Любовь моя-кучерявая

Противники встали в стойку и Адидас дал сигнал, что можно начинать. Конечно практически все кричали за Турбо, так как он был им знаком, а тут незнакомая девчонка приперлась к ним и уже типа влилась. Но были и те, кто был за Алину: например, Вахит, Лампа, Марат, который громче всех кричал, размахивая руками, ну и ещё пара людей решили поддержать девушку.
— Ну что, ты готова? Я поддаваться не буду, ну если только чуть-чуть, — усмехнулся парень. Он был без верхней одежды, а Алина — в олимпийке брата, поэтому ей было тяжелее. Естественно, она не собиралась раздеваться.
— Ты ещё спрашиваешь? Конечно.

Тишина на «коробке» наступила мгновенно, будто кто-то выключил звук. Все упражнения прекратились. В центре стояли они.
— Неправильно встала, — хмыкнул кто-то из толпы.
— Турбо, не ослабей! — крикнул другой, но в голосе слышалось скорее любопытство.

Первый раунд.

Турбо начал первым. Он сделал выпад, пытаясь легко взять её за плечо и завести за спину. Но Алина не стала уворачиваться. Она приняла его движение, поддалась на полшага, резко развернулась и чётко выставила подножку. Турбо, не ожидавший такой подставы, едва удержал равновесие.

В толпе пронёсся одобрительный гул. Вахит, стоявший в первом ряду, выдохнул дым сигареты с гордостью и тревогой одновременно.
— Опа! А девчонка-то знает! — крикнул Турбо, и в его улыбке появился искренний интерес.
— Тебе виднее, — ответила Алина, не меняя выражения лица.

Второй раунд: давление.

Турбо перестал церемониться. Его движения стали резче, быстрее. Он пошёл в агрессию, пытаясь задавить силой и скоростью (настоящие кулаки он, конечно, не использовал). Алина от него ускользала. Она не была быстрой, но её реакция и экономия движений были поразительны. Она боролась не мускулами, а физикой и расчётом.

Один из его уверенных захватов она превратила в бросок через бедро. Турбо грохнулся на спину с таким глухим стуком, что у зрителей вырвался вздох. Но он мгновенно вскочил, отряхиваясь, а в его глазах загорелся настоящий, дикий азарт.
— Вот это да, Огонёк! — засмеялся он, и в смехе не было злобы. Было уважение. — Так ты меня всерьёз?!

Третий раунд.

Турбо решил мстить. Он взял Алину за бока и, захватив за ногу, уронил её, при этом сам навис над ней, подставив руку под её голову, чтобы она не ударилась об землю. Из толпы доносились крики.
— Вставай, тупорез! — выругалась девушка
— А если я не хочу? — Парню между ног прилетел пинок. Он сложился пополам от боли, и из его рта вырвался болезненный шик. Алина встала как ни в чём не бывало, стряхнула с себя грязь и пошла к Зиме.
— Ну как? — спросила девушка, ожидая восторженной похвалы.
— Это было потрясающе! Ты большая молодец! Откуда в тебе столько силы? Ты вообще как, не поранилась? — начал осматривать её обеспокоенный брат.
— Да нет, вроде. Ой всё, отстань, не лезь, — отмахнулась она и отошла в сторону к какому-то дереву.

Когда Алина уже скрылась от посторонних глаз, она натянула штанину спортивок и увидела небольшую ссадину на колене, которая болела, будто у неё там полноги оторвало. Достав сигарету из кармана, она закурила, дабы расслабиться. Ей совсем не хотелось сейчас думать ни о чём: ни о её старых принципах, ни о её мнении о группировках казанских улиц. Сейчас она сама стала в какой-то степени группировщицей. Не обращая внимания ни на кого, она не заметила, как к ней подошёл Валера. Что-то часто они так встречаются. Вообще, ему нежелательно знать, что она курит.
— Ты чего тут одна притихла?
— А не видно, что ли? — выдохнула она дым ему в лицо.
— Понятно... Не боишься, что брату расскажу?
— Ты уже спрашивал это. Нет, не боюсь. А вообще, пора бы ему рассказать, только не сейчас. Прошу, не говори ему ничего, пока что. Я сама как-нибудь справлюсь.
— Ладно, ладно, — Турбо подошёл к ней поближе. Он опустил взгляд на её колено. — Это я что ли сделал?
— Ну ты. И что с того?
— Ладно, ничего. Если не болит — не страшно.

Докурив, они постояли ещё пару минут.
— Ты что-то слишком часто подходишь ко мне, ещё и так близко стоишь. Твоя особа ревновать не будет? Боюсь все волосы мне повыдёргивает, — сложив руки за спину, усмехнулась она.
— Может хватит тебе про неё? Че ты взъелась-то? Тебя это вообще хоть как-то волнует?
— Нет, не волнует. Чисто из интереса.
— Другую я люблю. Не запала она мне в душу, но пока бросить не могу — жалко.
— Ничего себе признание! Так ты у нас влюбился? А в кого? — с большим интересом спросила она.
— А вот это уже секрет, — ткнул её в нос парень и, развернувшись, потянул за собой. — Слышала такую поговорку: «Любопытной Варваре на базаре нос оторвали»? Так вот, это про тебя.
— И куда ты меня тащишь? Я сейчас закричу, и меня брат спасёт, — смеясь, промямлила она.
— Зови кого хочешь. Пойдём гулять с тобой.
— Ну, раз гулять зовёшь, то пошли. Ты только отпусти, щекотно же.
Парень отпустил её, и просто идя рядом, рассказывал о каких-то драках, причём всегда приукрашивал.
— А, кстати, у меня подарок тебе, — полез он в карман.
— Какой! Давай уже, не тяни.
Турбо достал пачку ментоловых сигарет и две жвачки «Турбо».
— На, Турбо дарит Турбо.
— А, так Турбо — потому что жвачка... — почесав затылок, удивилась она.
— А ты что думала?
— Ну, я думала, потому что ты скорострел.
— Цыц, о чём ты вообще думаешь, мелкая ещё?
— Спасибо большое. А ты не так уж и плох, — приняла она подарок от него и, раскрыв одну из жвачек, засунула в рот, а другую тоже раскрыла и запихнула в рот Валере.
— Ты ненормальная, что ли? Куда суёшь-то?
— Не ворчи давай, иначе заставлю выплюнуть и обратно мне отдать. Тут какие-то бумажки. На, себе забери. Машины всякие.
— Опа, подгон! — он раскрыл фантики: на одном был мотоцикл «Дукати», а на другом — красный «Порш». — Ебать, у меня везение! Всё то, что хотели Марат и Зима, попались мне. Теперь можно будет шантажировать ими, — посмеялся парень.
— Пойдём между тех домов посидим?
— Ну, пошли, как раз там магазин недалеко, мне зайти надо будет.

Они направились к двум домам, между которыми был проём, в котором часто тусовались разные парочки.