сестра из района|Турбо

До моего дня рождения оставалось 2–3 дня.

Родители ещё не приехали из командировки.
Дом был спокойный.
Слишком спокойный после всего, что происходило в последнее время.
Я лежала на кровати и смотрела в потолок.
Мысли крутились сами по себе.
Про район.

Про пацанов.
Про всё, что случилось за последние месяцы.
Турбо в эти дни был рядом чаще, чем обычно.
Он будто чувствовал, что скоро будет что-то важное.
Иногда просто заходил в комнату.
Садился рядом.
Молчал.

Но это молчание было тёплым.
Вова и Марат тоже вели себя немного странно.
Они иногда переглядывались.
Что-то обсуждали тихо между собой.
Когда я подходила — сразу замолкали.
Я делала вид, что не замечаю.
Но внутри уже появлялось ощущение…
Они что-то готовят.
И это явно связано с моим днём рождения.
Я решила не давить.
Пусть думают, что я ничего не подозреваю.

А я просто буду ждать.
Потому что через несколько дней…
Будет мой день.
И я чувствую — он будет не обычным.
Прошло ещё немного времени.
Я старалась вести себя как обычно.
Будто ничего не происходит.
Но замечала мелкие странности.
Вова стал чаще пропадать на пару часов.

Вова говорил:
— По делам.
И уходил.
Марат тоже иногда куда-то исчезал, а потом возвращался с загадочной улыбкой.
Марат делал вид, что всё как всегда.
Но я видела — они что-то скрывают.
Однажды я случайно услышала разговор из кухни.

Турбо тихо говорил:
— Главное, чтобы она ничего раньше времени не узнала.
Турбо говорил это серьёзным тоном.
Я сразу остановилась за углом.
О ком они?
О чём они говорят?
Сердце чуть ускорилось.
Это точно связано с моим днём рождения.
Я тихо улыбнулась.
Они пытаются сделать сюрприз.
И пусть я уже почти всё понимаю…
Я сделаю вид, что ничего не слышала.
Потому что иногда приятно притвориться наивной…

Чтобы потом удивиться по-настоящему.
За день до моего дня рождения
К вечеру послышался звук ключей в замке.
Дверь открылась.
В квартиру вошли мои родители.
Мама сразу улыбнулась и бросила сумки на пол.
— Дочка!

Она крепко меня обняла.
Я обняла её в ответ, чувствуя, как немного отпускает напряжение.
Папа подошёл следом. Обнял меня коротко, по-своему строго, но тепло.
Он оглядел квартиру.
И его взгляд сразу остановился на кухне.
Там спокойно стоял Турбо с чашкой чая.
Тишина.

Папа прищурился.
— Он что… уже прописался у нас?
Мама тихо засмеялась.
Вова и Марат, стоявшие рядом, сразу начали хихикать.
Турбо медленно повернулся.
Поставил чашку на стол.
И спокойно ответил:
— Пока нет. Но рассматриваю варианты.
Папа пару секунд молчал.
Потом тяжело выдохнул.
— Главное — уважение.
Турбо кивнул.
— Всегда.
И в этот момент напряжение не взорвалось.

Оно просто растворилось в неловкой, но смешной атмосфере.
После этой неловкой, но смешной фразы в комнате повисла тишина.
Мама посмотрела на меня с хитрой улыбкой.
— Дочка… давно вы вместе?
Я сразу почувствовала, как щёки начинают гореть.
— Мама!

Вова и Марат тихо ржали в стороне.
Вова специально добавил:
— Да уже почти семья.
Я повернулась и бросила на него убийственный взгляд.
Турбо спокойно стоял рядом.
Но я видела — он тоже немного напрягся.

Турбо понимал, что сейчас его реально оценивают как будущего зятя.
Папа медленно подошёл к нему.
Они встали друг напротив друга.
Папа сложил руки на груди.
— Чем занимаешься?
Турбо не отвёл взгляд.
— Работаю. За район отвечаю. За своих отвечаю.
Коротко.
Чётко.

Без лишних слов.
Папа молча смотрел на него несколько секунд.
Потом кивнул.
— Главное — чтобы ты её защищал.
Турбо спокойно ответил:
— Это уже не обсуждается.
Я почувствовала, как внутри

становится тепло.
Потому что в этот момент…
Они не конфликтовали.

