Петуния Дурсль и...

Все только и говорили об объявленных школах-участницах Кубка Трех Волшебников 2019 года. На Диагон-аллее не было ни одной стены, не оклеенной плакатами о самом громком событии, которое случится в этом году.

— Раз в пять лет проходят эти игры, а люди реагируют так, будто раз в пятьдесят, — негодовала Петуния, которая так и не смогла найти ни одной мантии без логотипа предстоящего Турнира.

— Ну, в Хогвартсе-то турнир не каждый раз, — пожал плечами Альбус, загородив собой растяжку, где огромными зелеными буквами было написано: "За кого болеешь ты? Хогвартс, Бобатон или Колдовсторец?".

Его мама, Джинни Поттер, отлучилась в магазин своих братьев "Волшебные вредилки Уизли", оставив младших на попечение Джеймса, которому в декабре стукнет аж шестнадцать лет, чем он почему-то очень сильно гордился.

— Раз в пятнадцать лет. Тоже не так уж и редко, — парировала Питти.

— Реже! — пискнула младшая из Поттеров — Лили, стараясь не выдавать градус своей радости. — Школ-участниц уже семь, а в каждом турнире участвуют только по три. К тому же, учимся мы всего семь лет, представляешь, как мал шанс стать свидетелем всех событий? Я так счастлива, что поступаю именно сейчас, ур-ра!!! — все-таки эмоции рыжей одиннадцатилетки прорвались наружу, и она закружилась на месте, демонстрируя новую школьную мантию.

— Ладно, ладно. Я поняла, что это я какая-то ненормальная, раз не радуюсь тому, что по нашей школе будет шастать полтысячи неизвестных нам учеников из других стран, которые даже языка нашего не понимают.

— Je comprends parfaitement la langue des Beauxbâtons, — замурлыкала появившаяся в салоне мадам Малкин Доминик, средний ребенок финалистки этого самого Турнира Флер Уизли, в девичестве Делакур. Девочка сверкнула синими, как ясное небо, глазами в сторону Лили и схватилась за ближайшую вешалку, прикидывая наряд к себе. — Et je serai heureux de traduire pour vous*.

— Хвастунья, — ответила Петуния, ни слова не поняв. — Привет, вообще-то. Как прошло ваше лето?

— Mama et рapa** никуда не поехали, потому что подарили все накопленные на отпуск деньги Мари с Тедди, чтобы те устроили себе медовый месяц. Они летали в Америку и вернулись всего пару недель назад. Мари такая довольная, я ужасно завидую!

— Тоже хочешь замуж? — пошутила Питти.

— О да! — неожиданно ответила Доминик, разметав серебристую шевелюру по только что накинутой на плечи мантии. — Но вряд ли рapa разрешит и мне так рано покинуть "отчий дом". Неизвестно, отчего он так быстро отпустил Мари...

У мамы Петунии была одна догадка, но чтобы в ней удостовериться, нужно было подождать девять месяцев. А пока оставалось только закатить глаза.

В студию, становящуюся тесной, как раз и вошла мама Питти — миниатюрная и суетливая Марго Дурсль. В руках она несла башню из нескольких коробок, за которой практически полностью скрывалась. Сдув челку крашеных в золотистый блонд волос, мама водрузила ношу на ближайший стул и весело сказала:

— Это просто праздник какой-то! На улице раздают бесплатно книги по истории Турнира Трех Волшебников. Я взяла три для нашей семьи, и за это мне подарили шарф Гриффиндора. Просто так!

— Мам, а корм для Джей-Джея ты купила? — перебила Питти, не желая знать, зачем им шарф именно Гриффиндора, учитывая, что она учится в Хаффлпафф.

— Твой лягушонок не останется голодным! Я взяла два вида сушеных мух и еще какие-то гранулы для роста земноводных...

— Зачем ему гранулы для роста? Джею уже два года, он вырос достаточно.

— На них были скидки!

— Я больше никогда не пойду с тобой на Диагон-аллею, — под общие смешки ответила матери дочь.

