сестра из района|Турбо

Турбо был у нас два дня — до тех пор, пока я снова не смогла нормально ходить. Нога всё ещё побаливала, но уже не так часто — резкая боль появлялась лишь изредка.
И вот наконец-то.
Я смогла выйти на улицу.
Мы с Турбо спустились в подвал. Как только я зашла — поднялся гул. Все обрадовались, что я вернулась.
— Всем привет!
Я улыбалась. Боль ещё напоминала о себе, но внутри я была счастлива.
Пока не увидела Алину.
Она сидела в обнимку с тем самым пацаном. Тем, из-за которого я два дня не могла выйти из дома.
Я посмотрела на него холодно, почти без эмоций. Но слишком долго. Турбо это заметил.
— Феникс? Что-то случилось?
Я перевела взгляд на него.
— Да нет… всё нормально.
Но взгляд снова сам нашёл того парня.
— Алина, может хватит уже ухажёров сюда таскать?
Она посмотрела на меня так, будто не понимала, о чём я.
— Мне вот интересно… кто его вообще сюда привёл? И без разрешения.
Марат поднял голову.
— Ну я. А что?
Я медленно посмотрела на него.
— Марат, ты серьёзно? Решил, раз Вова с Наташей на неделю в Москву уехали, а Турбо со мной был два дня, можно кого угодно сюда водить?
Я дала ему лёгкий подзатыльник.
— Ай! За что?!
— За всё хорошее. Ты хоть Кощею сказал?
Он удивился.
— А нужно было?..
Я посмотрела на него ледяным взглядом.
— Ты идиот?
— Да почему сразу идиот-то?!
Я глубоко вдохнула, стараясь не сорваться.
— Ладно. Вова приедет — сам тебе всё объяснит. Чтобы ты наверняка понял.
Тот парень усмехнулся.
— А ты типа главная тут?
Я перевела взгляд на него.
— Можно и так сказать. Помощница главного.
Он прищурился, оценивающе глядя на меня.
— Сто процентов. Или парень главный, или брат.
Я сдержанно улыбнулась.
— У меня два брата. Один — супер. Второй — скорлупа. А я почти супер. Потому что своё место я заработала силой и авторитетом.
Он хмыкнул.
— Ну и вали тогда. Я теперь с вами.
Я сжала кулаки.
— Во-первых, ты ещё не с нами. Ты даже не прошёлся.
Я повернулась к Турбо.
— Я к Кощею. Надо разобраться.
— Я с тобой, — спокойно ответил он.
Мы вышли из качалки. Несколько минут шли молча.
— Он тебя так бесит? — тихо спросил Турбо.
Я замедлилась, подбирая слова.
— Это он мне тогда в ногу ударил… И… — я сглотнула. — Он пытался перейти границы. Поэтому я и злюсь. Тяжело видеть его здесь. Он мне жизнь чуть не испортил.
Турбо посмотрел на меня иначе — без шуток, без улыбки.
— Мразь… Хочешь, я ему морду набью?
Я покачала головой.
— Не надо. Пока нет. Я сама кое-что сделаю… И это будет связано с Алиной. У неё, кстати, парень есть. Интересно, знает ли он, как она себя ведёт?
— Не нужно, — тихо сказала я. — Я сама разберусь.
Есть одна мысль… и она связана с Алиной.
Турбо посмотрел на меня внимательнее.
— Какая ещё мысль?
Я усмехнулась, но без веселья.
— У неё же парень есть. И он даже не в курсе, что она крутит тут своих “ухажёров”. Думает, что она примерная девочка.
Турбо нахмурился.
— Ты хочешь ему рассказать?
— Пока не знаю, — я пожала плечами. — Но она слишком уверенно себя чувствует. Приводит кого хочет, не думая, кто он вообще такой. А этот… — я сжала пальцы, — он не тот, кого стоит пускать сюда.
Турбо остановился.
— Только не делай это сгоряча.
