Часть 1. Серые глаза
Скрип, создающийся от прикосновения подошвы ботинок со снегом, неприятно резал слух. Было уже поздновато для прогулок. На улице появлялось все больше сомнительных людей с неприятным внешним видом.
Белые хлопья кружились над головой, даря холодные объятья девушке. Её волосы покрылись инеем и поменяли цвет с привычного каштанового на ярко-серебристый. Щеки горели и покалывали от того, что лицо было предоставлено порыву морозного ветра, постепенно они приобрели розоватый оттенок. Глаза слипались из-за плохой видимости, а ноги медленно брели в неизвестном направлении.
«Отец с меня три шкуры снимет» — пронеслось в голове девушки.
Пошарпанные дома и недостроенные дороги окружали девичье тело. Эта была Дильназ, дочь одного из полицейских этого города. Хрупкая девушка с чувственными чертами лица, доставшимся ей от покойной матери. Она была среднего роста около метра семидесяти — компактная, худощавого телосложения. Хоть они с отцом жили в хороших условиях, Дильназ старалась лишний раз не появляться дома, от чего и недоедала.
Отец её был майором милиции, но ещё не «оборотнем в погонах». Ильдар движется в этом направлении очень уверенно и напористо, не жалея окружающих и родных, поэтому и применял физическую силу в качестве воспитания. Он был убеждён, что если подростки не понимают на словах, то нужно переходить к радикальным мерам. Для него радикальными мерами могло быть что угодно: от избиения подручными средствами до кулачных боёв. Он не смотрел на пол, ему было неважно, провинилась девушка или же молодой парень. На всё это он говорил: «Ты мне ещё спасибо скажешь за это!»
Шатенка погружалась в мысли, не замечая ничего вокруг, продолжала идти, не заостряя внимания на том, что кончиков пальцев она уже не чувствовала.
Дильназ знала, что отца интересует в первую очередь репутация, от которой зависел его статус в обществе. Так как он уважаемый человек с ответственной должностью, то его продолжение рода в виде Дильназ должно быть безупречным. Золотой ребенок.
С самой высокой успеваемостью в школе, идёт уверенными шагами на красный аттестат. Каждый, кто не поленится, скажет ей, что она достойная дочь высокочтимого человека, что отец её в своё время тоже был отличником. Как полагается хорошим девочкам, она сдержанна и безупречна. Не позволяет себе вычурную роскошь, одевается скромно, но со вкусом, не допускает грубость по отношению к другим, старается быть активисткой в школе, чтобы получить безукоризненную характеристику. Именно поэтому вечера в ДК с ровесниками на зажигательных вечеринках она меняет на сольфеджио и книги.
Её отец не спрашивая, хочет ли она заниматься музыкой, с двенадцати лет водит на дополнительные часы в музыкальную школу. Ведь это является огромным плюсом в копилочку, благодаря чему его жестокость расплывается на фоне такого правильного и любящего отца.
И вот, очередной вечер, когда Дильназ возвращается с поздних занятий домой. Она идет неспеша не только из-за ветра, но и из-за того, что дома её не ждут с распростёртыми объятиями, с тёплым ужином на столе и душевными разговорами о том, как прошел день.
Понимает, что её каратель заставит играть до изнеможения, пока игра не будет идеальной. После чего он отправит её делать уроки, даже если они уже сделаны, это больше является предлогом для того, чтобы девчонка сидела в комнате безвылазно и не мешала отцу расслабляться перед телевизором.
Не хочет.
Раздражает эта серая рутина.
Этот круг, который не заканчивается уже очень долгое время.
После смерти матери все изменилось по самый корень. Ильдар перестал задаривать свою девочку подарками, тёплыми объятиями и приятным времяпровождением. Он изменился. Похолодел и очерствел. Стал больше уделять времени работе и успеваемости дочери. Начал контролировать каждый шаг девочки. Все дошло до того, что она не могла закрыть дверь в своей комнате, не могла уединиться со своими мыслями. Везде был он — её каратель.
Дильназ было противно от собственной жизни, но и страшно что-то менять. Она с печальными вздохами наблюдала за своими ровесницами, которые выживали все соки из подростковой жизни. У неё были друзья, но их можно по пальцам одной руки пересчитать. Айгуль и Андрей.