Они просто обозначили границы.
И, кажется, папа начал принимать его.
Папа посмотрел на Турбо ещё раз.
Потом тихо сказал:

— Ну зятем тебя пока называть рано.
Я чуть не подавилась воздухом.
— ПАПА!
Вова и Марат вообще начали ржать в голос.

Вова сквозь смех сказал:
— Ну всё, закрепил статус.
Турбо на секунду завис.
Он посмотрел на папу.
Потом на меня.
И с лёгкой ухмылкой ответил:
Турбо —

— Я ещё официально даже не предлагал встречаться.
В комнате повисла пауза.
Я резко повернулась к нему.
— ЧТО???
Папа тихо хмыкнул.
— Вот. Сначала предложение — потом титулы.

Мама уже еле сдерживала смех.
А я стояла красная как помидор.
И понимала одну вещь:
Меня только что “назначили” в отношения…
которые ещё официально даже не начались.

И это было одновременно смешно и максимально неловко.
После этой неловкой, но смешной сцены мама начала разбирать сумки.
Папа прошёлся по квартире, будто оценивая всё вокруг.
Турбо стоял спокойно, но я видела — он немного напряжён.
Не из страха.

А из уважения к моим родителям.
Папа неожиданно сказал:
— Пойдём на кухню.
Турбо поднял взгляд.
— Конечно.
Они вдвоём вышли из комнаты.
Я напряглась.
— Куда они?
Марат тихо усмехнулся.
Марат сказал:

— Проверка на прочность пошла.
Я закатила глаза, но внутри всё равно переживала.
Через несколько минут папа и Турбо вернулись.

Лицо папы было спокойным.
Это уже хороший знак.
Он посмотрел на меня и коротко сказал:
— Нормальный парень. Но пусть держит слово.
Я выдохнула.

Турбо перевёл на меня взгляд.
И тихо, почти незаметно, кивнул.
В этот момент я поняла одну вещь.
Мои родители не против него.
Они просто хотят убедиться, что он серьёзно относится ко мне.
И это нормально.
После разговора папы с Турбо в комнате стало чуть спокойнее.
Но атмосфера снова резко изменилась, когда мама снова

посмотрела на нас с хитрой улыбкой.
— Ну что… когда свадьба?
Я резко повернулась.
— МАМА!

И меня реально прорвало.
— Да хватит меня в отношения вписывать уже! Вы уже Валеру официально мне как мужа приписали или что?!
В комнате повисла пауза.
Потом Вова не выдержал и начал смеяться.

Вова буквально согнулся от смеха.
Марат тоже тихо хихикал.
Марат добавил:
— Ну а что… звучит красиво.
Я бросила на него взгляд убийцы.
Турбо стоял рядом и смотрел на меня с лёгкой ухмылкой.
Турбо спокойно сказал:
— Я вообще-то ещё даже не предлагал.
И в этой фразе не было ни стёба, ни шутки.

Только спокойная уверенность.
Мама тихо засмеялась.
Папа покачал головой.
А я стояла вся красная и понимала…
Теперь это уже не просто шутки.
Это тема, которую они будут поднимать снова и снова.
После слов Турбо в комнате снова послышался смешок.

Мама продолжала улыбаться.
Папа делал вид, что он вообще не при делах.
Вова уже не мог нормально стоять — он просто держался за стол и ржал.
Вова сквозь смех сказал:
— Ну а что… традиции такие.

Я резко повернулась к нему.
И меня снова прорвало.
— меня что тут уже все мысленно замуж выдали?!
В комнате повисла секундная пауза.
Потом Марат тихо добавил:
Марат —
— Мы просто рассматриваем перспективу.
Я закрыла лицо руками.
— ДА ХВАТИТ!

Турбо стоял рядом и смотрел на меня с лёгкой улыбкой.
Турбо спокойно сказал:
— Не нервничай. Тебя никто никуда не выдал.
Но в его взгляде читалось:
“Но если что — я готов.”

И это делало ситуацию ещё смешнее.
После наших криков и смеха в комнате постепенно стало тише.
Мама посмотрела на меня уже без улыбки.
Папа тоже изменился в лице.
Папа сложил руки на груди и сказал спокойнее:
— Смех — это хорошо. Но я хочу кое-что сказать.