Я посмотрела на него.
— Я не сгоряча. Я просто не собираюсь молчать вечно.
Он кивнул.
— Тогда сначала к Кощею. Без лишнего шума.
Я выдохнула.
— Да. Сначала к нему.
Вы идёте к Кощею.
Он говорит, что ситуация мутная.
Кто-то слил информацию.
Будет разговор.
Мы шли уже минут шесть.
Под ногами хрустел асфальт.
Разговор про того пацана всё ещё крутился в голове.
Я чувствовала злость — не горячую, а холодную.
Турбо шёл рядом и молчал.
Потом он тихо сказал:
— Ты уверена, что он просто так появился?
Я усмехнулась без радости.
— Такие не появляются “просто так”.
— Его кто-то прикрывает, — добавил он.
Я кивнула.
— И этот кто-то думает, что может делать что хочет.
Турбо посмотрел на меня.
— Он тебя тронул. Это уже проблема.
Я сжала кулаки в карманах.
— Меня не волнует, что он там хотел. Меня бесит, что его вообще пустили внутрь.
Мы свернули за угол.
До дома Кощея оставалось совсем немного.
Я чувствовала напряжение в груди.
Потому что сейчас нам придётся задать вопросы.
И возможно — кому-то придётся отвечать.
Мы остановились перед дверью.
Турбо постучал.
Несколько секунд тишины.
Я чувствовала, как внутри растёт напряжение — разговор будет неприятный.
Дверь медленно открылась.
Перед нами стоял Кощей.
Он посмотрел сначала на Турбо, потом перевёл взгляд на меня.
— Чего стоите? Заходите.
Мы вошли внутрь.
В помещении было тихо. Только лёгкий запах сигаретного дыма и приглушённый свет лампы.
Кощей закрыл дверь и повернулся к нам.
— Говорите. Что случилось?
Я не стала тянуть.
— В подвале появился новый человек.
Кощей нахмурился.
— Кто его привёл?
Турбо ответил:
— Марат.
Кощей медленно кивнул, будто уже понял, что проблема глубже.
— И?
Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Его никто не согласовывал. Он чувствует себя слишком свободно. И он — тот самый, который меня тогда ударил.
Кощей молчал несколько секунд.
Потом спокойно сказал:
— Значит, вопрос не только в том, что он появился. А в том, почему его вообще пустили.
Турбо добавил:
— Он начинает собирать вокруг себя людей.
Кощей откинулся на спинку стула.
Его взгляд стал холоднее.
— Если кто-то действует без моего ведома — это уже не мелочь.
В комнате повисло напряжение.
Разговор только начинался.
Мы остановились перед дверью.
Турбо постучал.
Несколько секунд тишины.
Я чувствовала, как внутри растёт напряжение — разговор будет неприятный.
Дверь медленно открылась.
Перед нами стоял Кощей.
Он посмотрел сначала на Турбо, потом перевёл взгляд на меня.
— Чего стоите? Заходите.
Мы вошли внутрь.
В помещении было тихо. Только лёгкий запах сигаретного дыма и приглушённый свет лампы.
Кощей закрыл дверь и повернулся к нам.
— Говорите. Что случилось?
Я не стала тянуть.
— В подвале появился новый человек.
Кощей нахмурился.
— Кто его привёл?
Турбо ответил:
— Марат.
Кощей медленно кивнул, будто уже понял, что проблема глубже.
— И?
Я посмотрела ему прямо в глаза.
— Его никто не согласовывал. Он чувствует себя слишком свободно. И он — тот самый, который меня тогда ударил.
Кощей молчал несколько секунд.
Потом спокойно сказал:
— Значит, вопрос не только в том, что он появился. А в том, почему его вообще пустили.
Турбо добавил:
— Он начинает собирать вокруг себя людей.
Кощей откинулся на спинку стула.
Его взгляд стал холоднее.
— Если кто-то действует без моего ведома — это уже не мелочь.
