31 глава
Шатен сидел на ступеньках, рядом с ним брюнет. Оба группировщика молча курили. Наверное, парень раздумывал, как снова получить расположение девушки. Такое подумать о ней было глупо. Докурив, он бросил окурок и, поднявшись, кивает автору, после оставляет его одного. Сам, если что зайдёт, всё равно не останавливает его. Завернув за угол, суппер сразу же встречается с товарищем, который всё видел. Выглядел он весёлым и спокойным, будто знал, что будет дальше.
З: Что, первая сора. Если так часто будет, то вы расстанетесь, даже не начав отношения. — Парень не мог не вставить свои комментарии, немного припуская так товарищей, либо чтоб разрядить обстановку.
Кудрявый фыркнул, сунул руки в карманы и медленно шёл, никуда не спеша. Знал, что девушка не убежит, не в её это духе, скорее где-то уже со своим новым другом сидит, обнимает. Это нервировало его. Сутулый так быстро смог заполучить её расположение, но и она быстро находит новые знакомства.
Он хотел, чтоб такая необыкновенная девушка была только его, чтоб только он имел право ей любоваться, прикасаться, решать, как ей жить, с кем общаться и куда идти. Парень желал иметь власть над беловолосой, знать, что та никуда не денется, не сбежит, не уйдёт, не уедет, и чтоб она знала, что тот готов за неё жизнь отдать. Хотел, чтоб она была только с ним мила, могла ему довериться, отдала все ключи от дверей, поведала все секреты и ночи.
Турбо и Зима зашли, дискотека уже была в самом разгаре. Голубые глаза тут же принялись искать белую голову по танцполу, после прошлась и по колоннам. На одной из лавочек сидели Саша и Илья, он приобнимал её за плечо, а она уложила голову тому на плечо. Около них стоял Сиплый, оперевшись спиной о стену, рядом с ним на полу сидел Пальто, а Марат и Череп что-то яро говорили, жестикулируя руками. Наверное, какую-то из историй решили поведать Тиховой. Парень сжал кулаки в карманах и чуть нахмурился. Она должна так с ним сидеть, а не с этим шатеном. Он стартанул в их сторону, а Вахит пошёл за ним расслабленно, но пытался не отставать, чтоб если что держать суппера, а то дел наворит — вовек не разгребёшь.
Кудрявый встал позади скорлупы и младшего суппера. Из отрывка фразы можно было понять, о чём те беседуют. Случай, который был совершенно недавно. Саша внимательно слушала Суворова, который уж слишком эмоционально рассказывал не такую и серьёзную ситуацию, бывало и похуже, но всё было до него. Сейчас уже пытаются двигаться спокойно, без лишней грязи и вазни с ментами, но не спускали с рук неуважение в их сторону. Она подняла свой взгляд и заметила Турбо. До этого она не придавала значения его поведению, но сейчас что-то было странное. Эти игры его в тепло-холодно, как подросток какой-то. Сначала гуляет с ней, потом игнорит, нагло себя ведёт, это так странно. Дева поджала губы, но взгляд не отвела. Будто пытаясь понять, почему тот так злится на неё.
Их такой диалог перебивает Острый. Пьяный, хмурый, чем-то недовольный. Посмотрев на младшую, кивает ей, намекая, что надо отойти переговорить. Саша нахмурилась, говорить или как-то вообще контактировать с братом не хотелось после его слов. А она ведь плакала, винила себя в том, что из-за неё сел, а тот, оказывается, вот так о ней думает. Но деваться некуда, старшего нельзя ослушаться. Подняв свою голову с чужого плеча, она снова поправила юбку и побрела за Никитой. Шли они недолго, он её привёл в тёмный коридор. Брюнет закуривает сигарету, молчит, раскуривает её. Первая затяжка, запах распространяется по небольшому коридору, он на неё не смотрит, будто мерзко и стыдно. Выдохнув, мужчина наконец-то опускает голову, в глазах читает, как тому противно даже стоять рядом с ней, не то что называть своей «сестрой».