Я сразу напряглась.
Все пацаны замолчали.
Тишина стала тяжёлой.
Папа посмотрел сначала на меня.
Потом на Турбо.
— Мне важно одно. Чтобы ты не оказалась в ситуации, где тебя никто не сможет защитить.
Он говорил это серьёзно.
Без шуток.
Турбо выпрямился и спокойно ответил:

— Я это понимаю.
Папа кивнул.
— Тогда держи слово.
Мама мягко добавила:
— И помни, что если что-то пойдёт не так — мы рядом.

Я почувствовала, как внутри всё немного успокоилось.
Потому что за всей этой шуткой про “зятя” и “свадьбу”…
Мои родители просто переживают за меня.

И это нормально.
После серьёзных слов папы в комнате снова повисла тишина.
Все немного притихли.
Но напряжение не исчезло полностью.
И в этот момент я уже не выдержала.
Я резко посмотрела на родителей и пацанов.

— Да мы не встречаемся даже!
Вова сразу повернулся ко мне.
Вова тихо прошептал:
— Ой, ну конечно…
Марат не удержался и добавил:
Марат —
— Просто так целуетесь, да?
Я бросила в него подушку.
Турбо стоял рядом и спокойно смотрел на меня.

Турбо слегка усмехнулся и сказал:
— Пока официально — нет.
И эта фраза повисла в воздухе.
Потому что “пока” звучало намного серьёзнее, чем всё остальное.
Марат, не выдержав, усмехнулся и спокойно сказал:
— Мы всё видели. Можете не оправдываться.

Я резко повернулась к нему.
— ЧТО ТЫ ВИДЕЛ?!
Марат посмотрел на меня с лёгкой ухмылкой и добавил:
— Как минимум то, что вы нормально так целовались.
В комнате повисла пауза.
Потом Вова тихо прыснул со смеха.
Вова сразу подхватил:
— Ну всё, засекли.

Я закрыла лицо руками.
Турбо спокойно стоял рядом и смотрел то на Марата, то на меня.
Турбо спокойно сказал:
— И что дальше? Будем это обсуждать или уже отпустим тему?
Папа коротко усмехнулся.
— Да пусть делают что хотят. Главное — без глупостей.

Мама тихо добавила:
— И без скрывания.
Я почувствовала, как лицо снова начинает гореть.
Потому что теперь отрицать что-то было уже бессмысленно.
И все это прекрасно понимали.
Марат снова открыл рот, чтобы что-то сказать.

Я посмотрела на него.
И тихо, с угрозой в голосе сказала:
— Маратик… беги.
Он прищурился.
— Чего?
Я подняла с пола тапок.
И в этот момент Вова сразу понял, что сейчас начнётся.
Он медленно посмотрел на второй тапок.

Потом на Марата.
Потом на меня.
И спокойно сказал:
— Я в этом не участвую.
Но через секунду он всё равно взял тапок.
— Хотя… ладно.

Марат увидел это и сразу развернулся.
— ВЫ СОВСЕМ?!
Я кинула первый тапок — он пролетел мимо.
Вова кинул второй — попал ему по спине.
И всё.

Погоня началась уже нормально, без резкого “почему он вдруг побежал”.
Марат резко свернул за угол кухни, пытаясь уйти от нас.
Я замахнулась тапком, но остановилась.
Он уже устал бегать и просто стоял, тяжело дыша.
Вова подошёл и толкнул его в плечо.
— Всё, сдавайся.

Марат поднял руки вверх.
— Ладно! Ладно! Мир!
Я опустила тапок и посмотрела на него с серьёзным лицом.
— Будешь ещё палить?
Он покачал головой.
— Нет.
В этот момент в комнату спокойно зашёл Турбо.
Он осмотрел нас, потом посмотрел на тапки на полу.

И спокойно сказал:
— Вы реально как дети.
Мы переглянулись.
И одновременно ответили:
— Сам такой.
И в комнате снова начался тихий смех.
Мы наконец остановились.
Марат стоял, опираясь рукой о стену и пытаясь восстановить дыхание.
Он посмотрел на меня и тихо сказал:
— Всё… мир?

Я прищурилась.
— Пока да.
И в этот момент он снова не удержался.
Марат ухмыльнулся и протянул:
— Не ну вы там прям так целовались, конечно…
Я даже не дала ему договорить.
Резко подошла и дала ему лёгкий подзатыльник.
— ЗАТКНИСЬ, БЛЯДЬ!