В комнате повисло напряжение.
Разговор только начинался.
Кощей резко изменился в лице.
— Кто-то привёл человека без моего ведома. И этот человек уже чувствует себя своим?
Я кивнула.
— Он не просто новый. Он из другой группировки.
Турбо добавил:
— И не скрывает этого.
Кощей медленно поднялся со стула.
— Из какой?
— Той, с которой у нас уже были напряжённые моменты.
Я посмотрела на него серьёзно.
— И проблема в том, что он крутится сразу в двух местах.
Кощей прищурился.
— То есть?
— Он общается с нашими. И при этом продолжает контактировать со своими.
Турбо подтвердил:
— Он играет на две стороны.
В комнате стало тише.
Кощей раздражённо выдохнул.
— Такие люди опаснее открытых врагов.
Я добавила:
— И есть ещё один момент. Алина.
Кощей посмотрел на меня.
— Что с ней?
— Она делает то же самое. Только аккуратнее. Крутится сразу в нескольких группировках и собирает информацию.
Турбо усмехнулся без радости.
— Информационный канал, который ходит туда-сюда.
Кощей сжал челюсть.
— Если это правда — значит у нас внутри уже система утечки.
Он повернулся.
— Марат!
Через пару секунд Марата позвали внутрь.
Он зашёл и сразу понял по атмосфере, что разговор будет тяжёлый.
Кощей посмотрел на него холодно.
— Объясни мне, кого ты привёл и зачем.
Марат зашёл в комнату.
Он сразу почувствовал напряжение.
Кощей посмотрел на него холодно.
— Ты мне объяснишь, кого ты привёл?
Марат замялся.
— Ну… он нормальный пацан.
Кощей резко перебил:
— Нормальный? Ты проверял его? Ты знаешь, откуда он? Кто за ним стоит?
Марат опустил взгляд.
— Он сказал, что хочет к нам.
Я не выдержала.
— И ты просто поверил?
Марат посмотрел на меня.
— А что, надо было сразу в штыки?
Кощей ударил ладонью по столу.
— Надо было поставить меня в известность!
Тишина.
Он продолжил уже спокойнее, но жёстко:
— Ты понимаешь, что привёл человека из другой группировки прямо в наш круг? Это не прогулка. Это риск.
Марат молчал.
Он понимал, что ошибся.
Кощей посмотрел на него уже как на племянника, а не как на подчинённого.
— Я не буду тебя ломать за это. Но если этот человек окажется проблемой — отвечать будешь ты.
Марат кивнул.
— Понял.
Марат стоял перед нами и молчал.
Кощей смотрел на него тяжёлым взглядом.
— Ты вообще думал, когда его сюда тащил?
Марат попытался что-то сказать, но не успел.
Кощей резко сделал шаг вперёд и дал ему лёгкий подзатыльник.
Не чтобы избить.
А чтобы встряхнуть.
— Ну придурок, а? — жёстко сказал он. — Сначала надо информацию собрать. Узнать, где он раньше состоял. Где сейчас состоит. Есть ли за ним хвост. Есть ли дела с ментами. Потом уже людей в наш круг вводят.
Марат потёр затылок и недовольно ответил:
— Я думал, он нормальный…
Я вмешалась:
— Думать — мало. Проверять надо.
Турбо добавил спокойно, но холодно:
— Каждый новый человек — это риск. Особенно если он приходит сам.
Кощей продолжил:
— Если он реально из другой группировки и ещё крутится между своими и чужими — значит, это двойная игра. А такие проверяются жёстко.
Марат кивнул.
Он уже понял, что ошибся.
Кощей посмотрел на него уже без злости, но строго:
— Сейчас ты идёшь и собираешь про него всю информацию. Кто он. С кем общается. Чем дышит. И приносишь мне факты, а не “мне показалось”.
Я посмотрела на Марата и не выдержала:
— Марат… Вова скоро приедет. И когда он узнает, кого ты сюда привёл — тебе реально придётся объясняться.
