хочу, чтобы ты жалел о том, что собираешься сделать сейчас, когда протрезвеешь, - неловко произнёс парень, смущённо и как-то грустно отводя взгляд, - И… Наверное, мне лучше пожить где-нибудь в другом месте. Не хочу ломать тебе репутацию и нагонять дополнительный хейт, - Рома провёл рукой по щеке Онешко, едва касаясь ран кончиками пальцев, слегка шершавыми от постоянных нажатий на клавиши, - Тебе и так его хватает, - он грустно улыбнулся.
-Рома, - Юлик взглянул ему в глаза, - Я совершенно трезв. И мне плевать на репутацию, плевать на хейт, плевать. Я только недавно тебя нашёл, и теперь никуда не отпущу.
Парень смущённо улыбнулся, всё же сделав выбор. Он вновь притянул Юлика к себе, затягивая его в жадный и горячий, но всё ещё довольно неловкий и смущённый поцелуй. А ещё пару секунд спустя его футболка уже летела куда-то в сторону, совершенно ненужная.
Естественно, Фильченков боялся. Потому что не знал, насколько будет больно, и как вообще и что вообще будет. Но, тем не менее, ему было сейчас не до этих размышлений. Слишком уж приятно Юлик целовал шею и ключицы, то и дело оставляя засосы и отмечая, что Рома теперь целиком и полностью его собственность. Чуть… А может быть, и не чуть, но определённо позже Фильченков будет злиться на него за эти засосы. Но, опять же, недолго и не очень сильно.
Кто из них окажется активом, а кто пассивом было очень просто понять. Да даже по характерам. Просто сравнить их: весёлый и порой агрессивный Онешко и робкий, тихий, милый Рома. Да тут даже думать нечего. И вот сейчас этот самый тихий и робкий Рома совсем не тихо и не робко стонал лишь от поцелуев и прикосновений Юлика. А уж что будет, когда дело дойдёт до основной части?..
Онешко расстегнул джинсы, стягивая их с заметно смутившегося в тот момент, но всё же так и не начинающего сопротивляться парня. Затем скользнул рукой по внутренней стороне его бёдер, заставляя невольно раздвинуть ноги пошире.
-Не зря порнуху гейскую смотрел, - слегка охрипшим и севшим от возбуждения голосом произнёс Юлик, размашисто проводя языком по шее парня, нежно покусывая после этого его кадык.
А Фильченков тем временем ёрзал на матрасе, не зная, куда себя деть и совершенно в душе не понимая, что ему делать. Но тут вспомнился какой-то фанатский фанфик, который он когда-то читал для видео.
Просто потому что это довольно популярная тема, и видео подобного типа нравится относительно большой аудитории.
Во-первых, Рома приподнялся на локтях и выгнул спину, практически как профессиональная шлюха. Во-вторых, стал стараться стонать поменьше, дабы позлить Юлика сильнее. А сейчас ему хотелось именно разозлить его. Ну, и ещё просто хотелось его.
Действия Ромы действительно заставили Онешко немного разозлиться. Он совершенно не понимал, что вообще он делает не так, если Рома перестал так явно показывать своё наслаждение.
-Я буду жёстким, если не будешь стонать, - рыкнул Онешко, кусая кожу на шее Ромы. Тот тихо заскулил от неожиданности.
-В той порнухе, которая была у тебя открыта, жёсткости не было, - насмешливо произнёс парень, - Ты не знаешь, что делать, чтобы было жёстко.
-А с чего ты взял, что я смотрел только одно видео? - так же насмешливо хмыкнул Юлик, - А даже если и так, то что-нибудь сымпровизирую.
Так как смазки в его доме не водилось, во всяком случае, до этого дня, то Онешко решил воспользоваться подручными средствами. Одним словом, в следующую секунду Рома уже старательно смачивал его пальцы слюной, всё ещё нетерпеливо ёрзая на матрасе. Всё же, смазка в виде слюны всё же лучше, чем вообще никакой. А знал что делать он лишь потому, что-то порно он, всё-таки, тоже посмотрел. Мельком, правда, и то лишь ради общего развития, даже не надеясь, что эти знания могут пригодиться ему, особенно так скоро.
Свободной рукой Юлик придерживал его за таз, то и дело сжимая пальцы на довольно-таки острой и явно выпирающей подвздошной кости, дабы удерживать парня на одном месте. В эти моменты он ловил лишь томные выдохи, от которых становилось ещё жарче.