С Айгуль они знакомы с двенадцати лет, как раз с того момента, как шатенка начала ходить в музыкальную школу. Их знакомство было до жути смешным и нелепым. В самый первый день прослушивания перед тем, как поступить в эту школу, нужно было сдать хотя бы базовые навыки, к которым готовили их за несколько недель, светловолосая девчонка плакала в женском туалете от страха разочаровать преподавателя. Там-то они и подружились Дильназ поддержала незнакомую девочку объятиями и заверяла, что учительница по скрипке её не съест, тогда они ещё даже и не догадывались, что такая короткая встреча станет началом их крепкой дружбы, которая продолжается и по сей день.
С Андреем дела обстояли иначе. Он был не только другом в музыкальной школе, но и ее соседом в их общеобразовательном учебном заведении. Держались друг за друга, старались всегда быть рядом с начала этих тяжелых перемен. Светловолосый парень с пухлыми губами всегда приветливо улыбался и обменивался с девчонкой книгами. Вместе они обсуждали всевозможные темы, пробовали что-то новое и пытались жить так же развязно и беззаботно, как их ровесники.
Отец был не против Айгуль и Андрея, так как был лично знаком с их родителями. В случае чего он мог контролировать свою кровинушку через звонки родителям друзей, у которых Дильназ оставалась. Это было ему на руку.
Сегодня вечер пятницы, вечер, когда шатенка возвращалась с последних занятий перед заслуженным отдыхом. Выходные были её любим днем. Ведь в это день Ильдар не наседал с учебой и давал возможность девочке дышать полной грудью. Она могла пойти на ночёвку к Айгуль, с которой они бы обсуждали мальчиков и смотрели мультфильмы или к Андрею, у которого она могла почувствовать себя вновь маленькой и любимой в семье.
Чаще всего она выбирала Андрея и его младшую сестру Юленьку, с которой они неплохо ладили.
Этот вечер не должен стать исключением. Она идет не торопясь, обдумывая, как начать неприятный разговор с её лучшим другом. В последнее время её Андрейка стал слишком отстранённым и хмурым. Больше нет на его лице ребяческой улыбки, он променял её на кривую ухмылку. Но ладно это! Вот когда он пропустил три дня сольфеджио, особенно когда на носу отчетный концерт — это уже тревожный звоночек.
Мария Ивановна, которая является преподавателем, очень огорчена и зла на парнишку. В последнюю встречу она грозилась позвонить матери Андрея. Узнав об этом, ДиляСокращенное имя Дильназ попыталась успокоить учительницу, пообещав, что поговорит с ним. Но этого не произошло. Ведь Васильев игнорировал свою подругу и при любой возможности избегал её взгляда, даже отсел от неё к Машке Воробьёвой. Это очень обидело Дилю. Настолько, что она пустила скупую слезу во время урока астрономии. Не хотела она видеть его, но доброе и справедливое сердце скулило, прося о встрече, не могла девушка не предупредить друга о том, что тот мог получить по шапке за прогулы. Поэтому брела по заметённой улице к его дому.
Завернув за угол, где было не так ветрено шатенка остановилась, чтобы перевести дыхание. Её рука поползла за ручными часами, дабы проверить не легла ли спать Юлька. Зная, какая девочка капризная, и как тяжело уложить её спать, Диля старалась приходить раньше, чтобы не мешать укладывать малышку.
На часах было полседьмого, времени было ещё предостаточно — почти два часа. Это не могло не радовать. Улыбка отразилась на замёрзшем лице, быстро спрятав часы под тёплое пальто, она продолжила путь.
До долгожданного здания оставалось от силы минут пять ходьбы. Диля улыбалась от того, что дорога выдалась спокойной, без выстрелов на заднем плане.
Но спокойствие длилось недолго. На какой-то момент снежная буря стихла, и девушке показалось, что на улице совсем тихо. Нет привычного гула и свиста в ушах. Лишь давящая тишина и громкий звук хрустящего под ногами снега.
