глава 32.
Турбо: а у тебя там как? С Вадимом.- выбрасывая окурок, мои глаза метнулись к ангельскому облику.
Девушка надменно начала улыбаться, отводя взгляд, на щеках блеснул румянец. Мои брови свелись к переносице, а затем она протянула руку. Яркий, маленький, элегантный камушек блестел на безымянном пальце, а я забыл как дышать. Шершавые пальцы коснулись ее руки, приближая, только сейчас до меня дошло, что он заберёт её. Моя Ангелина Тилькина сменит фамилию на «Желтухина», а не Туркина...
Турбо: поздравляю, ангел.- из последних сил мои губы выдавили улыбку.
Геля: я очень рада, что между нами разрешились все конфликты и мы можем общаться как друзья.- на ее щеках появились ямочки, а голубые глаза смотрели с таким добром, что сердце буйно сжалось.
Турбо: да, конечно, это все было глупостью.- выдавил мой голос, а зелёный лес посмотрел на закат.
Это все. Если я что-то не придумаю, то будет очень плохо, совсем ужасно. Я не прощу себе ничего из содеянного, это же полная глупость! Неужели в ее сердце больше нет для меня места? Ее просто выкрали из под моего носа! Суки.
Геля: что с тобой?- вывел меня нежный голос из мыслей.
Турбо: пошли, прохладно становится.- ее голубые глазки прищурились, словно ища во мне подвох, но силуэт Тилькиной все же вернулся в подвал.
Как только мы зашли эта девичья четвёрка оккупировала комнату старших, говоря о том, что у них есть куча сплетен и бутылка вина. Ну конечно же, это ведь девочки, разве им можно отказать или противостоять? Тем более, они стали частью универсамовских, поэтому им было позволено многое.
Турбо: ладно, пацаны, я домой погнал, если что - на связи.- пожав руку паре человек, я покинул родные стены.
Дома опять пустота, в которую я и хочу погрузиться. Лилю я выгнал давно, мать умерла ещё в детстве, а отец спился, поэтому переживать мне не о чем.
По дороге я думал о том, как бы наполнилась хата при существование Ангелины в ней, появиться свет и уют, прямо как у них с Мишей дома. Решено, нужно будет напасть на этого придурка Желтухина, не убить, но напугать до смерти. Поэтому мой ход ускорился вдвое, в желание выследить его и забрать оружие из квартиры. У него нет ствола, последний он отдал Ангелине, так что проще будет вдвое, а то и втрое.
Забежав я стал рыться. Вдруг пришла мысль: жёлтого сломать намного тяжелее, нужно действовать через Тилькину, будет проще. Взяв кастет и огнестрельное, я стал ждать, неизвестно ведь, когда она вернётся домой.
Выпив чай, мое тело ринулось сначало в качалку, чтобв проверить наличие Ералаша там и отсутствие ангела, если я буду давить при Мише, то ничего не получится. Тяжёлая дверь открылась, и я зашёл во внутрь, к плюсу нужно было забрать сигареты.
Вова: о, чё вернулся?- заприметив мою мятую пачку на полке, я оглянулся на зал.
Турбо: курилки свои забыл. А чё, Тилькины опять в Москву рванули?- со смехом сказал мой голос.
Вова: да не, Ералаш за пивом с водкой побежал, а Гелю по дороге домой провёл.- мои брови вскинулись в понимании.- может останешься? С нами выпьешь, за приезд Тилькиных.- губы автора зажал тоненькую трубочку меж губ.
Турбо: да не, пацаны, я домой, спать хочу че то.- соврал я, и теперь начал покидать качалку вновь.
Тилькин как раз подходил с большим, черным пакетом. Отлично, значит времени у меня вагон и маленькая тележка. Чтобы никто и ничего не заподозрил мой силуэт сначала пошел в сторону собственного дома, там есть тропинка, ведущая прямо к дому возлюбленной.