Одной рукой я сразу закрыла ему рот, чтобы он больше ничего не сказал.
Марат попытался что-то промычать, но я держала крепко.
Он посмотрел на меня глазами:
“Ладно, ладно, я понял.”
Вова стоял рядом и просто ржал.
— Он сам напросился.

И в комнате снова раздался смех.
Я отпустила Марата, но продолжала смотреть на него с предупреждением.
Он усмехнулся, потёр шею и вдруг снова выдал:
— Не, Турбо… ну вы там так целовались… ты прям пылесос был. И не скажешь, что серьёзный парень, группировщик.

В комнате повисла пауза.
Марат явно специально сказал это громче, чтобы все услышали.
Я резко повернулась к нему.
— Ты опять?
Вова начал ржать.
Вова сквозь смех добавил:
— Марат сегодня без фильтра вообще.
Турбо до этого спокойно стоял рядом.
Но после этой фразы его взгляд медленно стал серьёзным.

Турбо посмотрел на Марата и спокойно ответил:
— Тебе завидно или что?
И в комнате сразу стало напряжённо… но смешно одновременно.
После фразы Турбо в комнате стало тихо на секунду.
Марат сразу понял, что его сейчас аккуратно “переиграли”.
Он хмыкнул, почесал затылок и попытался выкрутиться:
— Да какая зависть… Я просто факт сказал. Вы там реально как будто лет десять вместе.

Я закатила глаза.
— Марат, всё, хватит.
Он поднял руки в защитном жесте.
— Ладно-ладно! Молчу.
Вова тихо добавил, смеясь:
— Смотри, как его сегодня зажали.
Марат толкнул его в плечо.
— Да иди ты

Турбо тем временем спокойно посмотрел на Марата и коротко сказал:
Турбо —
— Если хочешь обсуждать — обсуждай нормально. Без подколов.
После этих слов Марат уже реально притих.

Потому что понял — дальше шутки могут закончиться серьёзным разговором.
А атмосфера снова стала спокойнее… но с лёгким напряжением между тобой и Турбо.
Марат ещё что-то бурчал Вове в стороне.

Я уже закатила глаза и хотела ему ответить.
Но в этот момент Турбо неожиданно сделал шаг ко мне.
Без предупреждения.
Он остановился совсем близко.
Я даже не успела ничего сказать.
Он спокойно наклонился и мягко поцеловал меня в щёку.
Это было быстро.

Но достаточно, чтобы в комнате резко стало тихо.
Марат замолчал.
Прямо на полуслове.
Он стоял с открытым ртом.
— Э…

И больше ничего не смог выдать.
Марат реально завис.
Вова сначала моргнул.
Потом тихо прошептал:
— Ну всё… он его добил.
Я стояла и чувствовала, как лицо снова начинает гореть.
Но внутри…
Было приятно.
Потому что этот поцелуй был не для показухи.
А чтобы поставить точку в подколах.
Турбо только отстранился после поцелуя в щёку.
Я стояла, чувствуя, как лицо горит.
Марат всё ещё смотрел на нас с выражением полного шока.
И тут…

Дверь в комнату резко открылась.
В комнату зашли родители.
В этот самый момент Турбо всё ещё стоял слишком близко ко мне.
Мы оба резко повернули головы на звук.
Пауза.
Секунда.
И инстинктивно…
Я потянулась к нему и быстро поцеловала его в щёку в ответ.
Это получилось само.
Как реакция.
Тишина.

Марат стоял с таким видом, будто его сейчас просто выключили из системы.
Он медленно повернулся к Вове и прошептал:
— …Вы это видели?
Вова ответил тихо:
— Да. И это было жестоко.
Папа поднял бровь.
Мама улыбнулась.
А ты стояла и понимала…
Что этот момент родители увидели полностью.
И отмазаться теперь будет невозможно.

Мы с Турбо всё ещё стояли слишком близко друг к другу.
И в этот самый момент — родители зашли.
Тишина.
Я медленно повернулась к двери.
И, не выдержав, тихо, но с раздражением сказала:
— Сука… вот почему в самый неподходящий момент вы решили зайти?..
Вова сразу резко вдохнул, пытаясь не заржать.
Вова отвернулся, прикрывая рот рукой.