Так уж вышло, что в прошлые годы Питти посещала торговую площадь исключительно с волшебными родственниками или друзьями, но на этот раз родители поделили, так сказать, обязанности: Дадли на днях съездил за покупками с Магнолией, а Марго — сегодня с Петунией, ведь они дотянули до крайних сроков, боясь покупать одежду заранее — обе сестры-двойняшки летом начали стремительно расти. И если, по мнению Питти, Мэгги росла только вверх, то она сама продолжала "расширяться", от чего страшно комплексовала.

Из раздевалки, огороженной левитирующей и ни к чему не прикрепленной шторой, наконец появился Джеймс. Он примерял новую форму для полетов, сетуя на то, что по случаю Игр на весь учебный год отменят квиддич. Петунию даже позабавило, что у них со старшим кузеном нашлись поводы не любить Турнир, который еще даже не начался.

— Спасибо, тетя Марго, что напомнили! Я ведь хотел завести лягушку и назвать ее Питти.

— Что, почему? —голубые линзы, скрывающие радужку светло-карих глаз Марго, метнулись в сторону старшего племянника. — Так Джей-Джея зовут в твою честь? Петуния, как ты могла?!

— Это же шутка, мам!

— Вам очень идет, молодой человек! — подала голос маленькая продавщица, по лицу которой совершенно невозможно было определить ее возраст. — Упаковываем?

— Кстати, а зачем тебе форма, если квиддича не будет? — спросила Лили, пока Альбус, уставившись в зеркало, старательно избегал смотреть на старшего брата. Их отношения все еще были натянутыми, даже несмотря на то что Джеймс перестал подшучивать над братишкой, попавшим в Дом Слизерина.

— Тренироваться все равно надо! Я потеряю форму!

— Мисс Грейнджер-Уизли купила женский вариант буквально вчера, — как бы невзначай добавила продавщица. — И ее младший братишка точно такой же. Оба были в восторге от качества. И цены.

— Отлично!

— Будете как Лёлек и Болек, — хихикнула Питти, а за ней и младшие кузины.

Джеймс цыкнул, ворча о том, что не знает никаких Болеков, и вернулся за шторку, чтобы переодеться. Уже оттуда он крикнул:

— Я беру! И заверните драконовые перчатки.

— Кстати, есть мантии с окантовкой цветов Домов. Если вы только поступаете, то в течение двух недель мантию можно заменить, — обратилась работница магазина к хихикающим у зеркала Лили и Доминик. — Маленький мистер Грейнджер-Уизли приобрел мантию с бордовым кантом, цвет Гриффиндора.

Лили, не раздумывая, сказала:

— Я пока не буду такую брать, возьму эту, полностью черную. Мало ли что, — и она хитро глянула на Доминик, которая прикидывала на себя школьную форму с ярко-желтой окантовкой Хаффлпафф.

В прошлом году дочка Билла и Флер Уизли неожиданно попала в Дом шмелей, и большая часть родни все еще недоумевала, как так вышло. Но Розочка Грейнджер-Уизли, конечно же, не упустила возможности обвинить Питти в агитации. 

Петуния, молясь, чтобы история не повторилась, сверлила взглядом Лили, но та притворялась, что не замечала этого.

— Ты все примерила? — отвлекла Марго дочку.

— Да. Взяла на размер больше. А можно оторвать эти нашивки? — Питти указала на аппликацию на груди мантии, где красовался двуручный золотой кубок, под которым стояло название ее школы.

— Думаю, они нужны, чтобы ученики разных школ могли друг друга отличать. Русские и французы, наверное, приедут в похожих, — покачала головой Марго. — Пойдем, нам еще надо найти Мэгги и оторвать ее уже от твоего знакомого.

Чувствуя нотки беспокойства в голосе матери, Питти сказала, предварительно махнув на прощание родственникам и выбравшись из магазина:

— Скорп не знакомый мне, а очень хороший друг. Тебе не о чем волноваться, ма.

— Я волнуюсь за Скорпиуса. Если бы их увидел папа...

— Даже хорошо, что он не стал пробовать пройти через стену за пабом, да?

— Нет. Думаю, он был бы в восторге, как и я, от всех этих магазинчиков!

 — А мне кажется, он упадет в обморок, когда увидит чек.