Она остановилась, не понимая, что происходит. Диля обернулась дважды, чтобы убедиться в том, что находится здесь одна. И это было её ошибкой.
Обернувшись она заметила мужской силуэт, который очень быстро шел в её сторону, и с каждым шагом стремительно сокращал дистанцию. Силуэт раздвоился и превратился в небольшую группу из четырех человек. Диля стояла как вкопанная, боясь пошевелиться. Замерла, как олень перед фарами.
— Блять... Мне крышка, — тихо проговорила девушка в утонченном пальто.
Свист прогремел по всей улице. Стало страшно до жути. На негнущихся ногах девушка побежала так быстро, как только могла. Лёгкие горели от нехватки кислорода, а по щекам потекли слёзы. Это был первый раз в её жизни, когда она столкнулась на прямую со всеми страхами этого города. До этого она только слышала, что происходит по вечерам. И теперь, когда за шатенкой гнались четверо парней, она поняла, что лучше бы сидела дома пусть и с отцом тираном, но по крайней мере её сердце бы не уходило в пятки.
Один из парней нагнал её и схватил за локоть. Девушка брыкалась и жалобно всхлипывала.
— Что вам нужно? — сквозь слёзы пролепетала та.
Парень ухмыльнулся и обнажил ряд передних зубов в противном оскале.
— То, о чем ты подумала, куколка, — мерзкий хохот раскатился по всему двору.
Дальше она уже ничего не видела и не слышала, только почувствовала что-то тяжелое у себя на затылке, после чего упала в чьи-то руки.
Перед тем как упасть от оглушающего удара, она продолжала брыкаться в попытке вырваться, но это было безуспешно, четверо парней окружили её.
Мерзко.
Очнулась Дильназ только когда почувствовала металлический привкус во рту. Шатенка не понимала, сколько прошло времени с того, как её оглушили и она упала, провалившись во тьму. Открывая глаза, кареглазая надеялась, что весь ужас закончился, но как же она ошибалась. Чужие массивные руки лапали её за грудь, другие пытались снять штаны, кто-то трогал ягодицы и промежность у ног, а кто-то подгонял всю эту компанию. Она плакала навзрыд и кричала от безысходности.
— Закройся, вафельница — массивная рука легла ей на лицо, перекрывая какую-либо возможность говорить.
Сугроб, на котором она лежала проваливался под таким количеством тел, кофта на ней была разорвана, холод гулял по телу. Пальто было брошено где-то рядом. Лопатки больно впивались в землю, спина промокла, но девушка сейчас и не думала о том, что точно сляжет с пневмонией после такого.
Её ноги были напряжены, она пыталась предотвратить изнасилование и не дать снять джинсы. Изворачивалась и громко мычала под мужской рукой, когда один из компашки сжал её грудь с такой жадностью, что из глаз прыснули слёзы с ещё большей силой. От таких прикосновений у неё точно останутся синяки. Укусив на адреналине пальцы того, кто пытался её заткнуть, у неё получилось снять хотя бы одни оковы. Пацан отскочил и убрал руку с грозным шипением. Дильназ закричала с мольбой о помощи с такой силой, что горло её захрипело.
— Тебе никто не поможет, кричи сколько хочешь! — смеясь крикнул главный, что лапал её за грудь.
Страшно. На мгновение она захотела просто умереть.
— Ублюдки! — харкнув кровью в лицо улыбающегося, захрипела кареглазая.
Увидев в его глазах гнев, который распылялся с каждой секундой, шатенке стало ещё страшнее. Рука его перешла на горло плотно обхватив её.
— Хорошие девочки сидят дома, вафельница, — причитал он, притянув девичье тело за шею. — Не доставляй нам хлопот, куколка, — больно укусив её за нижнюю губу, прохрипел возбужденный голос.
Глаза её остекленели, мысленно она уже похоронила себя в этом сугробе. Надежда на спасение угасала с каждым новым прикосновением, таким жадным и грязным. У пацана, который пытался снять джинсы, дрожали руки от перевозбуждения или страха. Это было известно только ему.
— Ковёр! Ты чё так копошишься? — рявкнул главарь.
