цена одного брата

Внимание!!! Во всей данной главе идёт сцена сексуального характера (+18)!!! Кому не приятен данный контент - пролистывайте либо на следующую главу (если она есть), либо не читайте содержимое этой главы!!!! Всем спасибо.

Неизвестно сколько прошло минут с нашего поцелуя, но приятные покалывания губ и момент насыщения не позволял нам обоим прекратить это.

В какой-то момент Вадим встал и подхватил меня на руки, заставляя мои ноги обвить его бедра, лишь бы не упасть, лишь бы не разрывать контакт с его влажными и любимыми губами. Мгновение холода, и губы Желтухина снова покрыли мои.

Мужчина на ощупь выключил свет, вернулся к кровати, которую освещали лучи холодной, ночной луны. Его руки аккуратно положили меня, заставляя утонуть в мягком пледе мое тело, а затем и сам облокотился на свои руки, лишь для того, чтобы продолжить целовать меня. Уже не так нежно, словно боясь спугнуть, а жадно, собственнически, желая показать, что его мир сомкнулся на мне.

Моменты, когда мы отрывались, я чувствовала на себе тяжёлое дыхание, словно оно оставляло ожоги, вымещая внутренний пожар лишь воздухом. В такие моменты узел моих грешных желаний затягивался куда сильнее, отрицал незрелость, боясь, что сейчас все закончится. Я бросала взгляд на губы Вадима, приподнималась и вновь втягивала в этот водоворот чрезмерной любви и ласки. Он накатывал нас с головой, проверяя, выжидая, когда же мы с ним сорвемся и окончательно выключим мозги, отдаваясь моменту. И пусть весь мир горит. Жар его тела не давал мёрзнуть, создавая купол тепла над моим силуэтом, слишком жарко, слишком ярко.

Дистанция между нами таяла с каждой секундой. Мои руки обвивали его шею, постепенно переходя к волосам, сжимали их, заставляя его слегка прикусывать мою нижнюю губу, я едва дергалась, но затем спина сама по себе выгибалась навстречу его телу, а Вадим как можно ниже прижимал меня, заставляя наши животы соприкасаться. Мои пальцы очерчивали контур его скул, челюсти, игриво вновь переходили к шее, а затем проделали путь к низу живота. Ненавязчиво, едва касаясь, но когда поползли вновь, слегка царапая коготками пресс, парень перехватил мои руки, поднял над головой, а затем отстранился.

Губы стали до боли холодными и одинокими, а взгляд Жёлтого - серьезным.

Жёлтый: геля, прошу, не заставляй меня делать тебе больно. Я не хочу, чтобы из-за моего взрослого организма ты подставляла себя без желания во вред.- его рваное дыхание, хриплый голос, но до жути серьезный взор заставил меня почувствовать ещё больший узел внизу живота.

Геля: нет, Вадим, я хочу этого, пожалуйста...- я приподнялась вслед за ним, сокращая расстояние, заставляя себя перейти на шепот.- прошу, Вадим...

Жёлтый: ты понимаешь, что тебе будет больно и изначально неприятно?- я закивала, смотря на него с надеждой.- пойми, красавица, я не хочу, чтобы тебе было плохо, чтобы ты что-то делала только ради меня и моих побуждений.- его руки взяли меня за щеки. Взгляд, что насколько мгновений назад был накрыт пеленой тумана - обрёл осознанность.

Геля: Вадим, я хочу тебя, мы жених и невеста, мы имеем право.- больше слов не понадобилось.

Мужчина накрыл меня новой волной ласки, сжимая талию до приятного стона, что прозвучал в его губы. Он начал действовать решительно, но выборочно, словно старался не сделать лишнего. Вадим стянул с меня футболку, которая была единственной защитой моего тела, но именно сейчас, сквозь смущение, я хотела этого взгляда. Он проходился по каждой линии моего тела, очерчивая ее сначала глазами, а затем кончиками пальцев, вызывая мурашки.

Жёлтый: ты прекрасна...- его голос, словно свеча в темноте, зажёг новое пламя страсти.

