33 глава
Мужчина склоняется, сухие губы касаются нежной кожи, оставляя слабый влажный след. Девушка отворачивается, зажмурив глаза. Она не хочет ни чувствовать, ни видеть его. Брюнет делает всё не спеша. Он покрывает поцелуями женское личико, пока ни разу не попав по губам, беловолосая не позволяла. Она качалась из стороны в сторону, пытаясь хотя бы уклониться от мерзкого поцелуя в губы. Мужские руки быстро сжали её шею. Саша схватила за чужое запястье, пыталась выпутаться из хватки. Её лицо постепенно начало покрываться багровым цветом, на щеках были мокрые дорожки от слёз, а она могла лишь издавать хрипы. Мужчина задрал подол сарафана и жадно осматривал причинные места, которые скрывались только нижним бельём.
Когда руки переместились с горла на женские ноги, Тихова оживилась. Она принялась ещё резвее вырываться из мерзких крепких рук. Девушка рухнула со стула. Брюнет без жалости пнул её в живот, от чего тело на полу крикнуло и свернулось в комок от боли. Он схватил её за ногу и потащил в ту комнату, в которой она изначально проснулась. Беловолосая от безысходности зарыдала в голос, цепляясь за всё, что можно. Она кричала и просила её оставить, говорила, что никому не расскажет и не переживёт такое, молила не трогать её. Саша вцепилась пальцами в дверной косяк, оттягивая свою участь. Мужчина поднял её и бросил на диван, нависнув. Его губы беспорядочно оставляли поцелуи от лица до шеи, затыкая рот рукой. Он переворачивает её на живот и садится на ноги, касаясь своим возбуждённым органом через одежду. Брюнет расстёгивает ремень, потом ширинку и приспускает джинсы до колен.
Тихова уже смирилась, она готовилась к режущей боли, которая будто рвёт изнутри. Тут дверь распахивается, и в комнату влетают ещё люди. Один из них одёргивает мужчину с неё и куда-то тащит. Другой берёт девичье тело на руки и сильно к себе прижимает. В тьме было сложно разобрать очертания лица. Её несут в ту комнату, где до этого ел тот главарь. Его лицо уже залито кровью. Брюнета держал один из старших Тяп-Ляп. Барон уже сидел напротив него, а держал на руках Турбо. Как только он затесался среди них.
— Ты, Ворон, сам для себя выбрал такую участь. — зло проговорил шатен, крутя у себя на пальце пистолет. Он вёл себя расслабленно, но почему мужчина не действует, медлит. — Сейчас придёт её отец, он сам решит твою участь. Давай-ка напомню, кто же это. Тишь. Не припоминаешь?
— Нет. — кратко бросил брюнет, сплюнув прямо тому в ноги.
— Ну, значит, вспомнишь. — ехидно проговорил Барон, откинувшись на спинку стула.
— Барон. — прохрипела дева, непонимающе взглянув на знакомого. — Откуда ты знаешь моего отца?
— Он сам тебе всё расскажет, Белоснежка. — неохотно ответил мужчина, мимолётно бросив взгляд на поколеченное лицо.
— А если он отпустит его? — подал голос Туркин. Короткий смешок вылетел с уст автора и пронёсся по комнате.
— Турбо, в наше время за такое заживо закапывали где-то в лесу. — с усмешкой выдал он. — Это у вас сейчас полный бардак на улицах, но я скоро всё поправлю, будете по струнке ходить. — последние прозвучали так странно, что по телу пробежала дрожь.
Время шло медленно и муторно, оно никак не желало, чтоб отец Тиховой приходил. Оно оттягивало неминуемую участь Ворона. В тишине было слышно тяжелое дыхание, и как капли крови ритмично капают на пол. В воздухе чувствовался запах сигарет, что в зубах у мужчины, и тревога, которая постепенно нарастала. Руки парня крепко сжимали в объятиях девушку. Его глаза рассматривали все раны и синяки. На шее красные следы от грубых пальцев, опухшие красные, как у наркомана, глаза, на лбу пару струек крови, нижняя губа чуть припухла, да и само лицо усыпано ссадинами. Турбо нахмурился и закусил губу, сдерживая себя в руках.
— Чё, всё же твоя или и этого. — смело бросил брюнет, наблюдая за нежностью парня.