Н: Саша, перестань вести как шаболда. Разоделась, как шлюха, для кого только? Для этого, с которым ты целый день обжимаешься. А потом ныть будешь, что к тебе типа пристают, трогают. Знаешь, ты сама виновата, на хуй было одеваться, как проститутка. Тогда бы Хриплый к тебе не лез. Только жизнь парню испортила. — Голос грубый, холодный, нет никакого родного тепла, да и как можно это почувствовать в этих словах. — Мне стыдно говорить, что мы с тобой родственники. Что ты моя сестра, что в моей группировки. Лучше б ты тогда умерла, было бы проще. — Последние слова были как удар ниже пояса. Тихова слушала молча, в ушах зазвенела, ноги будто стали ватными. Она отшатнулась и упёрлась спиной о стену, спустившись по ней, пытаясь устоять на ногах и не упасть. Никита затянулся и снова выдохнул. — Я уже заебался снова и снова говорить: «Не вафлёрша она, ничего не было». Да я ведь сам правды не знаю, а вдруг и в правду не чистая, а я с тобою общаюсь, за руку здороваюсь. Я не хочу из-за тебя терять свою репутацию. — Не переставал он говорить. Будто пытался убить её, оставив старый комок страха и обид. Когда та лишь была удобной, а сейчас уж слишком осмелела.
Ком подступил к горлу. Боль сменилась злостью на старшего.
С: Никита. — голос предательски дрогнул, но всё же был пропитан полной ненавистью. Острый безразлично посмотрел на неё, затягиваясь сигаретой. — Так и больше не надо. Я больше не твоя сестра! Больше не с вами! — голос переходил на крик.
Наверное, если бы у неё было больше сил, то она бы набросилась на него, но тело ослабло от таких слов, которые били по самым слабым местам, разрывая раны, от чего они горели и болели ещё сильнее. Тут послышался звонкий удар, от чего голова ударилась о стену. Щека горела, в голове всё скомкалось, девушка уже не знала, что думать, что чувствовать. Острый плюнул той в ногу, проявляя неуважение.
Н: Не смей больше появляться на базе. Для тебя я теперь Никита Орлов. — безразлично произнёс он, после чего шагнул прочь, оставляя её одну.
Сердце в груди сжималось, дыхание было прерывистым, она как рыба ловила ртом воздух. В голове шум, ничего не понятно. В ушах отдавалось только одно слово «умерла». Умерла? Мужчина разорвал её душу, которая была собрана лишь наполовину, уничтожив все её старания. Слёзы лились градом, и лишь в тишине коридора были слышны её всхлипы с отдалённым звуком весёлых песен. Хотелось прямо сейчас раствориться или проснуться, чтоб это было простым кошмаром. Это не может быть наяву. Не может родной человек такое говорить. Но просидев так какое-то время, беловолосая поняла, что это теперь её реальность. Что теперь нет у неё укрытия и члена семьи. Он разрушил её выдуманный мир, где всё хорошо, где её любят, больше не презирают и не брезгуют даже здороваться.
Турбо заметил, что времени прошло немало, но Саши всё нет и нет. Оглядевшись, он видел только Острого, который продолжал пить, прижимая к себе свою невесту. Кудрявый решил поискать девушку, поговорить с ней, попытаться объясниться. Быстро перекинувшись с товарищем парой фразами, он решил пройтись, поискать её. Кудрявый ходил медленно, не спеша, но такой подозрительный вид заметил Адидас. Он недолго следил, куда тот идёт, но после его увела Наташа, наверное, опять танцевать. Суппер обходил зал, заглядывая в каждую дверь, как мент при обыске. Пытался не привлекать излишнее внимание. Обойдя пару комнат, парень открыл дверь, которая вела куда-то. Он хотел её уже закрыть и идти дальше, как послышался еле слышный всхлип, а потом при слабом свете заметил чью-то ногу. Валера быстро скрылся за дверью, закрыв её за собой. Девушка тут же притихла, но скорее пыталась. Сдерживать в себе выходило плохо, хотелось плакать и плакать, пока слёз совсем не останется. Может, уже тогда она станет по-другому относиться к людям.
Серо-голубые глаза быстро привыкли к темноте и по очертаниям предметов быстро дошёл до девичьего тела, которое вжалось в стену, пытаясь с ней слиться. Турбо присял рядом. Молча, без каких-либо ненужных вопросов, и прижал её к себе. Он чувствовал, как та дрожит в его руках и как сердце сжимает, а его переполняет буря эмоций. Суппер понял, что это всё Острый, но что тот мог такого сказать? Но сейчас вопросы ни к чему. Он сейчас нужен не чтоб выяснять ситуацию, не по статусу, а чтоб быть с Сашей.
Тихова не сразу прижалась к нему. Даже не сразу поняла кто это. Но мужские руки, которые прижимали её ближе, крепко обнимая, сразу дали намёк. Она и не думала, что Турбо явится её искать, но, видимо, она ошиблась. Беловолосая уткнулась ему в грудь, скрывая заплаканное лицо, будто тьмы для этого не хватало. Тушь уже растеклась по белоснежной коже, образовав чёрные дорожки. Он уложил руки ей на волосы и бережно поглаживал. Кудрявый не знал, что ему следует делать, но оставить даму не мог. Волновался за неё.
