фифа столичная

На кухне стояла мать и активно спорила с отцом. На столе стоял вскрытый чемодан, набитый вещами с яркими этикетками, и початая бутылка вина.

- Вернулась, где только шлялась — коротко бросила мать, даже не обняв дочь. Её голос звучал надломленно и сухо. — С Биллом  всё кончено. Оказался обычным скрягой.

Валера замер в коридоре, прислонившись плечом к косяку. Мать Вари мазнула по нему пренебрежительным взглядом, словно по пустому месту.

- Собирай вещи, Варя. Мы уезжаем. В Москву. Завтра же.

Варя застыла, всё ещё сжимая в руках сумочку.
- В какую Москву, мам? У меня экзамены, кстати говоря завтра. Институт...

- Какой институт? Здесь?! — мать всплеснула руками, и на её запястьях звякнули золотые браслеты. — Варя, очнись! Казань — это дыра. Серая, грязная дыра, где пацаны в подворотнях друг друга убивают. Здесь нет жизни, здесь только болото. В Москве у меня связи, там ты получишь нормальное образование, увидишь мир. А здесь ты просто сгниёшь, выйдешь замуж за... — она снова кивнула в сторону молчаливого Валеры, — ...за такого же уличного бандита и будешь всю жизнь щи варить в коммуналке.

Варя почувствовала, как внутри закипает холодная, яростная обида. Она шагнула на кухню, и её голос сорвался на крик:
- Дыра? Это мой дом, мама! Здесь мои друзья, Здесь Валера, который меня защищает, пока ты там по Америкам каталась!

- Ты ещё маленькая и ничего не понимаешь... — начала мать, но Варя перебила её.

- Я никуда не поеду! Слышишь? Ни в какую Москву! Мне не нужны твои связи и твоя «красивая жизнь». Я здесь поступать буду. Сама. Без твоих подачек.

Валера сделал шаг вперёд, его рука легла Варе на плечо — тяжёлая, надёжная. Он не сказал ни слова, но его присутствие в комнате вдруг стало весомее всех маминых аргументов.

- Уходи в свою комнату, Варя, — прошипела мать, её лицо исказилось от злости и бессилия. — Ты совершаешь самую большую ошибку в жизни. Остаёшься в этом гадюшнике ради этого — посмотрев на Валеру, сказала она

- Это не гадюшник, — тихо, но твёрдо ответила Варя, глядя матери прямо в глаза. — Это моя жизнь. И ошибка — это бросать всё, что тебе дорого, ради красивой обёртки. Я никуда с тобой  не поеду
- Варя — твердо и сердито проговорила она
- что Варя? Не строй из себя заботливую мамашу, ты мне даже ни разу за это время не позвонила, не спросила как я. А если я не доехала? А если меня похитили? Поезд с рельс сошел?
-  что ты несешь?
- это ты что несешь. Я остаюсь здесь и точка

Она развернулась и вышла из кухни, увлекая Валеру за собой. За спиной слышался звон разбитого бокала — мать сорвалась на истерику, но Варе уже было всё равно.

- я провожу тебя завтра на экзамен
Варя ничего не ответила, слабо улыбнулась и обняла парня
- отдыхай, ложись спать, я пошел
- спокойной ночи — сказала Варя и, встав на носочки, поцеловала Турбо
- сладких снов, принцесса

***

Утро расцвело ярким, ласковым солнцем. В комнате Вари царил беспорядок: конспекты были небрежно сдвинуты в сторону, на стуле висел наглаженный костюм, а на столе, лежали аккуратно сложенные ручки. Варя стояла у зеркала, в последний раз проверяя прическу, и от её сосредоточенного лица, казалось, исходило сияние решимости. Сегодня был первый экзамен – по литературе.

Внизу, у подъезда, уже ждал Валера. Увидев Варю, он отлепился от кирпичной стены и встретил её лучезарной улыбкой, от которой обычно хмурые глаза заискрились.