— Ну моя. Она тебе разве не сказала. — грубо ответил кудрявый. Его челюсть сжалась, кажется, сейчас зубы будут крошится от такого давления.
— Ну нет.
— Врёшь. Она не из таких. Под тебя бы не легла.
— Ой, а ты прям так и веришь ей. Уж слишком много на ней внимания для обычной-то девушки. И думаешь чем мы занимались всё время? — слова Ворона резали уши, вызывая сомнения у Валеры. Он молчал, не знал, что сказать, хотя обычно находится что. — Вот, вижу, ты смекаешь. Так что лучше задумайся.
— Турбо. — шепчет девушка, его глаза даже не посмели опустить, чтоб взглянуть на неё, они прилипли на самодовольной улыбке. — Если ты веришь ему, то это наша последняя встреча. — шепчет она, отстранившись.
От боли в животе, что так сильно волновала Сашу, она чуть согнулась и шагнула в другую сторону к Барону, с ним было намного безопаснее. Недолгое тишина, и в комнату, можно сказать, вплывает Владимир. Грудь вперед, голову держит высоко, шаги расслабленные, но уверенные, он точно знает, чем закончится сегодняшний разговор и то, что из шести человек выйдет только пять. Мужчина подходит к своему старому знакомому и здоровается с ним. Его глаза даже не смотрят на виновника, не желает смотреть на эту грязь. Ни слова не сказав он достаёт оружие, и пуля мигом пронзает тело. Мгновенье и брюнет падает без сил, из лба течёт струйка крови. От такого резкого громкого звука, что быстро распространился по помещению, Тихова сжалась. В ушах звенело, а на глазах будто была пелена. Через пару секунд и он наносит удар, прямо по лицу друга. Барон падает со стула, ничего не понимая.
— Ты чёртов идиот, сколько раз я тебе говорил, держи его на прицеле. — холодно выдал брюнет. — Сейчас бери его и вези куда надо, с остальным я решу. — Он недолго молчит и переводит взгляд на дочь. — Ты как? Что он сделал?
— Ничего, только облапал. — неожиданно заговорил тот старший, что сдерживал Ворона.
Владимир покачал головой и, взяв дочь, пошёл с ней на выход. Они подошли к машине и без разговоров сели. Мужчина шумно выдохнул и склонил голову на руль. Его уверенность будто куда-то испарилась. Он не спешил заводить машину, будто в горле что-то застряло, при этом важное и срочное, но голос будто отнялся. Кажется, Тихов себя чувствует так же, как когда нашёл тело своей любимой супруги. Хочется выпить, но потом его понесёт обратно в 70-ые.
— Надо было тебя оставить в Москве. Тебе не место в Казани, этот город слишком жесток к тебе. — прохрипел мужчина. Тело его не слушалось, оно не давало завести машину. Увидев парня, что стоял и курил, он решил подозвать его. Валера не спеша подошёл, кинув сигарету прочь. — Водить умеешь? — проговорил Владимир, подняв усталый взгляд. Он неуверенно кивнул головой. — Садись за руль. — он мигом пересел на соседнее сиденье, уступив место молодому парню.
Тихов достал фляжку с неизвестным содержимым и принялся жадно пить. За пару глотков он полностью её опустошил и устало расслабился на кресле. Беловолосая же свернулась калачиком на заднем сиденье. Она не желала смотреть на Валеру. Саша не могла понять, как он смог поверить такому. Он показал, как и все остальные, которые верят всему, что скажут. Если бы того не на его глазах оттянули, то Туркин бы точно поверил, что там было всё при всё и по согласию. В глазах уже не мегала жизнь. Она хотела раствориться прямо на месте, безболезненно и немедленно. Чтоб в миг и будто не было. Это жизнь так и желает, чтоб её не было в этом мире. Все знаки, которые кричат об этом, так и манят.
Через пару минут слышатся тихий храп мужчины. Голубые глаза сверкнули в зеркале заднего вида. Он наблюдал за девушкой, которая иногда вздрагивала по непонятной для него причине. Его руки до побеления костяшек сжали руль. Турбо мучали сомнения. Может, это правда и стоит ему задуматься, но если это не правда, то он потеряет её, и уже кто-нибудь другой отстоит её честь, даже несмотря на пацанские законы. Саша перевернулась на другой бок и встретилась взглядом с Валерой. Он пытался найти ответ, а она же уже смерилась со своей судьбой.
