Глава 7.
База Универсама. В то же время.
Настя, включив всё своё актёрское мастерство, влетела на базу
Универсама. Она была в слезах, с разбитой губой и свежими ссадинами на скулах. Те, что оставила Николь, были мелкими, поэтому Насте пришлось добавить от себя для пущей убедительности.
Девушка замерла посреди зала, растирая слезы по лицу и растерянно оглядываясь. В углу у стола сидели Зима, Турбо, Вова и Кощей. Заметив её состояние, все четверо мгновенно поднялись на ноги.
- Ничего себе она тебя приложила, - усмехнулся Кощей, бесцеремонно осматривая лицо девушки. - Она тебя что, сутки в заложниках держала?
Настя медленно покачала головой, всхлипывая.
- Пожалела... Вечером отпустила. Валера... - она шмыгнула носом и на мгновение действительно почувствовала себя жалкой. - Она меня чуть не убила. Поговори с ней. Только не ори, а нормально... по-человечески.
Турбо до белизны сжал кулаки. Схватив Настю за запястье, он почти силой усадил её в кресло.
- Как с ней по-человечески, если она такое с тобой сотворила? - парень коснулся её щеки, его глаза горели яростью. - Да я её в порошок сотру! Кто она такая, чтобы наших девчонок трогать?
- Между прочим, Наташу она спасла, - лениво подал голос Марат, мерно раскачиваясь на боксерской груше. - А твоя девчонка, Валер, Николь отравила. И, возможно, она напрямую связана с твоим отцом.
Турбо в два шага оказался возле скорлупы, готовый сорваться, но Вова на корню пресёк драку, перехватив его руку.
- Он прав. Вопрос с отравлением не закрыт, - Вова кивнул в сторону отдельной комнаты. - Пошли. Нужно решать, что делать дальше.
Все зашли в каптёрку. Настя шла последней, лихорадочно повторяя про себя текст, который ей продиктовала Кира.
- Ну, что скажешь в свою защиту? - Кощей прикурил, выпустив струю дыма в потолок. - Мне эта Николь тоже не особо нравилась, но чтобы вот так, при всех, травить человека... Не по-человечески это.
- Это правда вышло случайно! Я не хотела! - Настя уверенно посмотрела Кощею прямо в глаза. - У папы в гараже оставались запасы спиртного, а вы же договорились, чтобы каждый что-то к столу взял. Ну, я и предложила Валере взять те бутылки, чтобы деньги не тратить. Я и подумать не могла, что там отрава! Зачем моему отцу портить собственный алкоголь? - она горько покачала годовой. - А зажигалка... Её подбросили. Кто-то очень хотел меня подставить, чтобы вы рассорились со Стальными и пошли к ним на рожон. Знаете же их методы.
Парни переглянулись. Логика в словах Насти была, а врать, когда за спиной стоит поддержка Николь, было удивительно легко.
- У меня тоже есть информация, что Стальные войну разжигают, - подал голос Зима, вспоминая сказанное Николь в дк. - Говорят, они всех под себя взять хотят. И действовать он планирует через Турбо.
Валера удивленно вытаращился на друга.
- Тебя что, по голове приложили? - выгнул бровь кудрявый. - Я с ним даже связь не держу! Как он через меня действовать будет?
- Это тебе так кажется, Валера, - тихо сказал Вова. - Он твой отец. Если его придут убивать, ты ведь не будешь молча смотреть, так? - Турбо промолчал, отведя взгляд. - Вот видишь. Концепция та же. Он тебе на уши насядет, надавит на жалость, а ты и расскажешь всё, что ему нужно.
В комнате повисла тяжелая тишина. Каждый понимал: пахнет большой кровью.
- Ладно, поступим так, - Кощей затушил сигарету. - От Хади Такташа, Дома Быта и Разъезда я тоже слышал, что Стальные на них что-то замышляют. Пользуются своим количеством, давят массой. Но мы же не трусы? Если все вместе на них пойдём - вывезем. А ты, - он жестко посмотрел на Турбо, - язык за зубами держи. И за бабой своей приглядывай.