— А мы не скажем ему, какой курс между фунтами и галеонами.

Курс был один к одному, так что Петуния только фыркнула. Прежде чем добраться до зоомагомагазина, где мама оставила Мэгги, они столкнулись с еще одними представителями огромного семейства Уизли: Одри, женой Перси, который сам, конечно же, был на работе в министерстве, и их дочерьми-погодками Эмс и Люси.

— Я поступаю, я поступаю, я поступаю в этом году! — пропела пышка-Люси, врезавшись в Петунию вполне намерено. — Я рада! А ты рада? Я очень рада!

Пока Марго и Одри обменивались информацией насчет цен на одежду, Питти спросила у Эмс, настолько похожей на младшую сестру, что их часто принимали за близняшек:

— Где были летом? Ни разу не застала вас в Барроу в августе.

— Мы только из Шотландии, пробыли там почти два месяца. Мамины дальние родственники оттуда, ты не знала? Ой, там такая ужасная погода! Но очень красивая природа! Столько травы и деревьев! А почему ты не заезжала в Барроу в июне? Мы были у ба и деда весь июнь практически! А еще горе — Фифи забрали в "Ракушку"! Без нее было ужасно тоскливо, мы уже привыкли. Эх, — и только Питти подумала, что Эмс выдохлась, как она продолжила: — Как там твоя железная шту-y-yка? Целая? Ты ее больше не ломала?

— Нет, после того, как тетя Джинни ее починила, штука работает исправно, — ответила Петуния, стараясь не вздрагивать при воспоминании о том, как в прошлом году улетела с эллиптического тренажера, о котором говорила кузина. — Фифи же собачка тети Флер, что ты хотела? Они вернулись из Ирландии и забрали ее домой.

— Хотела, чтобы ее оставили бабушке Молли! Нам было смертельно скучно без нее, у ба с дедом кроме нас лишь пару недель ночевали Фред с Рокси, пока их родители уезжали на море. Целый месяц мы только и делали, что пинали садовых гномов. Крутые они, да? Я не про гномов! Дядя Джордж так редко отдыхает, мы надеялись, что он застрянет в отпуске, и Рокси подольше побудет с нами, но нет, он не может без своего магазина!

— И совершенно не доверяет дяде Рону, — шепотом добавила Люси, кусая прядь рыжих волос. — Да, в Барроу было ужасно скучно этим летом. Так необычно. Еще и дядя Чарли решил пожить в "Ракуншке", а не в доме ба и деда. Мы уже точно знаем, что он будет в числе распорядителей на Турнире. А это значит что?

— Правильно! — перебила сестренку Эмс. — Что одним из заданий будут драконы!

— А их не допускали к Турниру двадцать лет!

Петуния вздохнула:

— Значит, у вас все хорошо? А мы вот ищем Мэгги. Она была в магазине животных вместе со Скорпиусом Малфоем и его папой, — сказала она чуть громче, чтобы отвлечь маму от разговора с Одри. Та была менее разговорчива, чем ее дочки, но затянувшийся декретный отпуск давал о себе знать, и как только женщине представлялась возможность, она могла болтать часами.

— Да, нам пора! — Марго взяла Петунию за руку, кивнула Одри и быстрым шагом направилась в сторону нужного магазина. Коробки, которые теперь она держала одной рукой, где еще и болталась маленькая сумочка, весело подпрыгивали, грозя упасть. — Отец Скорпиуса такой серьезный. Я чувствовала при нем себя как нашкодившая кошка.

— Может, проблемы на работе? Слышала, его родители, в смысле, родители мистера Малфоя, недовольны тем, что он устроился в министерство.

— Да? А не слишком ли Драко стар, чтобы слушаться родителей?

— О, ты его уже по имени называешь?

— Он сказал, что это приемлемо, — пожала плечами Марго. — Кстати, приглашал нас с отцом поужинать в той деревне, что возле вашей школы...

— Хогсмиде, — подсказала Питти, чувствуя прилив энергии от осознания, что с этого года сможет сама посещать деревушку и ее волшебные лавочки и пабы.

— Да, да. Так вот, из-за Турнира каникулы ребята будут проводить в школе...

