31. Утро добрым не бывает.
Пожалуй, это утро было самым сложным. Я уже понимала, что проснулась, но ни в какую не хотела открывать глаза, представляя как придется искать ребят, выбираться из музея. И была бы я еще одна, так нет. Теперь все утро мне придется терпеть компанию Александ... О, Боже!
Я остервенело разодрала глаза и сразу скинула со своей талии что-то большое и тяжелое. Это была его рука. А затем туго поднялась в сидячее положение и мне сразу захотелось упасть назад. Утро всегда было для меня чем-то непосильно сложным, а утро в холодном заброшенном зоологическом музее с кучей скелетов и экспонатов - вообще утро десятилетия.
Я посмотрела на Алекса, он спал как убитый. Судя по холодному воздуху в помещении, сейчас было раннее утро и я, лениво поднявшись на ноги, решила устроить себе экскурсию по музею, пока он еще спал. Признаюсь, было очень интересно ходить по музею, когда все стекла выбиты и экспонатов можно было буквально потрогать, но трогать огромных мух того времени мне явно не хотелось. И я вполне честно удивилась, смотря на габариты насекомых. Я, как и все нормальные девушки, на дух не переносила всю эту мелкую живность, а тут еще и в раз десять больше.
Я полностью ушла в себя и в изучение динозавров, проходя большие комнаты с их фигурками. В детстве мы ездили семьей в подобный музей, но в этом была совсем другая атмосфера. Тут ни один охранник не накричит за то, что я залезла на шею мамэньсизавра или за разграбление старых горшочков с глиной. Да, я была очень послушным ребенком, что тут сказать?
Проходя очередного гиганта я вдруг улыбнулась и услышала детский смех и улыбка с моего лица вмиг исчезла. Либо это моя фантазия так заигралась, либо я свихнулась, ведь здесь никого нет кроме меня и дрыхнущего Александра. Я криво усмехнулась в предистерическом смешке и замерла, испуганно прислушиваясь, как тут...
— А-а-а-а-а-а!
Я тут же подпрыгнула от ужаса и завизжала во все горло, спиной врезаясь в скелет динозавра. Его кости, словно того и ждали, слетели с шаткой конструкции и упали прямо мне на голову, из-за чего я и вовсе повалилась ему под ноги. Александр стоял и хохотал во все горло, истерически согнувшись пополам и хватаясь за свой живот. Его голубые глаза настолько сверкали, что казалось, он сейчас заплачет от смеха, а я, ругаясь на все лады, пыталась отгребать от себя все кости, которые кстати, я уверенна, были пропитаны каким-то едким веществом, чтобы они сохраняли свою форму спустя годы.
— Сукин сын! Твои шутки у меня уже в печенках сидят, идиот! Ты как кожное заболевание, которое угасает лишь на время, а потом вновь проявляется! — раскатистым голосом ругалась я, поднимаясь на ноги.
Тут вдруг по неясной причине громкий смех парня затих так быстро, что я не успела сообразить, а потом повернула голову туда, куда смотрел сбитый с толку Александр и услышала детский смех. Тот самый, который я слышала еще на подходе сюда, возле обвалившейся будки охранника. Нерв на моем лице дернулся, слегка приподняв верхнюю губу и я застыла, туго смотря на соседнюю комнату с экспонатами.
Оттуда в развалочку, медленным и неспешным шагом вышла непонятная стать, явно сбежавшая с фильма ужасов. Что-то высокое, ростом с Александра, худощавое настолько, что казалось, будто одни лишь кости были обтянуты белющей шкурой, с темными волосами до пола на «голове». Вместо глаз было два выжженных отверстия, вместо носа лишь его основание, а сама голова как таковая напоминала вытянутый блин.
— Что это за глиста в скафандре?! — взревел Александр и медленно попятился назад, пряча меня себе за спину.
— Сталкеры! — выкрикнула я, вспомнив лекцию на первом курсе.
Создания, обитающие там, где нет ничего живого. Ищущие пропитание в виде заблудших путников, на вид схожи на человека, но с явной анорексией и полным отсутствием половых органов, с головой, по которой кто-то врезал лопатой, а потом раскатал эту лепешку скалкой на столе.
— Отличное начало дня, а вот кажись и утренняя пробежка подоспела. — нервно произнес он, смотря на сталкера в двадцати метров от нас. Не так близко, но если чудовище решит махнуть в догонялки, нам конец.
— Идеи есть?
— Я только проснулся, у меня мозг еще в состоянии сна, какие идеи?
Вдруг наша подружка таки стартанула бежать своими палко-подобными ногами. Я, будучи демоном, вдруг вспомнила молитву у себя в голове, а потом руки Александра засветились красным светом. Он сделал пару жестов, вызывая еще больше света и быстро произнес заклинание, а затем рассек правой рукой воздух, из-за чего появилась длинная красная линия и голова сталкера внезапно повернулась в бок с такой силой, что мы услышали хруст и черная кровь брызнула на бедного трицератопса.
Но такое сильное заклинание не убило сталкера, лишь обескуражило на несколько длинных секунд, а затем он, волоча голову где-то на плече, медленным шагом пошел к нам, слегка прихрамывая. Я вышла вперед Александра и мои глаза стразу окутались черным маревом. Я искренне не знала ни единого заклинания, но что-то в моей голове екнуло и я поверила в то, что смогу противостоять. Совершенно молча, я вытянула руки вперед и вены на них начали пульсировать и гореть ярко-красным светом. Взглянув на дискотеку внутри себя я испугалась и быстро опустила их и попятилась назад.