-Я ебусь с парнем в первый раз, так что если что будет не так, то уж прости, - произнёс Юлик, убирая пальцы ото рта явно недовольного этим действием Ромы и устраиваясь между его ног поудобнее.
-Я тоже, если что, - хмыкнул Фильченков, разводя ноги пошире.
- Да подожди ещё, - прохрипел Онешко, одной рукой стягивая с парня боксёры. И в тот момент, кажется, Рома засмущался так, как не смущался никогда в жизни. Или, во всяком случае, смущался очень и очень редко.
Юлик, окинув теперь уже освсем оголённое тело парня, довольно хмыкнул, особенно при виде того, как тот всё же неловко пытается прикрыть себя собой же. Рома держал себя в вполне себе неплохой физической форме. Затем всё же Онешко нежно поцеловал его в покрасневшую от смущения щёку.
-Нечего смущаться, - прошептал он на ухо парню, - Кажется, нам уже почти некуда быть ближе, чем сейчас.
-Давай поменьше этих всяких речей? - смущённо улыбнулся Фильченков, всё же решаясь и поднимая взгляд на Юлика. И в ту же секунду он громко простонал, резко закусывая губу.
Практически сразу после первого Юлик ввёл и второй палец, на время останавливаясь, дабы дать Роме привыкнуть к ощущениям. Он поморщился, глядя на то, как парень кусает себя за руку, стараясь заглушить боль. Поэтому он потянулся к его губам, нежно и успокаивающе целуя.
Пару минут спустя, Рома сделал движение навстречу его пальцам, насаживаясь самостоятельно и невольно простанывая от этого действия. На самом деле, боль постепенно уходила, оставляя место приятным ощущениям. Пусть, опять же, неимоверно смущающим.
Приняв это действие как сигнал, Онешко начал двигать пальцами, постепенно растягивая парня изнутри.
-Блять, - не выдержав простонал Рома, невольно выгибая спину и откидывая голову назад, открывая шею, покрытую начинающими темнеть засосами.
-Снова довёл тебя до мата, - довольно ухмыльнулся Юлик, за что тут же получил презрительный взгляд от Ромы, пусть и определённо смягчённый его длинными и пушистыми ресницами.
Юлик довольно резко и без предупреждения протолкнул и третий палец, из-за чего Фильченков тихо проскулил. Непонятно, от боли или от наслаждения, но Онешко, не желая причинять ему сильной боли, на время остановился, вновь давая привыкнуть.
-Да не тяни ты, - рыкнул Рома.
Он довольно долго провозился с пряжкой ремня Юлика, затем расстегнул ширинку, стягивая с него джинсы. А после в нерешительности замер, словно неуверенный, что это всё не простая шутка и не развод. Но Онешко решил, что он слишком уж медлит, несмотря на свои же слова.
Юлик сбросил джинсы куда-то на пол, а затем и стянул боксёры, в отличие от Ромы, почему-то, совершенно не смущаясь. Затем резко вошёл в него. Рассудок, затуманенный возбуждением, не напомнил, что он не до конца подготовил парня к этому.
Фильченков довольно громко вскрикнул, кусая себя за пальцы руки в попытках заглушить боль и сразу же сильно сжимаясь на члене Юлика. Тот тихо простонал от наслаждения. Кто бы мог подумать, что трахаться с парнем может быть так приятно?
Пару десятков секунд спустя, когда боль ушла, Рома вновь сделал неуверенное движение навстречу Юлику, всё же начиная кусать вместо собственной руки свою же губу.
В один момент на его нижной губе даже выступила алая бусинка крови, отчаянно стремясь скатиться по подбородку. Онешко тут же её слизнул, одновременно с этим делая пробный толчок, сопровождаемый громким стоном парня.
Онешко сделал ещё пару движений, пристально глядя за изменением эмоций на лице Ромы. Но всё его существо показывало, что несмотря на всё ещё оставшуюся боль, ему сейчас невъебенно хорошо. Это можно было понять ещё по тому, как Фильченков обхватил его торс ногами, прижимаясь к Юлику ближе.
Придумав кое-что, Онешко хмыкнул, переворачиваясь, ложась на кровать и усаживая парня сверху на себя.
-Я устал, - насмешливо произнёс он, пристально глядя на Фильченкова, - Твоя очередь.
Всё развратное сознание Юлика просто жаждало посмотреть на то, как этот милый парень, раскрасневшийся уже не от смущения, а от стонов и возбуждения, будет двигаться самостоятельно. Приподниматься и насаживаться. Сначала немного, а потом до основания.