Марат посмотрел на меня с выражением:
— Ты сейчас серьёзно?
Марат тихо прошептал:
— Ну всё… теперь виноваты родители.
Папа поднял бровь.
Мама чуть улыбнулась.
А Турбо спокойно посмотрел на меня и тихо сказал:
— Расслабься.

И в этой фразе не было ни стыда, ни паники.
Только спокойствие человека, которого вообще не смутило, что нас только что застукали.Папа посмотрел на нас и сделал серьёзное лицо.
Папа сказал:
— Я надеюсь, вы понимаете, что такие сцены… лучше закрывать дверью.
И после паузы добавил:
— Или хотя бы предупреждать.
Я резко повернулась.

— ПАП!
Мама в этот момент не выдержала и тихо засмеялась.
Мама посмотрела на меня с хитрой улыбкой:
— Ну а что… уже взрослые люди. Ничего страшного.

Потом она перевела взгляд на Турбо:
— Главное, чтобы ответственность была не только в поцелуях.
Турбо спокойно кивнул.
Турбо ответил без паники:
— Есть.
Папа усмехнулся:
— Вот когда так уверенно отвечают — уже спокойнее.
И атмосфера снова стала неловко-смешной.

Потому что родители вроде и шутят…
Но одновременно проверяют.
После родительских подколов Марат всё ещё стоял и смотрел на нас с ухмылкой.
Марат явно не собирался просто так замолчать.
Он посмотрел на меня слишком долго.
Я это заметила.
И резко сказала:
— Маратик… чё вылупился? Беги пока жив.

Вова сразу повернулся и заржал.
Вова сквозь смех добавил:
— Да, реально, пока не поздно.
Марат поднял руки в защитном жесте.
— Всё-всё! Я понял!
Турбо стоял рядом и тихо наблюдал за этим всем.
Турбо спокойно сказал:
— Он просто провоцирует. Не ведись.
Но по его лёгкой улыбке было видно — ему самому это нравится.
И в комнате снова стало шумно, но уже без напряжения.

Вечер
После всех подколов, погонь и неловких моментов…
Дом наконец начал успокаиваться.
Родители ушли в свою комнату.
Пацаны разошлись по своим делам.
Я устало плюхнулась на кровать.
Турбо зашёл в комнату через несколько минут и тихо закрыл дверь за собой.

Он посмотрел на меня.
— Устала?
Я кивнула.
Он подошёл ближе и сел рядом на край кровати.
Тишина между нами была уже не неловкая.
А спокойная.
Я повернулась к нему.
— Сегодня был дурдом.
Он усмехнулся.

— Но весёлый.
В этот момент за дверью кто-то тихо прошёл.
И мы оба замолчали на секунду.
Потому что даже в такой тишине ощущалось, что день закончился…
Но между нами что-то стало немного ближе.

Комната была тихая.
Только мы вдвоём.
Турбо сидел рядом на кровати и смотрел на меня уже без шума, без подколов.
Он вдруг стал серьёзнее.
— Сегодня ты держалась… нормально.
Я подняла бровь.
— Это что, похвала?
Он слегка усмехнулся.
— Да.

И в этот момент он неожиданно подвинулся ближе.
Не резко.
Но достаточно, чтобы расстояние между нами снова стало опасно маленьким.
Он аккуратно взял мою руку.
И на секунду просто посмотрел на наши переплетённые пальцы.
Потом тихо сказал:
— Мне нравится, что ты такая.
Я замерла.

Потому что это звучало уже не как шутка.
А как признание.
Он чуть наклонился ближе…
И остановился почти у моих губ.
И в этот момент…
За дверью раздался тихий шорох.
Мы оба резко замерли.
Я прошептала:
— Ты слышал?

Турбо медленно повернул голову к двери.
И тихо сказал:
— Кто-то там стоит.
Я аккуратно встала и подошла к двери.
Резко распахнула её.
И там…
Стоял Марат.
Он замер.

С выражением полного разоблачения.
— Я… это… я просто мимо шёл.
Турбо за моей спиной спокойно произнёс:
— Марат.
И в голосе было столько “я тебя сейчас убью”, что Марат сразу поднял руки.
— Всё! Ухожу!
И быстро исчез по коридору.
Дверь резко распахнулась.
Марат стоял там.
Я посмотрела на него и реально не сдержалась.