Марат поднял взгляд.
Я продолжила, уже жёстче:
— Он оставил тебя вместо себя. Поставил как старшего. А меня — почти как человека, который контролирует ситуацию, пока он отсутствует.
Турбо кивнул, подтверждая мои слова.
— И что ты делаешь? Приводишь неизвестно кого без проверки.
Я сделала шаг ближе.
— Это не просто “ошибка”. Это подстава. Если окажется, что этот пацан связан с чужими и что-то выносит наружу — отвечать будешь ты.
Кощей молча наблюдал, не вмешиваясь.
Марат выглядел уже не уверенно, а напряжённо.
После разговора с Маратом Кощей долго молчал.
Он обдумывал ситуацию.
Потом поднял взгляд.
— Ладно. Хватит разговоров.
Он посмотрел на нас.
— Если этот новенький реально из другой группировки и ещё крутится между двумя сторонами — мы это проверим.
Кощей встал и подошёл к двери.
Он позвал одного из старших.
Через несколько минут в комнату зашёл Зима.
— Чего?
Кощей коротко объяснил ситуацию.
— Новый человек. Без согласования. Связи неизвестные. Нужно пробить его по всем каналам.
Зима кивнул.
— Сделаем.
Кощей повернулся к Марату.
— А ты.
Марат напрягся.
— Да?
— Твоя задача — собрать информацию. Кто он. С кем общается. Где раньше стоял. Есть ли за ним хвост. И особенно — есть ли у него контакты с ментами.
Марат быстро ответил:
— Понял.
Кощей продолжил:
— И если узнаешь хоть что-то подозрительное — сразу ко мне.
Он посмотрел на всех нас.
— Без самодеятельности. Никаких новых людей пока я лично не скажу “можно”.
В комнате стало тихо.
Теперь ситуация была под контролем.
По крайней мере — так казалось.
Кощей дал мне лёгкий подзатыльник.
— Ай! За что?!
Он посмотрел на меня и вдруг смягчил взгляд.
— За то, что лезешь вперёд старших.
Я закатила глаза.
— Я не лезу, я защищаюсь!
Он усмехнулся и чуть наклонился ближе.
— Ты можешь защищаться. Но не одна.
Потом он добавил уже тише:
— Принцесса ты моя упрямая.
Я сразу посмотрела на него.
— Чего?!
Он улыбнулся шире.
— Мелкая. Моя мелкая. И пока я рядом — никто к тебе просто так не подойдёт.
Я фыркнула, но внутри стало теплее.
— Смотри, чтобы я потом тебе это не припомнила.
Кощей тихо засмеялся.
— Припоминай сколько хочешь. Я всё равно буду стоять рядом.

Информация дошла до родителей.
Кто-то проговорился.
Кто-то увидел меня рядом с пацанами.
И этого оказалось достаточно.
Разговор был тяжёлый.
Отец смотрел строго и жёстко.
— Ты понимаешь, куда ты лезешь?
Мама выглядела не просто злой — она была напуганной.
— Это опасно. Там взрослые люди. Это не игры.
Я ответила спокойно, но внутри уже кипела.
— Я туда не из-за кого-то пошла. Я сама решила.
Но им было проще думать, что во всём виноват Турбо.
В итоге решение было одно:
— Две недели дома. Никаких выходов без нас. Никаких встреч.
Меня буквально закрыли.
Дверь под контролем.
Любые попытки выйти — замечались.
Свободу резко ограничили.
🚪 Попытки сбежать
Первые дни я злилась.
Потом пыталась найти способ выйти.
Через окно.
Через двор.
Через “я просто на минуту”.
Иногда почти получалось.
Но меня ловили.
И каждый раз разговор становился ещё напряжённее.
💔 Ссора с Турбо
Он пришёл.
Стоял под домом.
Я смотрела на него из окна.
Он смотрел вверх.
