Глава 14. Первый, нахуй, пациень
(От лица Майи)
Турбо увозили в больницу. Он был злой, матерился, пытался вырваться, но медики крепко держали носилки.
А Марат катался со смеху.
— Ну хоть кто-то его, блять, заткнул! — он хлопнул себя по колену и снова заржал.
— Ага, блять, награда за лучшую тишину года уходит Майе! — добавил Вова, ухмыляясь.
Люди из «Универсама» тоже ржали, кто-то даже хлопнул Майю по плечу.
— Бля, давайте не будем его лечить, пусть лежит, молчит и страдает, — усмехнулся один из парней.
— Не, ну если совсем сдохнет, будет жалко, — хмыкнул Вова. — Пацан ещё поорет, зато будет знать, что женщин бесить нельзя.
Майя сложила руки на груди и смотрела, как Турбо корчится от боли.
А потом сама рассмеялась.
Сначала тихо. Потом громче.
Пока не начала ржать в голос, согнувшись пополам.
— Ёбаный стыд, как же ты орал!
Марат чуть не задохнулся от смеха.
— "Ты, сука, совсем ебанутая?!" — передразнил он Турбо, корчась от хохота. — АХАХАХАХА!
— Бля, да-да, — Майя хваталась за живот. — Он так орал, будто я его, нахуй, на мясо пустила!
— Майя-каннибал, новый уровень страха, — подхватил Вова, тоже смеясь.
Зима качал головой, пытаясь сохранить серьёзность.
— Вы неадекваты.
— Да ты тоже держишься из последних сил, не пизди, — Марат толкнул его в бок.
Зима закрыл лицо ладонями.
— Бля… я не могу…
И тут он тоже фыркнул.
Марат аж остановился.
— ВАХИТ, ТЫ ЧЁ, ЗАСМЕЯЛСЯ?! — он схватил его за плечи. — ВСЕ, МИР ОХУЕЛ, ВЫЗЫВАЕМ СВЯЩЕННИКА!
Зима оттолкнул его, но уголки губ всё равно дрогнули.
— Блять…
— Давай, не подавляй, отпусти себя, брат, это нормально, если ты хочешь поржать с долбоёба Турбо!
Зима вздохнул и сдался.
Его смех был тихий, но это было победой.
— Вот, блять, совсем другое дело! — Марат похлопал его по спине.
Майя, вытирая слёзы, посмотрела на Турбо.
— Ну что, первый, нахуй, пациент нашей группировки?
— Пошла ты нахуй, — прошипел он.
Она заулыбалась.
— Люблю тебя тоже, милый.
Марат опять заржал.
— Бля, ну за что я вас всех так люблю?
— Давайте лучше выпьем за Майю, — усмехнулся Вова. — За её железные нервы и меткость.
— За её злую, ебанутую душу, которая нас всех тут держит! — добавил кто-то из «Универсама».
Все дружно засмеялись, а Турбо в тачке шипел от злости.