Валера, сжав зубы до скрипа, кивнул. Настя незаметно для всех улыбнулась. Первая часть плана была выполнена: Универсам был готов к большой войне.
В тот же момент в квартире Наташи.
- Ну иду я, иду! - послышалось из глубины прихожей.
Николь едва не выламывала дверь. Адрес Наташи она запомнила случайно, когда Вова, светясь от гордости, хвастался пацанам, что они теперь живут вместе. Ника и подумать не могла, что эти знания пригодятся ей при таких жутких обстоятельствах.
Лёха стоял позади, тяжело дыша. Он прижимал к себе обмякшее тело Киры. Девушка была без сознания, её голова безжизненно моталась в такт его движениям. Пульс еще прощупывался - слабый, рваный, как затихающий маятник. Шанс того, что Кира умрет от кровопотери прямо у него на руках, сводил парня с ума. Он ведь так и не успел поговорить с ней нормально... А сказать нужно было слишком много.
Замок щелкнул, и дверь распахнулась.
- Боже! - в проеме стояла Наташа с кухонным полотенцем в руках. Увидев залитого кровью Лёху с раненой подругой на руках, она побледнела, но тут же взяла себя в руки. - Быстро в комнату! На стол её!
- Наташ, в неё стреляли! - голос Николь был хрип. - Помоги, умоляю, в больницу нельзя, там нас уже ждут.
- Молчать! На кухню говорю! - неожиданно жестко скомандовала Наташа. - Лёха, положи её. Ника, тащи из ванной все чистые простыни. Живо!
Киру уложили на кухонный стол под свет единственной яркой лампы. Наташа резким движением разрезала окровавленную кофту и футболку. Рана в животе выглядела страшно - рваные края, из которых продолжала толчками выходить темная кровь.
- Пуля прошла навылет? - Наташа быстро перевернула Киру на бок. - Нет, выходного отверстия нет. Она внутри.
Николь принесла стопку простыней, её руки не дрожали, Николь не раз видела такое. Но паника била по вискам.
- Наташ, ты сможешь?
- Не знаю, в больнице шансов было бы больше! - крикнула та, обливая руки и пинцет водкой. - Но если не вытащу пулю сейчас, она умрет от внутреннего кровотечения. Лёха, держи ей плечи. Ника, хватай за ноги. Если она очнется от боли - не дайте ей дернуться, иначе я задену артерию!
Наташа сделала глубокий вдох, закусила губу и ввела зажим в рану. Тишину кухни нарушил только тяжелый хрип Киры, которая на мгновение пришла в себя от дикой боли.
- Держите её. - закричала Наташа, пока её пальцы в окровавленных перчатках искали металл среди растерзанных тканей.
Минуты тянулись как часы. На лбу Наташи выступил пот, Николь зажмурилась, молясь всем богам сразу. Наконец, раздался звонкий дзынь - деформированный кусок свинца упал в металлическую миску.
- Есть... - выдохнула Наташа, её голос дрожал от перенапряжения. - Теперь зашивать. У меня есть лидокаин, но его мало. Готовьтесь, будет тяжело.
Николь смотрела на бледное лицо подруги и понимала: пока Кира борется за жизнь здесь, она сама должна начать охоту. Витя совершил самую большую ошибку в своей жизни, он тронул её близких.
Дальше всё прошло на удивление спокойно. Наташа, сосредоточенно закусив губу, накладывала ровные швы. Кира в какие-то моменты стонала от боли, но лидокаин и крайнее истощение делали своё дело - она была в полузабытьи. Когда работа была закончена, Лёха, стараясь не дышать, бережно перенёс девушку в спальню и уложил на чистые простыни.
- Ну, рассказывай, - Наташа начала молча убирать кровавые бинты и инструменты с кухонного стола, бросив на Николь испытующий взгляд. - Кто это сделал? Вы в городе без году неделя, а в вас уже стреляют.
- Бывший мой... - наконец тихо выдавила Ника, бессильно опустив плечи. Весь её боевой запал на мгновение испарился. - Ментом работает. Я от него полгода назад сбежала, думала - потеряется. Тот ещё псих, больной на всю голову. Вот, нашел... мстить решил.