Между нами — стекло и расстояние.
Он сказал:
— Тебе правда обязательно сейчас рисковать?
Я ответила:
— А тебе обязательно стоять тут и давить?
Он напрягся.
— Я переживаю.
— Тогда не усложняй ситуацию своим присутствием под моим домом.
Тишина.
Это уже не просто разговор.
Это была трещина.
Он развернулся и ушёл.
А я осталась стоять у окна, злясь на родителей… и одновременно понимая, что всё стало сложнее.
Через пару дней до него дошёл слух.
Не от меня.
Не напрямую.
А через кого-то.
Якобы я была в ДК и танцевала с каким-то пацаном, пока он туда не пришёл.
Конечно.
И именно так слухи и рождаются.
Он приходит ко мне с таким лицом, будто уже всё решил.
— Это правда?
Я смотрю на него и вообще не понимаю, о чём он.
— Что правда?
— Что ты в ДК была не одна.
Я зависаю.
— Ты серьёзно сейчас?
— Мне сказали, что ты там с каким-то типом танцевала.
Во мне моментально вспыхивает злость.
— Кто тебе это сказал?
Он молчит.
Я уже понимаю — источник один из “любимых” людей.
— И ты просто поверил?
— Я не поверил. Я хочу услышать от тебя.
Я усмехаюсь холодно.
— Я была в ДК. Да. Но я танцевала со своими подругами. Всё.
Он смотрит внимательно.
— Никакого пацана?
— Никакого.
Тишина.
Но проблема не в факте.
Проблема в том, что кто-то специально решил вбросить это, чтобы нас столкнуть.
И теперь нужно понять — кто именно это сделал.
Ночь после его обвинений
Я лежала в кровати и пыталась просто отключить голову.
Не получалось.
Злость на него ещё жила внутри.
“Он вообще кто, чтобы сразу верить слухам?”
“Почему он не спросил нормально?”
Я перевернулась на спину и уставилась в потолок.
Но вместо злости — в голове начали всплывать другие моменты.
Наши поцелуи.
Его руки, когда он притягивал меня ближе.
Тот момент, когда он обнимал меня и говорил тихо:
— Всё нормально, я рядом.
Я резко закрыла лицо руками.
— Блин…
Потому что эти воспоминания били сильнее, чем сама ссора.
Я злилась на него.
И одновременно скучала.
И чем больше я пыталась не думать — тем ярче вспоминались его прикосновения, его запах, его взгляд.
Я прошептала в темноту:
— Ненавижу тебя сейчас…
И тут же честно добавила себе:
— Но всё равно хочу, чтобы ты написал.
И от этого внутри становилось ещё хуже.
От лица Турбо — после ссоры (нормальная версия)
Я ушёл.
Потому что если бы остался — наговорил бы ещё больше лишнего.
Злость тогда казалась сильнее здравого смысла.
Мне кто-то сказал про неё.
Про слух.
И вместо того чтобы спокойно спросить, я сразу поверил раздражению.
Теперь понимаю — надо было сначала поговорить.
Я идиот.
Но меня бесит не только то, что я на неё наехал.
Меня бесит мысль, что я мог реально её ранить.
Я вспоминаю её лицо в тот момент.
Как она смотрела на меня.
Как в её глазах сначала была непонимание… потом обида.
И это давит сильнее, чем собственная злость.
И самое тупое — я не могу выбросить её из головы.
Перед глазами не только ссора.
А всё.
Как она смеялась, когда мы просто бегали по двору.
Как её руки держались за меня.
Как она прижималась ближе, когда я её обнимал.
Как её волосы пахли, когда она стояла рядом.
Я помню это.
И именно поэтому сейчас так хреново.
Потому что я сам всё испортил.
Я не хочу, чтобы между нами появилась дистанция из-за моей ревности.
И да — гордость не даёт пойти и извиниться прямо сейчас.
Но внутри уже понятно:
Я всё равно к ней вернусь.