Его рука ненавязчиво смяла грудь, и я хрипло простонала, выгибаясь в спине. Он раздвинул мои ноги, не позволяя им сомкнутся, сел между ними, подтянул к себе и моя внутренняя сторона бедер ударилась о твердое желание мужчины. Сквозь трусы и шорты мне удалось почувствовать пульсацию, но Желтый не спешил сдергивать белье. Горячие губы стали целовать шею, прикусывая кожу, заставляя стонать непонятно от чего, от боли или же от удовольствия, а затем целовал это место, переходя дальше. Добравшись до груди его язык прошёлся по моим соскам, обводя их контур, целуя, заставляя их твердеть до невозможности больше. Дальше живот, на котором он вырисовывал узоры то пальцами, то губами. Он дошел до низа, и остановился, наблюдая за моей реакцией.

Я набирала воздух в лёгкие через рот, щеки горели от смущения, а пальцы сжимали мягкий плед. Я прикусывала губу, хотелось чтобы он прекращал издаваться, но Вадим лишь нарочито смотрел мне в глаза, имея полную власть над уязвимой и жаждущей невесты. Его грубые пальцы осторожно прошлись по половым губам, почти невесомо, но этого хватило, чтобы я выгнулась, сильнее сжала покрывало и простонала о своих мыслях.

Жёлтый: милая, если ты так стонешь от обычного прикосновения, то я боюсь, что будет дальше.- насмехнулся он, тут же возвращаясь к моему лицу.- не переживай, красавица, ты можешь стонать так, как хочешь, и перестань думать о том, что подумают другие, главное сейчас, что чувствуешь ты. Я хочу тебя слышать.- и Жёлтый вновь коснулся, наполняя этим касанием подтверждение своих слов.

Я вновь не смогла сдержать свой голос, который максимально затыкала весь момент этого времени. Мне больше не хотелось молчать, а лишь знать и помнить, что все хорошо.

Вадим медленно снимал последние куски ткани с моих ног, словно ждал, что я остановлю его, скажу, что мы поспешили и натяну вещи обратно, но я молчала, в ожидании прикусывая губу, но все же из моих губ вырвались слова быстрее, чем я успела подумать.

Геля: Вадим, прошу....- парень замер, его губы расползались в улыбке, а огонь в глазах стал пожаром.

Жёлтый: что такое, моя птичка?- из моих губ вырвался напряженный выдох, а мысли пытались вложиться в предложение, но были слишком увлечены ощущениями.

Геля: умоляю, любимый...- голос был жалобным, спина выгибалась навстречу к нему, хоть это была и жалкая пытка в нашем данном расстояние. Затылок вжимался в подушку, пальцы сминали одеяло.- не мучай меня. Пожалуйста..- полос дрогнул в стоне, но Вадим и не думал ускорять темп. Он лишь усмехнулся, продолжая сладостный деяния.

Наконец-то сняв несчастное кружево, он отбросил их в сторону, и этого секундного отвлечения хватило мне привстать, и развязать шнурок на его шортах. Движения были резкими, нервными, и он понимал, что с каждой минутой ожидания становится более мучительным. Когда мужчина остался в одном собственном нижнем белье, то улыбнулся, соглашаясь с моей маленькой победой ускорить процесс и с его послушанием.

Отбросив ненужную вещь куда-то вдаль комнаты, я посмотрела в его глаза. Мое тело сковывало стеснение, не позволяло взять все в свои руки и стать доминатором этого секса. Секунда и Вадим уложил меня на живот, подталкивая мои ноги под мое тело. Желтухин навис сверху, целуя изящно выгнутую во внутрь спину. Пальцы его руки коснулись заветного места, которое было влажным, не менее возбуждённым, чем его хозяйка. Пальцы ловко массировали клитр, вызывая тем самым стоны, заставляя Ангелину хвататься за наволочку подушки. Поцелуи образовывали мурашки на теле.

Парень почти проникал пальцами в женское влагалище, но почти сразу же убирал их, продолжая выводить круги, вызывая не только стоны возбуждения, но и жалости, его пальцы были так близко,того вновь ушли от того, чего требовала девушка. Не выдержав порыва, который вытворял с ней Вадим, Тилькина перевернулась на спину, а затем одним резким движением, чтобы не передумать, с укором посмотрела в глаза любимого.