- Ну что, отличница— спросил он — Ни пуха ни пера!

Варя рассмеялась
- К чёрту! — ответила она, идя  на экзамен, и сердце ее  билось от волнения

Возбуждённые абитуриенты толпились в холле. Валера остался ждать её на улице, у фонтана, обещая купить самое вкусное мороженое, как только она выйдет.

Внутри царила напряжённая тишина. Строгие преподаватели, шуршащие шторы на окнах, запах старых книг и свежей краски. Варя вытянула билет. «Проблема счастья в лирике А. С. Пушкина». Ей повезло. Она отвечала уверенно, чувствуя, как слова сами льются, и даже голос не дрогнул. В конце преподавательница кивнула с легкой улыбкой.

Выйдя из аудитории, Варя чувствовала себя так, будто сбросила с плеч огромный камень. Она шла по коридору, расплываясь в счастливой улыбке, предвкушая, как скажет о своей пятёрке. Солнце слепило глаза, когда она вышла во двор, туда, где обещал ждать Валера.

И тут её улыбка замерла. Сердце, ещё секунду назад ликующее, сжалось от внезапной, острой боли. У фонтана, где он должен был ждать её, Валера стоял. Но не один. Рядом с ним, прижавшись к его плечу, стояла какая-то девчонка – тонкая, хрупкая, с копной светлых волос, смеющаяся и что-то шепчущая ему на ухо. Валера смеялся в ответ, его рука лежала на её плечах, и он смотрел на неё с неподдельной радостью, которую Варя ещё никогда не видела в его глазах, адресованной кому-то, кроме неё.

Мир поплыл. Пятёрка по литературе, солнце, сам экзамен – всё это растворилось в одной-единственной картине: Валера и эта девчонка. Хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю, но ноги, словно прикованные, отказывались двигаться. Варя лишь стояла, застывшая в ослепительном майском солнце, чувствуя, как её счастливая улыбка медленно превращается в горькую гримасу.

Варя почувствовала, как её мир рухнул, рассыпавшись на миллионы острых осколков. Какое-то время она просто стояла, не в силах пошевелиться, застывшая под жгучим солнцем. Затем, словно по команде, ноги сами понесли её прочь от института.

Слёзы текли по щекам горячими ручьями, размазывая тушь, с таким усердием наложенную перед экзаменом. Горло сжимал спазм, не давая вырваться наружу ни единому звуку, но внутри всё кричало от боли, от предательства, от разрушенной надежды.

Двор, подъезд, лестница – всё промелькнуло как в тумане. Залетев в квартиру, Варя даже не разулась, сразу бросилась в свою комнату. Ей хотелось спрятаться, забиться в самый тёмный угол, чтобы никто не видел её боли. Но вместо этого, словно повинуясь внезапному, отчаянному решению, она распахнула шкаф.

Тяжёлый  чемодан был вытащен из-под кровати с глухим стуком. Не вытирая слёз, которые продолжали безостановочно катиться, Варя принялась лихорадочно выгребать вещи из шкафа: платья, юбки, футболки — всё, что попадалось под руку, комкая и бросая внутрь.

В этот момент дверь в комнату приоткрылась, и на пороге показалась мать. Её лицо, ещё недавно искажённое злостью, теперь выражало смутное беспокойство. Она подошла ближе, настороженно глядя на дочь.

- Варя, что случилось? — спросила она осторожно, уловив дрожь в её движениях. — Почему ты плачешь? И что это за...

Варя резко выпрямилась, её лицо было мокрым от слёз и покрасневшим, но в глазах горел странный, новый огонь. Она посмотрела на мать, и её голос, хотя и дрожал, звучал неожиданно твёрдо.

- Я еду. С тобой, — произнесла она, и каждое слово далось ей с трудом. — В Москву. Забирай меня отсюда.
-объяснишь, почему ты так резко передумала?
- какая разница? Еду и все, радуйся