— Марат… СУКА! Ты испортил всё!
Марат сначала замер.
Потом медленно закрыл дверь обратно.
Но через секунду снова приоткрыл её и высунул голову:
— Я просто проверил, живы ли вы.
Я схватила подушку.
— УХОДИ!
Он быстро отпрыгнул в коридор.
Турбо за моей спиной тяжело выдохнул.
Турбо спокойно сказал:
— Он специально.
Я повернулась к нему.
— Я знаю.

И в этот момент мы оба уже начали смеяться, потому что напряжение, которое было секунду назад… полностью сломалось из-за Марата.
Из коридора послышался его голос:
— Спасибо, что спас вас от греха!
И я крикнула в ответ:
— Я тебя сейчас реально убью!
Марат наконец свалил по коридору, бурча что-то себе под нос.
Дверь закрылась.
Тишина.

Я медленно повернулась к Турбо.
Он посмотрел на меня.
И в его взгляде снова появилось то самое напряжение, которое постоянно прерывали.
— Наконец-то, — тихо сказал он.
Я усмехнулась.

— Да… спасибо Марату за “своевременность”.
Он сделал шаг ближе.
Теперь расстояние между нами снова стало минимальным.

Он аккуратно поднял руку и убрал прядь волос мне за ухо.
Его пальцы задержались на секунду дольше, чем нужно.
— Если он ещё раз нас прервёт… — тихо сказал Турбо, — я его реально выгоню.

Я тихо засмеялась.
И в этот момент он не стал тянуть.
Он просто наклонился…
И поцеловал меня — уже не в щёку.
А ближе.
Медленно.
Спокойно.
И без зрителей.

В комнате наконец не было никого.
Только мы.
Турбо не остановился после первого поцелуя.
Турбо аккуратно притянул меня ближе за талию.
Теперь расстояние между нами исчезло полностью.
Поцелуй стал чуть медленнее.
Чуть увереннее.
Моё сердце начало биться так громко, что я реально боялась — он это услышит.

Его рука медленно скользнула по моей спине…
И в этот момент в голове просто было:
“Окей… это уже не подколы. Это серьёзно.”
Мы оба на секунду отстранились…
Но взгляды снова притянулись друг к другу.
Только Турбо снова наклонился ко мне…

Как вдруг за дверью раздался громкий шёпот.
И потом тихий стук.
Мы замерли.
Марат прошептал из коридора:
— Эй… вы там живые?
Турбо медленно закатил глаза.
Я тихо прошептала:

— Я его сейчас реально убью.
Турбо отстранился и спокойно сказал в сторону двери:
— Марат, иди спать.
За дверью послышалось бурчание…
И шаги, которые наконец удалялись.
После того как за дверью стихли шаги…
В комнате снова стало тихо.
Только мы вдвоём.
Турбо не стал отдаляться.
Наоборот.

Он снова посмотрел на меня — и в этот раз без сомнений.
Он аккуратно притянул меня ближе.
Его рука легла мне на талию, уверенно, но мягко.
И поцелуй продолжился.
Медленно.
Без спешки.

Без зрителей.
Я чувствовала, как его дыхание смешивается с моим.
Как его пальцы чуть сжимают ткань моей одежды…
И в этот момент весь шум сегодняшнего дня просто исчез.
Не было ни Марата.
Ни подколов.
Ни родителей.

Только тёплая тишина и это расстояние, которое наконец исчезло.
Он слегка отстранился…
Но только чтобы посмотреть мне в глаза.
И тихо сказал:

— Теперь нас точно никто не прервет.
И снова поцеловал.
После поцелуя он медленно отстранился…

Но всё равно остался рядом.
Турбо смотрел на меня уже спокойно — без той страсти, которая была секунду назад.
Он тихо спросил:
— Завтра ведь твой день?
Я кивнула.
— Да… 17 лет.

Он слегка усмехнулся.
— Уже взрослая почти.
Я закатила глаза.
— Не начинай.
Он провёл пальцами по моей руке и добавил:
— Я хочу, чтобы завтра ты не думала ни о каких проблемах.
Эта фраза прозвучала серьёзно.
Не как шутка.
Не как подкол.

Я посмотрела на него.
— Ты что-то задумал?
Он сделал вид, что ничего не слышал.
— Увидишь.

И в этот момент я почувствовал, что завтра точно будет не просто обычный день рождения.
А что-то, что он готовит специально.