Наташа замерла, поставив руки в боки, и внимательно посмотрела на новую подругу. В её глазах не было осуждения, только тревога.
- Давай я с Вовой поговорю? - предложила она. - Он поможет, пацанов поднимет. Универсам таких гостей быстро на место ставит.
- Не нужно, Наташ, - Николь покачала головой, и в её глазах снова блеснул стальной блеск. - Если Витя зацепится за Адидаса, он и их прикроет, и тебя подставит. Он знает, как ломать жизни. Я сама справлюсь. У меня свои счеты.
Николь взглянула на наручные часы. Время близилось к вечеру. Нужно было возвращаться домой: Настя должна была прийти с докладом о том, как прошел её визит на базу.
- Наташ, мы Киру заберём. Ей у нас безопаснее будет, да и хвост мы к тебе привести не хотим, - Ника снова выпрямилась, плечи напряглись, а голос стал деловым и холодным. - Ты, если что, сможешь к нам заходить? Проверять швы?
- Смогу, конечно, - Наташа мягко улыбнулась.
Николь неожиданно для самой себя подошла и крепко обняла девушку. Это было так искренне и тепло, будто Наташа действительно была её старшей сестрой, а не подругой парня из местной группировки.
- Спасибо тебе. За всё, - прошептала Ника.
- Идите уже, - Наташа легонько подтолкнула её к выходу. - И береги себя.
На лестничной клетке Николь столкнулась с Настей. Та сидела на ступеньках, но, заметив компанию, тут же вскочила. Когда её взгляд зацепился за бледную, залитую кровью Киру на руках у Лёхи, девушка ахнула, прикрыв рот рукой.
- Это же не... - начала Настя, боясь закончить фразу.
- Не Стальной, - мрачно усмехнулась Николь, открывая замок и пропуская Лёху внутрь. - Хуже. Заходи, разговор есть.
Скинув надоевшие каблуки и пиджак, Ника прошла в комнату, куда Лёха уже занес Киру. Она бессильно опустилась в кресло, устало потирая лоб и не сводя глаз с подруги. Кира спала тяжелым, нездоровым сном.
- Рассказывай. Повелись? - спросила Николь, переведя взгляд на Настю, которая опустилась прямо на пол у двери.
- Они поверили. Все, - Настя заговорила быстро, сбивчиво. - Валера рвал и метал, хотел бежать к тебе разбираться, но Вова его притормозил. Кощей сказал, что если Стальные пойдут войной, Универсам объединится с другими районами. План сработал, Ника. Теперь они все заодно против общего врага.
- Это хорошо, - Николь зло ухмыльнулась, чувствуя, как внутри закипает азарт. - Что со Стальным? Есть новости?
- Самые крупные точки перекрыли сегодня днем. - Настя посмотрела на Нику с опаской. - Стальной в бешенстве, он не понимает, откуда прилетел удар. Они загнаны в угол. Денег пока хватает, но каналы заработка отрезаны под корень. Он приказал привести ему Валеру как можно скорее.
- Так приведи, - спокойно произнесла Николь, глядя в потолок.
- Аврора, ты чего? Совсем рассудок потеряла? - Лёха замер в дверном проеме, глядя на неё как на сумасшедшую.
- Лёх, ну пусть поговорят, - холодно пояснила Ника, даже не повернув головы. - Если Туркин так ненавидит своего отца, то после этого разговора он расскажет Универсаму всё, что нам нужно для финала. А Стальной... он явно не с первого раза поймет, что сын его больше не боится. Пусть Настя сделает вид, что выполняет приказ.
- Я попробую, - кивнула Настя, чувствуя, как по спине пробежал холодок от ледяного спокойствия Николь. - Что-то ещё?
- Последнее. Через две недели у меня день рождения. Позови весь Универсам к нам на квартиру. Сделай вид, что мне некого звать. Но главное - Турбо. Мне нужно, чтобы он был здесь. В этой обстановке ему будет проще принять правду, которую мне велел передать отец.