Дильназ слышала разговор отдалённо, в голове был белый шум. Она начинала терять сознание от происходящего с ней ужаса. Девушка хотела провалиться во тьму и не чувствовать ничего. Но даже этой роскоши её лишили. Почувствовав сильный удар по лицу, от которого она пришла в себя, Диля поняла, что её джинсы начинают приспускать. Холод прокатился по ягодицам, нижнее белье промокло насквозь, что вызвало в теле дрожь и мурашки. Сжалась вся.
Пальцы так называемого «Ковра» поползли к промежности, его руки были очень холодными. Он трогал её через белье резко и быстро. А второй рукой сжимал её бедро до такого состояния, что костяшки побелели. Вся компания заливалась хохотом от жалких попыток девчонки остановить этот беспредел.
Она нашла в себе силы на ещё несколько продолжительных просьб о помощи.
— Нет! Нет! Прошу вас. Не надо! — задыхалась она от слёз.
Послышались быстрые шаги и удары на заднем плане. Но Диля не обращала внимание, она рыдала от безысходности, содрогалась и молила о пощаде. Крики и бойня окружали её хрупкое тело. Кто-то пришел на помощь. Как только «Ковра» оттянули с такой резкостью, что он больно ударил локтем внутреннюю сторону бедра, на этом месте точно останутся синяки. Она всхлипнула, переворачиваясь на бок, попутно поджимая под себя ноги от безысходности.
«Я умираю или кто-то услышал мои молитвы?»
Незнакомец бил уверенно и быстро, каждый удар поставлен с правильной техникой, что позволило ускорить так называемый спарринг. Слышала, что кто-то захлёбывался кровью и сплёвывал её на асфальт с сильной нервозностью. Дрожащими руками пыталась натянуть джинсы, которые уже успели испачкаться в чей-то крови и грязи. Выглядела она ужасно. Заплаканное лицо, на котором красовалось пару ссадин и разбитая губа, множество засосов на груди, отпечатки мужских рук на шее, которые начинали приобретать багровый оттенок. Разорванная кофта, сломанные ногти и растрепанные волосы, теперь от былой прически не осталось и следа.
Руки предательски дрожали от чего-то, она не могла не только натянуть джинсы, но и привстать со своего места без чьей-то помощи. Глаза слезились, от чего она раздражалась и истерично заливалась слезами. Хотела убежать, но не было возможности. Обречённо рухнув на землю, Диля закрыла глаза, чтобы не видеть всего ужаса. Мечтала о том, чтобы и ничего слышать она не могла.
Незнакомец неприлично выругался, когда один из компании прописал ему удар под дых, от чего из его легких вырвался прерывистый вздох. Кровавая бойня длилась недолго. Защитник, пришедший на помощь пригрозил этим уродам, что в следующий раз он отправит их прямиком на встречу с Богом.
Тишина и только слабые всхлипы разряжали обстановку.
Молодой человек наклонился над пострадавшей и провел своей окровавленной рукой по плечу содрогающейся от холода и страха. Она дёрнулась и распахнула глаза, но плакать не перестала.
Перед её глазами стоял парнишка, который был старше на несколько лет. Высокий, на полторы головы так точно, с пронзительными серыми глазами, которые наблюдали за девушкой. Его лоб был расквашен, кровь стекала по подбородку, но он не обращал внимание на это. Он протянул руку без каких-либо слов. Разбитые костяшки не давали возможность раскрыть её полностью. Видя, что девчонка в шоковом состоянии и боится шелохнуться лишний раз, он начинает говорить в спокойной и успокаивающей форме, чтобы она почувствовала, что тот не представляет угрозы для неё.
— Вставай, а то заболеешь, — тихо прохрипел сероглазый.
Вздрогнула и протянула руку, не прекращая смотреть на него. Он поднял её с сугроба, отряхнул остатки снега с плеч, хотел помочь одеться, но отпрянул, боясь, что сделает только хуже. Девочка дрожала уже от холода, руки не слушались, от чего она занервничала и обречённо всхлипнула. Посмотрела на парня. Он понял все без слов, но спросил разрешения, когда получил активный кивок головы помог натянуть джинсы и застегнуть их. Это выглядело до жути неловко и нелепо, от чего он покраснел, а брови его свелись к переносице.