— Отвези меня в больницу. — прервав давящую тишину, проговорила, хотя даже приказала Тихова, поднимаясь с кресел. Голова казалась тяжелой, а веки неспеша слипались, но она держала себя. Девушка облокотилась и зашипела от боли.
— Болит? —с волнением поинтересовался Турбо.
— Да. Никак не привыкну к ударам по голове, какой-то хуйнёй. —грубо заговорила она, парень начинал её нервировать. Кудрявый заметил это. Он понял, что Саша неспроста злится на него.
— Ангелок. — прошептал парень. Черты лица смягчились, выражая сожаление. Она промычала, делая вид, что слушает. — Я люблю тебя. — быстро бросил он. Тихова тяжело выдохнула, прикрыв глаза.
— Я это заметила. — устало ответила Тихова.
Дальше они ехали в тишине. Она не желала говорить, а Турбо не навязался. Через пару минут они доехали до больницы. Беловолосая вышла из машины, немного согнувшись. Валера пошёл за ней, не мог остановить одну. Он подошёл к ней и подхватил на руки. Она недолго отнекивалась и просила поставить на землю, но кудрявый её не слушал. Он донёс Сашу до какого-то кабинета, постучав, оттуда высунулась шатенка. Она мельком бросила взгляд на них и затащила внутрь. Тихова сразу прошла на кушетку, а парень застрял в дверях, не понимая, куда ему следует идти. Он наблюдал, как медсестра принялась обрабатывать затылок девушки и ещё что-то приговаривала.
— Это кто вообще с тобой? — поинтересовалась незнакомка, обратив внимание на Валеру, что всё стоял у двери.
— А ты сама спроси у него. — ответила она, расстёгивая замок на сарафане. Турбо будто очнулся и подошёл к ним. Он протянул руку шатенке, а она кисть.
— Турбо.
— Лена. Ну так Турбо, что ты рядом с ней забыл? — девушка выделила его прозвище.
— Ну так она ходит со мной. — с долей неуверенности проговорил он, сунув руки в карманы штанов.
— Ну а чё не следишь за своей дамой? — она перевела взгляд на Сашу, что, видимо, стеснялась при парне снимать рубашку. — А ты чё сидишь мнёшься, давай показывай, что там. — Лена быстро принялась расстегивать чужую рубашку, пока бледные щёки Тиховой краснели. — Ух батюшки! Это кто так тебя. Турбо не ты ли. — с удивлением сказала медсестра, рассматривая большой синяк на животе.
— Это Казань меня так приняла. — выдохнула Саша. Она недолго молчала, после чего подняла подол сарафана, оголяя бёдра. На них виднелись следы пальцев. — Ты лучше скажи, чем мне всё мазать это. Фиг с этим, но с шеей делать что-то надо. Тётя Лера увидит, с ума сойдёт. Меня потом обратно в Москву упекут, а я хотела с Максимом время провести и близнецами. Вдруг он будет таким же, как Кирилл.
— А что с ним не так? — спросила Лена, смачивая ватку спиртом.
— Не родственники мы больше. — устало выдохнула Тихова, после зашипела, девушка обрабатывала раны на лице. — Честное слово, лучше б я не возвращалась, всего пару недель тут, а меня уже в дела группировки приплетают. — тяжело выдохнув, прошептала она, её голос дрожал.
К горлу подступил ком, ей хотелось расплакаться и всё рассказать подруге. Беловолосая чувствовала себя в тупике. Она не может постоянно бояться за свою жизнь, но и бросать семью не хочет. Пропустить всё в жизни младших, остаться для них старшей сестрой лишь на словах, но если она продолжит, то и не доживёт. Ей хотелось любви и безопасности. Саша чувствует мужские руки, которые прижимают к себе. Она забывает о плохом и прижимается к нему, без лишних слов. Рядом с Турбо она чувствует безопасность, понимает, что любят её,не смотря на проблемы, которые идут с ней заодно. Тихова прижимается к его груди. Слышит, как быстро бьётся сердце, это немного её успокаивает.
— Давайте, собирайтесь. Увидят здесь, мне прилететь может. — с лёгкой улыбкой сказала Лена, собирая мусор. Когда они выходили, она задержала парня. — Турбо, ты парень вроде нормальный, следи за Сашей. — он кивнул и молча пошёл за своей дамой.