Я поднял голову вверх, смотря на ее окно, как когда-то давно, когда шел избитый и раненный, но шел, лишь бы снова коснуться ее нежных губ. Что же я творил все это время? Зачем мне нужно было ее так обижать? Возможно не было бы никакого жёлтого, Цыгана, Кащея, никого, лишь я и ангел.
Тело поднималось, а руки, сжимающие оружие, тряслись. Набрав полную грудь воздуха, моя рука закрыла глазок, а вторая позвонила ей в квартиру. Ждать долго не пришлось, она, кажется, кого-то ждала, раз незамедлительно открыла дверь.
Курок сразу пристал у ее тоненькой шее. Небесные глаза расширились в испуге - она все такая же, трусливая и любимая. Хочешь получить что-то? Тогда нужно идти любыми способами, даже самыми мерзкими.
Геля: Валера...- мои брови вскинулись вверх. Давно я не слышал свое имя из ее уст.- что ты делаешь?- шепотом произносила она. Моя рука заперла дверь, не отрываясь от любимой.
Турбо: забираю свое.- я улыбнулся, а моя ладонь коснулась ее щеки. Девушка вздрогнула, отстраняясь.- ну что же ты, мышонок, не бойся, тебе я точно не наврежу.
Пистолет медленно опустился, но она все так же стояла в испуге, не смея отвести взгляд или двинуться. Словно стала статуей, прекрасной, живой.
Турбо: давай, пойдем.- но Тилькина замерла. Из её глаз не текли слезы, только чувствовался животный страх. Схватив ее на руки, мы переместились в гостиную.
Усадив своего ангелочка, мой силуэт присел перед ней на корточки, а руки крепко сжали королевские, мягкие, маленькие ладошки.
Геля: что тебе нужно?- признать честно, от того, насколько испуганно и жалко она выглядит, мне хотелось отказаться от своей идеи. Но я уже здесь.
Турбо: смотри, Ангелин, сейчас, я так понимаю, прийдёт Вадим, верно?- она слегка покачала головой, в знак согласия.- вот, ты должна ему сказать, что ты не любишь его и никакой помолвки у вас не будет. Если ты это не делаешь, то я убью его, и весь спектакль в любом случае повернется в мою сторону. Ты а любом из исходников выйдешь за меня, и я не спрашивал твоего согласия. А если ты будешь умничкой, то я даже разрешу твоему жёлтому придти на нашу свадьбу.- Тилькина смотрела в одну точку, а затем заплакала, так горько и сильно, что на секунду мой мозг аж растерялся.
Мое тело село рядом, а руки обхватили маленькое тело, гладя длинные волосы, я немного раскачивался в стороны.
Геля: ты не посмеешь его убить, верно?- губы Ангелины подрагивали.
Турбо: поверь, если будет нужно, то я его на его же кишки повешу на этой люстре.- мы вместе бросили взгляд на свет и красивый, винтажный источник света, а затем она снова начала выворачивать свой голос в громком и отчаянном реве.- слушай, хватит, будь умной девочкой. Сходи умойся.
***
Я подошёл к уже знакомой и родной двери. В моих руках красовался большой букет белых роз, а в кармане новая кассета с фантастическим фильмом « Человек с бульвара Капуцинов », Геля уговаривала сходить на него в кино до всего случившегося, но мы так и не попали, слишком быстро раскупали билеты.
Мой кулак трепетно постучал в дверь, а затем облик замер в ожидании. Я услышал, как скрипнул пол и щёлкнул включатель света, поворот замка и вот она, но за ней как будто тяжесть, хотя выглядела Ангелина совсем спокойно.
Геля: Вадим, я хотела с тобой поговорить.- серьезно сказала она, сложив руки на груди.
Жёлтый: супер, щас поговорим. Я пройду?- рука возлюбленной нервно дернулась у ручке входной двери, давая мне понять, что я не пройду.