— Спасибо... — тихо прошептала шатенка, когда парень отступил от неё.
Он сожалеюще улыбнулся. Пытался отвести взгляд от женской груди, украшенной багровыми отметинами, смотрел выше на шею и заметил отпечаток пальцев, которые душили её. Скривился от неприязни. Девушка стояла в оцепенении видела, что серые глаза изучают её, попыталась прикрыться, от чего смутила парня, и он понимающе перевел взгляд на сугроб, где она валялась пару минут назад. Завидя там женское пальто и сумку он поспешил поднять. Отряхнув от снега, приблизился к ней.
— Позволишь? — участливо обратился парень.
Растерялась на мгновенье, но собрав последние остатки сил, кивнула в знак согласия. Парень помог ей одеться, касался трепетно и боязливо, стараясь не навредить и так пострадавшей психике. Вручил ей в руку сумку, на мгновенье задержав свои пальцы на девичьей коже. Отмечая, что та продрогла до нитки, а кожа начинает менять оттенок из-за низкой температуры воздуха на улице.
Они стояли так некоторое время, каждый думал о своём. Диля о том, как ей идти к Андрею и как это скрыть от отца, а незнакомец думал о том, что не зря вышел за пачкой сигарет.
— Вы можете провести меня, пожалуйста?— заикаясь попросила пострадавшая. Теперь она боялась идти куда-то без сопровождения, ей было страшно, что кто-то её может поджидать за углом.
Они были в тёмном дворе, где фонари плохо горели, от чего она не могла толком разглядеть своего спасителя. Парень лишь напряжённо вздохнул со словами: «Показывай, куда идти».
Шли они порознь, но когда проезжала машина или кто-то смеялся, девушка неосознанно прижималась к высокому парню, а позже извинялась за свой страх и непроизвольную реакцию. Он улыбался и тихо посмеивался. На мгновенье он замедлил шаг для того, чтобы достать сигареты с куртки.
Диля наблюдала заворожённо за парнем, который её спас. Они стояли под фонарём и теперь, пока незнакомец подкуривал от спички у неё выпала возможность рассмотреть его поближе.
Смешная красно-чёрная шапка, из которой выглядывают кудрявые волосы, нос с еле заметной горбинкой, грубые черты лица, острые скулы и подбородок, брови домиком, тонкие губы, которые сжимали нервно сигарету. У него были длинные ресницы и еле заметные веснушки. Он был странным, но эта черта характера только притягивала к себе внимание. На плечах серая куртка, под которой был одет спортивный костюм. Сбитые руки и ссадины на лице дали толчок для размышления. Сложив сопоставимые факторы, шатенка поняла, что он из группировки и теперь она должна ему за непрошенную помощь, липкий страх охватывал её.
Незнакомец хмыкнул на то, как напряжённо девушка изучала его.
Подойдя к дому Андрея, они задержались. Диля пыталась совладать с эмоциями, чтобы голос не дрожал, но получалось это плохо. Подняв запястье, чтобы поправить мешающий локон волос, она озвучила свои мысли.
— А-м... — замялась, нервно прикусив язык, посмотрела на парня, который выгнул бровь в ожидании. — Спасибо, что выручили. Что я должна вам? — опустив взгляд в сторону, чтобы не столкнуться с серыми как сталь глазами. Надеялась, он скажет, что ничего не надо. Но головой понимала, что впрягаться за незнакомку и получать по шапкебыть побитым вряд ли принесёт за собой какую-то выгоду.
Парень выбросил окурок в сугроб и гортанно хмыкнул:
— Разберёмся. Иди домой, а то ещё заболеешь, — парень окинул взглядом девушку в последний раз, перед тем как уйти в неизвестном направлении.
Дильназ наблюдала за удаляющейся фигурой парня. Долго стояла, пока парень вовсе не скрылся с радаров. Глупо улыбнулась, а в голове пронеслось:
«Вот это да! Мне помог один из этих.»
Это было начало перемен в её жизни. Теперь она должна одному из таких пацанов. Но девушка даже не узнала его имени. Как же Дильназ будет выпутываться из этого?