Никогда со мной такого еще не было. Это было что-то извне, то, что я прежде никогда не ощущала. Словно кто-то разблокировал новый уровень игры или прокачал мои способности. Я махнула головой, быстро возвращаясь к мышлению и медленно произнесла первое слово заклинания. Ладони зажглись синим пламенем, а потом возле меня стал Александр, шепча какое-то свое заклинание и вдруг, синее пламя поднялось в воздух и соединилось с его чарами.
Мы действовали как настоящая команда или так, словно у нас два тела, которые делят одну душу. Мы четко знали, что делаем и четко добивались того, чего хотели, из-за чего направили все эти чары в монстра. В до того тихом зоологическом музее послышался детский крик и чудовище схватилось за свою, раннее почти оторванную голову. Силуэт сталкера медленно растекался на пол, словно тающая шоколадка в микроволновке, а затем нас с Алексом отбросило ультразвуковой волной предсмертного крика и мы ударились спиной об статую аллозавтра, а потом и грохнулись ничком ему под ноги.
— Кажется, я сломался. — прокряхтел он, судорожно дотрагиваясь рукой к пояснице.
Я устало перекатилась на спину, вообще не соображая, что произошло. Голова просто раскалывалась, а перед глазами все плыло. В ушах стоял протяжной неприятный писк, словно я пациент, который пятнадцать лет провел в коме и внезапно меня отключили от аппарата жизнеобеспечения. А затем треск, который я спихнула на неполадки в мозгу, но потом увидела как нога громилы, к которой я упала, треснула.
Александр быстро приподнялся и посмотрев на трещину, которая расползалась по лапе динозавра со скоростью гонщика, быстро схватил меня на руки. Я ничего так и не поняла, ну трещина и трещина, а потом нога быстро сломалась и огромный муляж аллозавра потянулся к полу. Он приподнялся, чтобы унести меня от места будущего крушения, но не успел и просто отбросил меня ровно в тот момент, когда огромная статуя полностью накрыла его, без возможности спастись самому.
Я взвыла и медленно приподнялась на локте, внезапно ощутив страшную боль в плече и железоватый привкус на губах. А затем мои глаза удивленно расширились и я повернула голову в сторону катастрофы, где среди осколков лежало неподвижное тело парня. Страх комом стал в горле и я быстро вскочила и рванула к Александру. Упав рядом с ним на колени, я аккуратно смахнула с его спины все осколки, а потом оставшейся магией чуть отодвинула здоровенную плиту, накрывающую его лопатки и саму голову, а затем встав, оттолкнула ее ногой и она громко жахнула об пол, разбившись на мелкие кусочки.
— Александр, ты жив? — я вновь присела с ним рядом и услышала еле слышное мычание.
В глазах сразу загорелся огонь надежды и я попыталась перевернуть его на спину, но такая тяжелая махина никак не поддавалась моим действиям, а потом он истошно закашлялся и кое-как перекатился на спину, как тараканчик. Я слабо улыбнулась и взяла его лицо в руки, а затем отуманенные голубые глаза медленно распахнулись и он улыбнулся кровавой улыбкой, после чего подавился и закашлялся.
Я жалко скривилась и повернула голову парня в сторону, чтобы он не захлебнулся. Александр приподнялся и выплюнул на пол кровь, а потом грохнулся обратно, жалко смотря в потолок и пытаясь отдышаться. Я взяла его лицо в руки и сразу посмотрела в глаза, следя за слегка заторможенной реакцией.
— Сколько пальцев показываю? — я подняла руку, разогнув всего один палец.
— Два. Или... три? — он нахмурился, понимая насколько абсурдно выглядит.
— Тошнит?
— Я ударился, а не залетел.
— В каком ходу был охвачен Орлеан?
— Ну-ка пошла в задницу, Нонна! — воспылал он и я широко улыбнулась.
— Шутишь, значит не помер. — я уселась на пол рядом с ним и тихо посмеялась, скорее от счастья.
— Не дождешься. — прохрипел он, поворачивая голову в мою сторону. — Я не отстану от тебя, как бы ты этого не хотела.
— Звучит как угроза. — с некой теплотой в голосе произнесла я.
— Это она и была. — он аккуратно приподнялся в сидячее положение, поставив руки на пол, за спиной. — Орлеан был охвачен в 1428 году, а через год был освобожден французами во главе с семнадцатилетней военачальницей Жанной д'Арк. — авторитетно заявил кудрявый и у меня буквально глаза на лоб полезли, из-за чего он рассмеялся. — Смотри, а то сейчас в обморок упадешь.
— А ты случайно не француз? — спросила я, смотря на него с недоверчивым прищуром, но он лишь загадочно ухмыльнулся и поднялся на ноги.
А я и раньше замечала его еле уловимый акцент.
Я поднялась вместе с ним и посмотрела на осколки, а затем до меня очень поздно дошло, что Александр бросился спасать меня и несмотря на риск быть убитым, он отбросил меня, а сам остался, за что и заработал легкое сотрясение и французские флешбэки. Я открыла рот, понимая весь героизм этого поступка, а потом он легонько подтолкнул меня.
— Сейчас муха залетит. — насмешливо бросил он и поплелся вперед. — Идем, возле будки охранника есть дырень, через нее и выберемся отсюда.
— Александр, стой! — я быстро рванула вперед и дотронулась до его плеча, на что он устало повернул голову и взглянул на меня.
— Что? О, дай угадаю... — он развернулся и широко улыбнулся. — Дорогой Александр, спасибо, что спас мне жизнь, ты мой герой и я буду вечность тебе благодарна?
— Дорогой Александр, я раскрошила ту дырень и мы не выберемся, если не найдем обходной путь.
— Это совсем не то, что я хотел услышать.