— Что? Еще чего не хватало!

— Не перебивай. Но родственникам можно будет приезжать, и многие остановятся в деревне. Так что, Драко сказал, если мы с твоим папой и Мэгги будем навещать тебя одновременно с тем, как они с женой приедут к Скорпиусу, мы могли бы все вместе где-нибудь поужинать.

— Думаю, папу нужно будет подготовить заранее.

— Я тоже так думаю, — вздохнула Марго, из-за чего гора коробок в ее руке покосилась и начала уже падать, если бы не левитирующие чары появившегося из "Волшебных вредилок" Рона Уизли. — Спасибо! Уф.

— Привет, мои замечательные родственники! Вы разминулись с Джинни, она ушла в вашу сторону пару минут назад. А если вы ищете бледного дракона и украденную им принцессу, так сильно похожую на Петунию, то они на втором этаже. В зверинце им стало скучно еще десять минут назад.

— Ох!

— А папа-дракон бледного дракона пошел считать свои денежки в Гринготтс и обещал вернуться через пять минут. Это было около пятнадцати минут назад.

— Рон, большое спасибо, что приглядел за Мэгги. Она же совсем не ориентируется на Диагон-аллее.

Дядя, похлопав себя по выступающему над брюками животику, только хохотнул.

Петуния, отпросившись у мамы, полетела искать сестру. Но не успела она переступить порог магазина, как окунулась в какую-то невероятную феерию пыхтящих, звенящих, дребезжащих скляночек, баночек и коробочек, вокруг которых ползали, летали и гуляли многочисленные пушишки, феи и, кажется, уменьшенные копии дракончиков. Во всем этом шуме и переливе ярких цветов находились две дюжины детей, несказанно радостных от происходящего вокруг безумия. Найти здесь лестницу на второй этаж или кассу казалось невыполнимым делом. Но наконец Питти увидела нечто каменно-деревянное, закрученное спиралью в углу, с цветными и вращающимися вокруг своей оси полосатыми балясинами на манер столбов у барбершопов.

— Мерлиновы подтяжки, — вырвалось у нее, когда по отполированным перилам скатился симпатичный парень лет восемнадцати в фартуке продавца.

— А, Петуния Дурсль! Привет. Твоя сестра и друг наверху, рассматривают полку с вредиловыми сладостями. Это налево от лестницы, в самом углу. Подальше от посторонних глаз, — подмигнул он.

— Вот пойду и помешаю им. Спасибо, — стараясь не выпучивать глаза, ответила Питти. 

Пока поднималась, она пыталась вспомнить, откуда этот парень мог ее знать. Но быстро отбросила эту мысль, выискивая взглядом двойняшку и друга. Когда она нашла их, оказалось, что те, склонившись над чем-то, стояли настолько близко, что у папули Дадли точно бы случился сердечный приступ.

— Ах вот вы где! — громко крикнула она, с умилением увидев, как Скорп отскакивает от Мэгги, словно резиновый мячик. — Не пугайтесь, это всего лишь я.

Сестра, немного розоватая, спрятала за спину какой-то предмет.

— Мама внизу. И, кажется, очень ждет твоего папу, чтобы сказать ему пару слов об ответственности за детей.

— Он всего лишь отошел в банк, — пунцовея, ответил Скорпиус. — Как дела у Альбуса? Не хочу подходить к нему при его папе.

— Дяди Гарри нет, они с Джинни. Были в салоне мадам Малкин, когда мы видели их в последний раз. Положи уже это в сумку, я не буду спрашивать, что там, если не хочешь, — нетерпеливо сказала Петуния сестре, закатив глаза. Та поспешно закинула нечто блестящее в свой рюкзачок. — Ну, идем? — она первая направилась к лестнице.

Скорпиус, обогнав, предложил:

— По перилам можно съехать. Давай? Не бойся, они окутаны чарами, не упадешь.

— Даже не...

Скорп подал руку Мэгги, чтобы удобно ее усадить. Она поехала вниз с радостным визгом. Беловолосый друг многозначительно поглядел на Петунию. Пришлось быстро решиться.