Геля: зачем? Можно и здесь.- мой взгляд прищурился, уж слишком нервно Тилькина дергалась и прикусывала нижнюю губу.- вобщем, Вадик, ты правда хороший парень, но нам не по пути, извини..- от этих слов я замер в оцепенение.
Голубые глаза ухватились за кольцо на безымянном пальце, другой рукой она покрутила его, словно пытаясь запомнить каждую деталь. Дрожащей рукой она сняла его и вложила в мою слабую ладонь.
Геля: прости, я не хочу тебя обманывать, но мы и вправду слишком поспешили.- а дальше хлопок двери, поворот замка, скрип пола, но уже не ко мне, а туда, в глубь.
Я вышел из холодного подъезда. Небо было чистое, звёздное, весеннее, наполнено любовью, но мое сердце снова было брошено. На пару минут мой силуэт замер, смотря на него - не разу не видел такого красивого и отвратительного апреля.
Эта девчонка сломала во мне все принципы, морали и нормы. Уж слишком эта красавица запала в мою душу, даже больше, чем все прошлые. Тело опустилось на бетонную ступеньку у входа, и только тогда я раскрыл сжатую в кулак ладонь. Кольцо блестело, золото все таки, как тут не заблестит? Она была со мной честна и правдива, конечно, я всего лишь почти двадцати шести летний мужик, пытавшийся охмурить шестнадцати летнего, маленького кролика.
Может она просто испугалась? Испугалась того, что я так близок, что слишком настойчив и слишком "мужчина"? Может она боится, что эта маска? Я готов купить ей все, что она бы попросила, спасти от любой беды, подарил бы острова, горы, океаны, но любовь - это не деньги. Любовь - это когда вы сидите в обнимку, утопая друг в друге, когда ты сорвал ей веточку сирени, чтобы увидеть улыбку, гулять за ручку в парке, кушая мороженое. Спасибо, Ангелина, что ты не охотилась за деньгами, а по честному ушла, что сказала все искренне. Руки достали бархатную коробочку синего цвета, которую я до сих пор носил с собой. Убрав туда кольцо, я вытащил одну розу из букета, и пошел домой, пешком.
***
Как только я отошла от двери, тело рухнуло на пол, началачь сильная тряска, дышать стало тяжело, а в мыслях был только его непонимающий взгляд, ступор, да в принципе непонимание. Мне пришлось поступить с ним, как последней бляди, как немыслимой сволочи.
Валера, что спрятался в углу коридора, держа ствол в руках, тут же подбежал ко мне. Взор не хотел его ни видеть, ни слышать, просто послать.
Турбо: ну все, все хорошо моя девочка, ты чего? Все же хорошо!- с глупой улыбкой говорил этот подонок, но словно все искажалось, глаза плыли, то ли от слез, то ли от головокружения, я не могла ответить.
Боли в груди и голове словно проели меня из нутри, рассекли острым ножом, вскрыли. Сердце билось так быстро, что мне становилось только хуже, а кислорода в лёгких мне не удавалось чувствовать, как бы я не пыталась его набрать.
Турбо: эээ, спокойно, тихо.- заметался кудрявый.
Но я не могла остановиться. Слезы текли, голос срывался от мучительных болей. Мои глаза плотно сжались, желая хоть как-то повлиять на боль в груди, но вдруг меня окатило огромным количеством холодной воды. Тело подорвалось, и я увидела Валеру, стоявшего в панике с пустым ведром. Грудь перестала болеть, а сердце быстро биться. Словно замедлилось не только оно, но и все вокруг, перед глазами появилась белая пелена, в ушах пронзился невыносимый звон, а затем темнота.
Я очнулась на своей кровати, голова разрывалась от боли, а шум ещё стоял в ушах. Лучше бы я вообще не просыпалась. На мне была надета пижама, тело лежало под одеялом в прохладной комнате, значит проветривали недавно. Мне так и не удалось понять, почему я потеряла сознание, да уже было и не важно, мои глаза готовы закрыться навечно, лишь бы не вспоминать весь кошмар моей блядской натуры...