Глава 3
А что произошло в жизни Турбо? Что было с ним на протяжении четырех лет?
Каждый день в тюрьме тянулся бесконечно. Серые стены, холодные коридоры, звон ключей и глухие шаги охранников — всё это стало частью его нового мира. Но даже среди этой серой рутины Турбо не мог ни на минуту отвлечься от мыслей о Даше.
Он просыпался с её образом в голове, с её глазами, полными решимости и боли, и засыпал так же, повторяя в уме каждое её слово, каждый взгляд. Но вместе с этим каждый день приносил горькое сожаление: о том, что он сказал, о том, как обидел её в пылу спора, о том, как его слова могли разрушить то, что он так отчаянно пытался сохранить.
— Если бы я только мог вернуть время... - шептал он себе, глядя в потолок камеры. — Если бы я только сказал по-другому...
Дни проходили в однообразной череде: работа, перекличка, еда, прогулка в тюремном дворе. Но внутри него бурлило всё то, что невозможно было показать никому. Каждый миг был окрашен мыслями о том, что она могла бы прийти. Турбо ждал её: ждал, что она навестит его, что она придёт через эти серые стены и хотя бы скажет, что всё ещё есть шанс, или хотя бы напишет письмо, которое позволит ему почувствовать её присутствие, её голос на бумаге.
Ночи были самыми тяжёлыми. Валера лежал на жесткой койке, и тишина камеры словно давила на него, возвращая снова и снова к воспоминаниям о ней: о её взгляде в тот день, когда всё пошло не так, о её криках, о том, как он её защитил, но всё равно потерял. И каждый день он клялся себе, что если когда-нибудь выйдет, он сделает всё, чтобы исправить это.
Но пока реальность была иной: тюрьма, одиночество, его собственные слова, о которых он жалеет, и Даша, его свет и одновременно вечная боль. Она стала его тюремным солнцем, его надеждой и его вечным мучением, а каждый день стал ожиданием, что когда-нибудь она даст знак, что всё ещё помнит и, возможно, простит.
Только один его верный друг всегда был с ним в контакте, Зима писал ему письма каждый день.
Турбо часто спрашивал про Дашу, про её адрес и как её найти. Вахит не мог ответить на эти вопросы, его отношения с сестрой были испорчены и единственный договор с ней, это то что он ничего не скажет Туркину о её жизни.
Валера пытался найти её. Спрашивал у общих знакомых, просматривал все места, где она могла бы появляться, оставлял тайные сообщения, надеясь, что она ответит. Но все попытки были тщетны. Она будто растворилась в этом мире, оставив лишь воспоминания, которые с каждым днем становились всё болезненнее.
Сначала отчаяние грызло его изнутри, но со временем Турбо понял: мир не ждет. Чтобы выжить и вернуть хоть какую-то власть над своей жизнью, ему пришлось начать свой бизнес — опасный, рискованный, слегка криминальный. Сделки в тени, знакомства с теми, кого лучше было бы избегать, быстрые деньги, шумные бары и тихие закоулки. Он делал это, чтобы поддерживать себя на плаву, чтобы чувствовать хоть какой-то контроль над реальностью.
Но даже среди этой хаотичной жизни мысли о Даше не отпускали его ни на минуту. Каждый день он видел её в глазах прохожих, в отражениях витрин, в каждом случайном смехе. И каждый вечер, когда он возвращался в пустую квартиру, Турбо наливал себе виски. Стакан за стаканом, он пытался заглушить её образ, забыться хотя бы на мгновение. Но виски лишь усиливало тоску.
И однажды, среди привычного шума сделок и разговоров в криминальных кругах, ему удалось выцепить маленький, но важный кусочек информации.
Встречаясь с людьми, которые работали в похожем «бизнесе», Турбо услышал случайный комментарий: упоминание о женщине, которая ведет дела почти так же, как он когда-то видел Дашу — решительная, осторожная, непредсказуемая. Имя, которое прозвучало вскользь, заставило его сердце биться быстрее.
Второй зацепкой стало письмо от лучшего друга. Где почему-то в очередной раз мелькнул адрес: Санкт-Петербург. Раньше Зима специально ставил адрес, откуда отправляют письмо «Москва», а когда ему писал Турбо, то писал тоже в Москву, откуда Зиме привозили письма. Но в последние дни было куча проблем и он об этом забыл, тем самым спалив свой адрес.
Питер. Окраина. Дом Даши.
— Вахит, ты что нарушил договор?! Ты рассказал Турбо, что живешь в Питере?
— Нет, с чего ты взяла.
— Птичка нашептала, что твой дружок едет в Питер! Какого черта?!
— Да не говорил я ему! - тут Зималетдинов начал вспоминать последние отправленные им письма и вспомнил.
— Черт, прости пожалуйста, я заработался и забыл поменять место отправки.
— Зашибись. Не удивлюсь, если ты сделал это специально. - упрекнула его девушка, ведь за последние четыре года они общались только по праздникам.
— Зачем ты так? Я наоборот с тобой общение хочу наладить, хватит уже обижаться. Это старые обиды, пора жить дальше.
— Ладно, надеюсь он сюда не сунется. Если сунется, то ты не знаешь где я!
Брат с сестрой вроде как наладили контакт и даже впервые нормально пообщались. Их разговор прервал Марат, который влетел в гостиную и утащил Дашу в кабинет, закрывая дверь.
— Что такое?
— У нас проблемы Даша, он узнал про наш бизнес. Он крутится в той же теме. Он закупается у тех же поставщиков, через них нарыл информацию как-то. Поставщики хотят объединить наши компании, для большей продуктивности.
— Твою мать! Вот скажи мне, мы им мало платим, чтоб они возили себе спокойно запрещенный товар и конфискат через границу?
— В общем нам нужно нагнуть его и отжать бизнес, сомневаюсь что мы с ним сработаемся. - усмехнулся парень.
Но Даше было не до смеха. Её быстро настигла паника и страх. Ведь ей было что скрывать от Турбо и если они будут в одном городе, то скрывать свою тайну ей будет еще сложнее.
— Ты знаешь когда он будет в Питере?
— Судя по всему через час где-то.
— Тогда поехали быстрее.