- Сделаю. Я тогда пошла, - Настя встала и поспешила к выходу.
Пока Лёха ходил закрывать дверь, Николь подошла к кровати Киры. Она присела на край и осторожно положила ладонь на лоб подруги. Кожа была прохладной - хороший знак, жара нет. Сердце Ники болезненно сжалось, когда Кира тихо застонала во сне.
- Прости меня, родная... - прошептала она, поглаживая рыжие волосы подруги. - На твоём месте должна была быть я.
Вина заставила её задохнуться. Николь резко вскочила, сорвала с вешалки пиджак и, переобувшись в удобные кроссовки, вылетела из квартиры. Лёха даже рта не успел открыть, как захлопнулась входная дверь.
- Дурдом, - покачал Лучик головой, тяжело вздохнул и ушел в спальню, чтобы присмотреть за Кирой.
Николь бежала мимо бесконечных серых пятиэтажек, мимо шумных компаний молодежи, провожавших её настороженными взглядами. Она уже давно покинула пределы района Универсама, но ноги сами несли её вперед. Тёплый вечерний ветер бил в лицо, высушивая слезы, но девушка не останавливалась.
Она всегда знала: быть дочерью такого человека, как Север, - это приговор. Мать перед смертью часто говорила, что в их мире не бывает простых путей. Николь с детства усвоила горькую истину: у тех, кто живет по законам улиц, редко бывает счастливый финал.
Ника остановилась в глухом, заброшенном дворе, где не горел ни один фонарь. Напротив пустой детской площадки высился остов недостроенной пятиэтажки, сияющий черными глазницами пустых окон.
Тяжело дыша, Николь достала из внутреннего кармана пиджака бутылку коньяка, купленную в ларьке по дороге. Она опустилась на старые, проржавевшие качели. Сорвав пробку, девушка сделала несколько крупных глотков прямо из горлышка. Обжигающая жидкость привычно опалила горло, но на душе по-прежнему было ледяно.
- Мам, почему всё так? - прошептала она, поднимая взгляд к беззвездному небу. Одинокая слеза прочертила дорожку на её щеке. - Ты и Кирилл... вы просто оставили нас с папой одних. Нам так тяжело без вас, если бы ты только знала.
Ника снова приложилась к бутылке и больно закусила губу, пытаясь сдержать рыдания.
- Что мне делать? - качели противно скрипнули в тишине, и Николь горько усмехнулась. - Да, я знаю, я сильная. Папина дочка. Но я не железная... Стальной дышит в спину, теперь еще и Витя объявился. Этот маньяк не остановится, пока не уничтожит всё, что мне дорого. Кира уже получила пулю из-за меня. Кто следующий? Лёха? Папа?
Она сделала еще пару глотков и закурила, выпуская в ночной воздух густой сизый дым.
- Мам, а Кирилл... он там, с тобой? - девушка снова вгляделась в темноту неба, вытирая лицо рукавом пиджака. - Я устала жить в этом проклятом неведении. Разумом я понимаю, что он умер, давно умер... что он с тобой. Но сердце не верит. Понимаешь? Это ожидание смерти хуже самой смерти.
Качели снова издали жалобный скрип под порывом ветра. Николь медленно кивнула, будто получая знак свыше. Пора было отпускать призраков.
- Я справлюсь, - твердо сказала она самой себе, сжимая горлышко бутылки. - Я загрызу любого, кто встанет на моем пути.
Она замолчала, допивая коньяк в абсолютной тишине двора. Но через несколько минут за спиной послышался отчетливый шорох. Николь резко обернулась, всматриваясь в густые тени у заброшенного дома, но не увидела ничего - темнота была такой плотной, хоть глаз выколи.
Девушка поднялась на ноги. После выпитого земля слегка качнулась, но она устояла. В этот момент тяжелые, уверенные шаги раздались совсем рядом, прямо за её спиной.
- Ты всегда любила поговорить сама с собой, Аврора, - раздался в темноте холодный, до боли знакомый голос. - Но пора возвращаться в реальность.
Тгк: Фанатки Кирилла. (kissriii1)