Свет среди тьмы||Турбо, Слово пацана

Суворова, а точнее, уже в скором, Туркина, казалось, была самой счастливой на свете. Дни с Валерой пролетали совсем быстро, она даже не замечала, как прошло время. Совсем скоро наступила зима, похолодало. Всю Казань накрыло снегом. Все активно готовились к новому году.

1989 для многих прошел тяжело и мучительно. В том числе и для Насти, которая очень старалась для поступления, а на учебе ужасно уставала. Поэтому свадьбу они тянули как только могли. Попросту не было времени, да и денег пока было не особо. Валера хоть и работал, но на пышную и красивую свадьбу, о которой мечтала девушка с самого детства, немного не хватало. Решили, что сначала девушке нужно окончить учебу и пойти на работу, а вот уже после можно сыграть свадьбу.

На Новый год все собирались у молодоженов — Наташи и Вовы. Праздник был семейный, позвали самых близких. Даже родители Суворовых смогли прийти, отпроситься с работы.

С самого утра 31 декабря Наташа и Соня убирались в квартире, готовили к приходу гостей. Настя очень настояла помочь им, тоще пришла раньше. Возились весь день, а уже к вечеру собирались парни.

Вова с Валерой пришли вместе, ведь оба вдвоем ходили за подарками для девушек. Зашли в квартиру тихо, спрятали подарки в коридоре и направились на кухню, где был готов роскошный праздничный стол. За ним сидели три хозяйки и родители Наташи и семьи Суворовых. Маратка тоже сидел там, доедал очередной бутерброд с красной икрой.

Настя встала из-за стола и подошла к Валере. Тот без слов протянул руки к ней, мягко обняв. Сегодня они не виделись целый день, ведь оба суетились по своим делам. И, наконец, сейчас они вместе. Весь вечер девушка не отлипала от кудрявого, лежала у него на плече, пока он под столом, по привычке, гладил её ногу.

Скоро должны были бить куранты. На фоне был включен телевизор, по которому крутился какой-то фильм, но никто не смотрел. Ждали и считали минуты до того времени, как можно загадывать желания.

Суворова приготовила бокал шампанского, Маратка спрятался под стол с виноградом. Туркин же не верил в чудеса, поэтому даже не хотел загадывать желание, но Настя очень-очень попросила, ведь хотела, чтобы хотя бы на один вечер он поверил в волшебство. Тот закатил глаза, но ради неё согласился.

—Все готовы? — звонко спросил Вова, держа бокал в руке.

Послышались звонкие восторженные голоса, а вслед за ними — бой курантов.

Туркин быстрыми глотками выпил содержимое своего стакана, поставив его на стол. Он сразу же загадал желание. Он думал об этому целую неделю с тех пор, как Суворова сообщила ему, что тот должен будет загадать хоть что-то. В голове возник образ маленькой девчонки с яркими большими глазами, точь-в-точь как у него. Она совсем маленькая, бегает по квартире и радостно улыбается, широко и искренне, ровно также, как улыбается Суворова. А её непослушные кудри падали прямо на личико, мешая ей. И она хмурится от этого, закатывает глазки. В ней Валера видит ту самую зеленоглазую, которую встретил в ушедшем 1989 году, которая поменяла его жизнь.

Настя, конечно, тоже загадала свое желание.
Квартиру. Большую, просторную, с ещё одной маленькой комнатой. Идеально белая, чистая, светлая девичья комната. Словно там жила принцесса. Их маленькая кудрявая принцесса.
Девушка никогда не осмелилась сказать бы такое вслух, лишь мечтала об этом.

Вслед за минутной тишиной, когда все мечтали о чем-то своем, послышался звон чоканья бокалами. Туркин переглянулся с Суворовой, подмигнув ей. После наклонился прямо к её уху, совсем тихо прошептал:

—Надеюсь, ты исполнишь моё желание, — он мягко провел рукой по её ноге.

—Я, конечно, не знаю, что ты загадал, но для тебя все что угодно, — прошептала она в ответ, чуть краснея.

Праздник продолжался. Суворова прилично выпила, но среди остальных таких же пьяных родственников это было не сильно заметно. Валера оставался трезвым, следил за тем, чтобы Настя больше не пила. В конечном итоге он решил увезти её,ведь ему показалось, что на сегодня хватит.

Попрощавшись со всеми, он потянул её к выходу. Та капризничала, пыталась убежать назад, но парень крепко удерживал её, а в силу своего состояния она не могла сильно сопротивляться.

Валера с трудом спустил зеленоглазую и буквально запихнул её в машину, игнорируя протесты. Завел двигатель и нервно двинулся с места, постукивая пальцами по рулю. Конечно, он был не в восторге от того, сколько девушка выпила. Видеть её в таком состоянии было неприятно, таким поведением она напоминала ему отца. Да и он переживал за её здоровье, а вдруг она привыкнет, что перерастет в зависимость?

—А знаешь, что я загадала? — с трудом разборчиво пробормотала Суворова, — Большую-большую квартиру с маленькой комнатой для нашей дочки.

Валера хоть и злился на её поведение, но то, что она тоже думала об этом, его растрогало. Однако внешне парень оставался строг и без эмоционален.

—Не отвлекай от дороги, — прошипел он сквозь зубы, сжав руль.

Девушка лишь улыбнулась и пожала плечами, прикрыв глаза. Подъезжая к дому, она уснула. Кудрявый не стал будить, обидел машину, открыл дверь с её стороны и подхватил на руки. Решил, что когда она проснется утром, то нужно будет поговорить с ней. Хотел поговорить спокойно, без ссор, объяснить, что ему не нравится, когда та выпивает.

На утро она проснулась рядом с ним. Валера уже не спал, лежал и просто смотрел в потолок. Зеленоглазая подползла ближе, аккуратно пересела на него сверху, нагнувшись вперед, к его лицу. Быстро чмокнула в губы со всей нежностью, что только в ней была. Туркин мгновенно обхватил её бедра руками, инстинктивно поглаживая.

—Доброе утро, — сладко прошептала Суворова, улыбаясь.

—Доброе, — чуть хрипло ответил ей парень. — Как чувствуешь себя? Не тошнит?

—Нет, я лучше всех, — она хихикнула ему ответ.

—Мне не очень нравится, что ты так много пьешь, — аккуратно, без давления начал парень. — Может, стоит завязывать?

Настя нахмурилась, чуть выпрямившись. Конечно, она была с ним не согласна. Ведь это было нечасто, изредка, по праздникам, да и по её мнению это не страшно, если пить редко, не важно, в каких количествах. Она старалась отвлечь его от этого разговора, стала гладить его голый торс руками, спускаясь от плеч к животу.

—Не злись, я постараюсь.

Кудрявый наконец расслабился, облегченно выдохнув. Он ещё несколько секунд наблюдал за ней, а после резким движением переложил её под себя, начав целовать её лицо, параллельно щекотал её под ночнушкой. Зеленоглазая весело смеялась и хихикала, извиваясь на кровати.

Именно это она и любила, эти простые моменты, когда они просыпались вдвоем, вели себя как дети, но были настоящими. Суворова действительно не могла представить свою жизнь с кем-то другим. В голове возникал только один образ самого важного человека в её жизни — Валера. И всю свою жизнь она готова была провести только с ним, что и хотела сделать.