Она боялась ощущения падения, но его не было. Вместо этого тело будто обхватил теплый поток воздуха и потянул за собой, вызывая на спине легкую щекотку. Питти не сдержалась и тоже залилась хохотом, который, как по волшебству, усиливался с каждым витком вниз. Приземлилась она тоже легко и плавно, словно большой добрый великан, аккуратно держа за воротник, поместил ее на отполированный до блеска каменный пол первого этажа.

— Вау! — выдала она, обняв ждущую у лестницы Мэгги. За ее спиной вихрем пронесся Скорп. — Ты заплатил за то, что вы разглядывали наверху?

— Сейчас! — он убежал к кассе, которая за наваленными на нее цветными коробками была совсем не видна.

— Так что же там? — шепнула Петуния сестре.

Та хихикнула:

— Кулон со специальным зеркалом. Если купить такое же и связать их какими-то там чарами, то можно по нему общаться.

— Альбус говорил, что такие зеркала ужасно дорогие!

Мэгги зарделась.

— Ладно, Скорп, очевидно, может себе его позволить, — добавила Питти. — А теперь сотри эту улыбочку с лица и пошли уже к маме, пока она не разнервничалась.

Когда они покинули магазин, звуки веселья резко утихли, как если бы их кто-то отключил. Петуния неверяще оглянулась — внутри продолжали носиться феи и дракончики, вертеться на месте какие-то предметы и радостно озираться покупатели. Мама отвлекла ее, громко сказав "Ну наконец-то!", а Мэгги начала извиняться, обняв ее, а потом забрав несколько коробок, чтобы помочь нести.

— Где бледный дракон-младший? — спросил дядя Рон у девочек.

Мэг насупила брови, которые, кстати, с этого лета она начала выщипывать. С разрешения мамы, конечно. Питти решила такими вещами пока не заниматься — в ее жизни боли хватало, особенно с наступлением "расцвета", как назвала это гинеколог, к которому девочку отправили летом.

— Ты так о моем ребенке отзываешься, Уизли? — хмуро спросил мистер Малфой, появившийся неожиданно только для двойняшек, стоявших к нему спиной. Дядя Рон прекрасно видел, как он подходил, ведь его магазин находился близко к центру широкой площади, без поворотов и закоулков.

— А что я такого сказал? Ты ведь Драко, считай, Дракон.

— Скорпиус, — вместо ответа Рону, мистер Малфой обратился к появившемуся в дверях сыну, — нам очень срочно нужно...

— Что? Мама?..

— Давай не здесь. Идем. До свидания, Марго.

— До встречи, — встрепенулась мама Петунии. Мистер Малфой кивнул, и они со Скорпом быстро направились в сторону паба "Дырявый котел", чтобы покинуть Диагон-аллею.

— Что-то случилось, да? — обеспокоенно спросила Мэгги, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Его мама чем-то болеет, — тихо ответила Петуния, почувствовав, как в животе собирается маленький, но неприятный клубочек.

— Он не говорил мне...

— Мне тоже. Услышала от Альбуса как-то. Не думала, что это настолько серьезно.

— Может, и не серьезно. Кто из нас не болел? Не беспокойтесь заранее. Ваш друг сообщил бы вам, верно? — проговорила мама каким-то заискивающим тоном.

— Верно! Я слышал, сейчас даже от драконьей оспы лечат. А ведь раньше умирали штабелями! — широко улыбаясь, поддержал Рон.

— Ладно, нам правда пора. Мы ведь все купили, перья, чернила, пергамент, склянки для зелий?

— Все, все. Ты список прямо наизусть выучила? — попыталась улыбнуться Петуния, чтобы отвлечь все еще хмурящуюся Мэгги.

— А что в этом такого? Ну, пойдемте.

Мама первая зашагала вперед, но Питти сообщила ей, что идет она не в ту сторону. Нервно хохотнув в такт развеселившемуся от этого казуса Рону, Марго развернулась и направилась туда же, куда совсем недавно спешили мистер Малфой и Скорп.

*(франц.) — Я прекрасно понимаю язык Бобатонцев. И с удовольствием буду вам переводить

** (франц.) — мама и папа