Жёлтый: ты точно уверена?- Вадим ожидал этот кивок, а как только получил его, перестал действовать медленно, словно сам больше не мог выдержать соблазна.

Взяв все в свои сильные руки, он уложил долгожданное сокровище, стянул последнюю вещь на его теле, и быстро устроился между ног Тилькиной. Девушка глубоко вздохнула, словно сейчас ей перекроют доступ к кислороду, наполняя его тем, о чем она желала, что было грехом ее сознания. Вадим не отводил взгляда с лица своей спутницы, видя ее реакцию в свете луны, не желая причинять боль. Как только член слегка проник внутрь ее тела, девушка почувствовала, как надрываются ткани, как пустоту заполняет изначально боль, а затем соблазн. Пульсация Вадима передалась в нее, заглушалась внутри ее маленького и такого, на первый взгляд, хрупкого тела. Зрачки Желтухина расширялись, получая не меньше удовольствие, но при этом он контролировал все, считывал эмоции, жесты, взгляды, словно успел выучить каждый. Геля рвано выдохнула, захрипела, и он остановился, ожидая. Пальцы, которые слишком сильно сжимали покрывало, стали отпускать, переставая чувствовать напряжение и боль. Он без слов продвинулся так же медленно дальше.

Дойдя до упора, они оба выдохнули. Наполнили друг друга, слились, словно волны совершенно разных океанов. Первый толчок - стон, громкий, все ещё в перемешку с болью, но с каждым новым погружением становилось легче, а стонать приходилось от постепенно нарастающего темпа и удовольствия. Вадим двигался умело, легко, слегка хрипя голосом от удовольствия. Его ладони сжимали ягодицы, постоянно подталкивая любимую в темп с ним. Никто не обращал внимание на кровь, что намочила светлое покрывало и, возможно, прокралась дальше, на постельное белье. Отзывались не только их голоса, но и тела, желая лишь наполнить друг друга этими яркими красками в столь хмурое и тяжёлое время. Оба и забыли о той пытке в начале, отдаваясь жару друг друга полностью.

Пик наступил достаточно быстро. Ангелина выгнулась в спине, вспыхнула, допытывая плед на максимальную прочность. Вытащив половой орган, Вадим почувствовал холод, а Геля - внезапную пустоту. Но оба улыбались, смущённо, наконец вспышка страсти начала угасать, а не брать контроль над эмоциями. Вместе с организмом они оба выпустили всю напряжённость и тягу этого дня.

Желтухин подхватил невесту на руки, неся ее в ванную комнату. Придерживая ее, он включил воду. Теплые капли смешались с горячими телами, постепенно приводя их состояния в норму.

Жёлтый: стоять можешь?- обеспокоенно оглядывая спутницу, он ожидал услышать ее вновь, как пару минут назад слышал стоны, которые понимал без слов.

Геля: да, вроде...- неловко отпустив руку, что поддерживала ее все это время, она посмотрела в его глаза.

Жёлтый: хорошо, подожди немного.- оставив Тилькину греться под душем, через пару минут он вернулся в трусах, с полотенцем бельем в руке.

Когда Ангелина надела новое белье, парень укутал ее в огромное, белое полотенце, словно маленького ребенка, подхватил на руки, относя обратно в спальню.
Кровать уже была разобрана, а раскиданных вещей и кровавого пледа словно и не было. Вадим помог вытереть вглагу с тела и ног дамы, а затем осторожно закутал большим, воздушным и теплым одеялом.

Дождавшись, когда парень ляжет, дева прильнула к нему, скрытая от его глаз одеялом, но доступная для его рук.

Жёлтый: как ты?- хриплым, обеспокоенным голосом интересовался мужчина.

Геля: со мной все хорошо. А ты как?- она не видела, но знала, что Желтухин улыбается, но все таки дождалась его слов.

Жёлтый: это было потрясающе, спасибо тебе.- его губы коснулись макушки, нежно, но этот жест подействовал как снотворное, убирая лишние мысли, оставляя лишь пустоту и желание сна.