Турбо остановил девушку на улице, у входа. У него были вопросы насчёт Острого и что она имела, когда сказала, что они не родственники. Взглянув на покалеченное девичье личико, он не смог ничего спросить. Не мог мучить вопросами и так уже вымотанную даму. Валера поцеловал её в висок и прижал к себе. На улице уже холодно, а она в одном школьном сарафане и рубашке. Куда только дели её кофту.
Их идиллию прервал свист. Они оба инстинктивно отстранились друг от друга, обернувшись на звук. Позади показался Адидас. Он выглядел недовольным. Кудрявый встал рядом с беловолосой, немного прикрыв её спиной. Она устало уткнулась лбом ему в спину, не желая объясняться на счёт своего внешнего вида. Старший подошёл к супперу и окинул того взглядом, после заглянул тому за спину. Глаза остановились на голове. Его лицо чуть смягчилось, но это не значило, что парень просто так уйдёт, ничего не объяснив. За спиной Вовы показалась блондинка, что, видимо, спешила, ведь она потянула того в противоположную сторону.
— Адидас, я приду в качалку, расскажу, но мне надо довести Сашу до дому. — приобнимая спутницу за талию, сказал Валера.
Адидас ещё немного постоял, почесал усы, но кивнул ему и пошёл за своей дамой. Он тяжело выдохнул, понимая, что вечер будет тяжёлым. Голубые глаза посмотрели на Сашу, что тихонько стояла, прижавшись к нему. Ему это до жути нравилось, такая спокойная, словно зверёк. Через пару секунд они пошли к машине, где всё ещё спал Владимир. Ехали они молча, каждый думал о своём, что волновало душу. Девушка смотрела в окно. Наблюдала, как мелькали фонари за окном и иногда деревья. Этот день выжил её досуха, но она сможет пару дней посидеть дома, передохнуть.
Машина остановилась у нужного дома. Они разбудили брюнета, тот нехотя поднялся и, немного пошатываясь, скрылся в подъезде. Парень стоял и неспеша курил сигарету. Никотин давал ясность уму. Пару затяжек, и он бросает бычок прочь. Беловолосая стояла рядом, домой её не тянула. Она хотела сбежать от лишних вопросов, хотя бы на пару часов, пока она не придёт в себя. Кудрявый подтянул её к себе и поцеловал. Нежно, спокойно, еле касаясь пострадавших губ. Она, не задумываясь ни на минуту, ответила, руки легли на его плечи, а его на её талию. Этот момент хотелось запечатлеть. Навсегда, чтоб спустя года вспоминать такие тёплые моменты. Турбо нехотя отстранился.
— Я не хочу домой. — прошептала Саша, уткнувшись лбом ему в грудь.
— Идём ко мне. — в тот же момент ответил он и, пока дева не передумала, взял её за руку и повёл за собой.
Она не успела опомниться, как они уже идут куда-то, при этом очень спешно. Почему девушка не стала отказываться, ей и вправду не хотелось слушать вопросы, она не готова. Ещё отец. Барон его друг, тогда, может, он был тоже группировщиком? Это бред.
Через пару минут они уже стояли у двери. Кудрявый стоял и искал ключи. Пару секунд, и прозвучал щелчок, после чего они прошли в темную прихожую. Он включил свет, и в комнате сразу прошла женщина средних лет. Она сначала была зла, но потом удивлена при виде беловолосой. Саша неуверенно поздоровалась и спряталась за спиной Валеры, что тоже не ожидал увидеть мать. Видимо, в этот раз она решила дождаться непутёвого сына. Она была худенькой, волосы собраны в невысокий пучок, под глазами небольшие синяки от недосыпа. Шатенка подошла к ним. Она посмотрела сыну в глаза. Он уже подумал, что всё обойдётся, но тут женщина принялась бить его кухонным полотенцем, шепотом ругаясь. Шуметь нельзя было, а то вдруг супруг проснётся, тогда уже всем достанется. Кудрявый принялся прикрываться и приговаривать, чтоб мать успокоилась. Удары были слабые, так что он делал так лишь для вида.
— Господи, кого я воспитала. — чуть ли плача прошептала женщина. — Дома не появляется, под ночь возвращается, а мне давай жди его. Что ты с девчонкой сделал! — вскрикнула, после резко замолкла, прислушиваясь.
— Мам, мам, успокойся, хватит нервничать. — не переставал повторять Турбо.