От этих мыслей и картинок он невольно простонал, откидывая голову и прикрывая глаза. Но каково же было его удивление, когда через пару секунд он получил не совсем то, что ожидал. Точнее, совсем не то.
Рома, спустившись немного пониже, на самом деле, совершенно неумело провёл языком по всей длине его члена, с наслаждением ловя очередной шумный вдох и выдох со стороны Юлика. Вот он-то откровенно скупился на проявление эмоций.
Парень обвёл языком головку по кругу, а затем попытался как можно глубже заглотить.
Как бы хорош Рома не был в компьютерных играх и гейских шутках, но минетам ему пока только предстояло научиться. Если, конечно, не случится ничего. Проморгавшись от слёз, откашлявшись и отдышавшись, он попробовал ещё раз.
Пусть Юлику и приносило какое-то определённое садистское удовольствие наблюдать за его попытками и осознавать то, что он всё же первый, но возбуждение уже отдавалось болью. Так что он подтянул Рому к себе.
-Давай ты попрактикуешься потом, ладно? - на удивление мягко предложил он, оглаживая большим пальцем острую скулу Ромы. Дождавшись согласного кивка со стороны парня, он усмехнулся.
А ещё он воспринял это как ответ на вопрос: «Повторится ли происходящее ещё когда-нибудь».
Онешко простонал в унисон с Ромой, когда тот опустился на его член, насаживаясь до основания.
-Блять, - шумно выдохнул Юлик, сжимая пальцы на бёдрах парня и помогая ему двигаться.
Но вскоре такое положение тоже ему надоело, так что Рома вскоре снова оказался под Юликом, что, несомненно, очень нравилось обоим. Ай-яй-яй, какой же всё-таки похотливый чертёнок сидит в глубине Роминой души.
Юлик вновь вошёл, начиная сразу же ускорять темп движения. В прямой пропорциональности к мере ускорения толчков нарастала и громкость стонов Фильченкова.
По итогу, когда Онешко пару раз прошёлся по его простате, заставляя словно бы слабый разряд электрического тока пройти через всё тело Ромы, тот снова начал кусать себя за пальцы, стараясь быть как можно тише. Всё-таки, соседи могут не так их понять… Хотя, что тут, чёрт побери, можно не так понять?! Что Онешко заказал проститутку с голосом, похожим на мужской?! Пусть и всё равно, прямо сказать, не совсем.
По итогу, ещё пару толчков спустя парень кончил, окончательно переставая контролировать себя и громко и с наслаждением выстанывая имя Юлика. Тот лишь довольно ухмыльнулся, делая ещё пару толчков и тоже кончая после этого.
Онешко откинулся на кровать, тяжело дыша и притягивая Фильченкова к себе. Он уткнулся носом в шею парня, поглаживая рукой его торс. Тот лишь улыбнулся, прикрывая глаза.
-Который час? - спросил Рома через пару минут, когда они оба отдышавшись и немного пришли в себя.
Он лежал, прижимаясь спиной к груди Юлика. Было слишком хорошо, чтобы поворачиваться, целовать его, да и вообще шевелиться.
В ответ на вопрос Ромы Юлик лишь пожал плечами.
-Часов пять утра, наверное, - произнёс он.
-Тогда я спать, - зевнул Фильченков. Будто бы это его остановило, если бы часы показывали, скажем, два часа дня.
-Сладких снов, - хмыкнул Юлик, нежно целуя Фильченкова в шею и с нескрываемым удовольствием замечая то, как от этого поцелуя по коже парня прошлась волна мурашек.
Когда Рома заснул, он взял телефон и полез в Инстаграм. И, чёрт побери, сколько же было реакций на его историю про звёзды… Он даже боялся представить, что увидит там Рома, когда зайдёт. Если ещё не видел, конечно. И в основном, как ни странно, были сообщения типа: «Даю сотку, они ебутся» или «У кого-то щас будет $ek$$» и так далее.
И, наверное, именно поэтому он решил снять ещё одно видео, но пока его не выкладывать. Онешко включил фронтальную камеру, а затем переключил на видеосъёмку.
-Моя цаца, - прошептал он, дабы не разбудить парня, мирно спящего на животе - голову он, на удачу, повернул к камере - и обнимающего подушку, - Если кто тронет - уебу только так, - И для подтверждения снова поцеловал его в шею, при этом насмешливо поглядывая в камеру.
Затем он закончил видео, сохраняя его в галерею. Опубликовать всегда успеет, если захочет. А пока Онешко решил поспать, раз уж есть время. Всё-таки, за то утро, день, вечер и ночь он неплохо так устал.