— Это не он. Валера меня защитил. — неуверенно заговорила Тихова, показавшись из-за его спины.
— Ещё лучше! Проститутку домой привёл! Что о нас соседи скажут! — на повышенных тонах заговорила шатенка, перекинув свой гнев уже на гостью.
— Об этом надо было думать, когда ты за алкаша выходила по залёту. — грубо бросил Валера, отталкивая мать в сторону.
Он провёл Сашу в свою комнату и запер дверь. Обернувшись, парень тяжело выдохнул и подошёл к шкафу. Перебрав пару вещей, он протянул шорты и футболку даме. Она стояла всё ещё в шоке, не понимая, как на вид спокойная женщина может так кричать.
— Ты переодевайся, а я сейчас. — сказал шатен перед тем, как скрыться за дверью.
Тихова стояла посреди комнаты, немного мявшись. Они не так близко знакомы, а она уже у него дома. Девушка неуверенно скидывала школьную форму и надевала одежду, которую ей Предоставили. Она стояла посередине комнаты и держала в руках сложенную одежду. Девушка, не зная, куда деваться и что делать, убрала вещи на край кровати и принялась разглядывать комнату парня. Она смотрела на плакаты, на них были накаченные мужчины и полуголые девушки, типа таких висели в каморке. На полке стоят книги, которые покрылись пылью. Письменный стол тоже был покрыт пылью, но, в отличие от книг, не так сильно. Видимо, его мать изредка заходит и прибирается, либо он сам. На полу валяются пару одиночных носков. В глаза бросился журнал, который лежал на столе. Взглянув на дверь, Саша неуверенно протянула руку к нему и взяла. На обложке была девушка в достаточно откровенном наряде, хотя это нарядом назвать нельзя, так, тряпки, только чтоб интимные места прикрыть, но это оказалось самым безобидным в журнале. Пролистав пару страниц, она бросила его обратно и села на кровать. Щёки горели от стыда. Как такое вообще можно читать? Одни голые девушки и мужчины в непристойных позах. Несколько страниц были чем-то склеены, а на других были загнуты уголки, чтоб, видимо, потом вернуться. Неужто Турбо нравится такое. Господи, что за мысли у этого человека.
Девушка пыталась забыть то, что только что увидела, но, кажется, эта обложка кажется везде. Даже если глаза закрыть, мозг сам будет её вырисовывать, ещё больше вгоняя её в краску. Она ругала себя за такое, но ничего с этим не могла поделать, лишь пытаться сфокусироваться своё внимание на чем-то другом. Глаза снова побежали по комнате в поисках более интересного и приличного. Тут замечает упавшую рамку. Подняв её, Саша видит Туркина. Она вспомнила его, ведь через него тогда передавала записку для своего возлюбленного, но с ним был ещё один человек, видимо, это уже был Вахит. Как только Тихова не узнала такие острые черты лица, хотя его улыбка врезалась надолго. Рядом с парнем стояла девушка. Она не сумела хорошенько разглядеть фотографию, послышались шаги. Беловолосая тут же села на кровать, делая вид, что ничего не видела, но слабый румянец ещё был на щеках, выдавая её любопытство.
Валера наконец-то появился в компании. Под одним боком у него был подобие на матрас, а под другим подушка. Такая тяжёлая, с гусиными перьями, которые иногда с другом поднять. Он закрыл дверь ногой, и громкий хлопок разошёлся по квартире, на что мать что-то выкрикнула. Кудрявый закатил глаза и бросил всё на пол. Развернул спальное место, постелил постельное бельё и бросил подушку. Девушка встала и думала уже ложиться на пол, но парень быстро её толкнул на кровать, нахмурив брови.
— Куда собралась? Ты у меня на пол не ляжешь. — бросил он, скидывая с себя верхнюю одежду.
Подняв голову, она неуверенно взглянула на него, но после устремила свой взгляд на потолок, не желая смотреть на Турбо. Его комплекция тела была подтянута, на такое хотелось смотреть и смотреть, но не хотелось после показаться какой-то извращенкой. Да и странно так пялиться на человека, хоть они и в отношениях, но всего второй день, это неприлично. Саша зарылась под одеяло и уткнулась лицом в подушку.
— Спокойной ночи, кудрявый. — промямлила она.
— Спокойной, ангел. — даже не видя его лица, Тихова слышала, что Валера говорит это с широкой улыбкой.