Прошло, наверное, 5 минут или даже час. Они всё так же сидели молча, ничего друг другу не объясняя, это ни к чему, ситуация с Ильёй и Катей забылась. Сейчас совсем не до этого. Саша притихла в чужих руках, будто в отцовских. Так спокойно и умиротворённо, точно знаешь, что любят. Турбо спустил глаза на макушку и наклонил голову, поцеловал. Еле ощутимо, но так аккуратно. От него так и веяло тем теплом, которого не хватало.
Т: Давай, вставай. — раздался еле слышный голос парня.
Он отстранился и помог подняться Тиховой. Она еле стоит на ногах. Кофта уже сползла с плеч и с трудом держалась, обнажая белоснежные плечи. Голубые глаза быстро прошлись по ним, запоминая каждый новый участок тела, который не скоро ему удастся увидеть вновь. Суппер поправил кофту и наполовину застегнул, чтоб та больше не спадала, чтоб больше не видел то, что уже смог запечатлить он. Девушка протерает свои щёки, глаза, пытаясь полностью оттереть остатки косметики. После сделала пару шагов ближе, целует в уголок губ, а потом утыкается лбом в крепкую грудь. Хотелось снова упасть, почувствовать подушку головой и провалиться в сон.
Но тут Турбо поднимает её подбородок и целует в губы. Без вопросов, просто резко, нагло, но с большой любовью и нежностью. Саша молчит, но отдаёт в его руки, не думая о случившемся горе, в голове только этот момент. Щёки покрываются румянцем, в голове что-то шепчет, что так неправильно, но она не слушает. Беловолосая запускает руки в чужие кудри, а он её всё сильнее прижимает к себе, будто та собирается сразу же убежать. Сердце бешено стучит, но, кажется, в унисон с его. Поцелуй повторяется снова и снова, пытаясь так вырезать всю бурю эмоций, которая она в нём вызывает.
Грубые губы перестают её терзать, и голубые глаза блестят в темноте. Такие счастливые, будто с самой встречи желали это сделать. Тихова снова прячет лицо, грудь быстро поднимается и опускается, не понимает, как так всё случилось. Заметив это, суппер решает воспользоваться моментом и, схватив её за руку, ведёт за собой. Вместе выходят из коридора, но пару чужих глаз все же это замечают. Парень ведёт за собой деву, спешит куда-то, а она пытается успеть за ним, каблуки натирают, ноги гудят. Когда они уже выбегали из ДК, Саша выдёргивает руку из крепкой хватки.
С: Куда ведёшь меня? — слабый прохладный ветер раздувает волосы, пробираясь под одежду, от чего она съёживается. Турбо подходит, полностью застёгивает чужую кофту, снимает свою, накидывает на неё. — Я не могу бежать, я на каблуках, ноги болят, мне бы сесть хоть куда-то. — пробурчала она, пока парень закутывал её в свою одежду.
Т: А ты одевалась бы потеплее, а то на улице ещё не май. — ответил он, после чего быстро подхватывает её на руки. — Юбку бы ещё короче одела, я бы тебя сразу украл.
С: А у меня есть, возьму и прям завтра припрусь в такой к вам в качалку, если так хочешь. — спокойно говорила Тихова, убирая чужие кудри с лица.
Т: Ты тогда порог не успеешь переступить, сразу со мной уйдёшь. — с широкой улыбкой говорил он.
С: Максим узнает, против будет, ругаться станет, я не хочу с ним отношения портить.
Т: Ничего, мы ему не скажем, а потом уже выбора у него не будет.
С: Валер, а что это было там.
Т: Ну а тебе как кажется. — шатен остановился, посмотрел на Сашу, та снова покраснела, с ответом мнётся, боится что ли. — Люблю тебя, люблю. — уверена добавляет он. Наверное, до этого Турбо бы с трудом выплюнул эти слова, но сейчас он точно знает, что та уже его. — Будешь со мной ходить?
Всё происходит так неожиданно и быстро, что Тиховой не сразу получается всё понять. Любит. Ходить. Сейчас это так не вовремя, если две группировки и вправду станут одной, то Острый не одобрит это, и там либо отошьют его, либо он бросит её, а такие парни выбирают второй. Но с Турбо так хорошо, так спокойно и уютно, что отказать просто язык повернётся сказать. Девушка молчит, а Валера и не подгоняет её, готов ждать сколько понадобится.
С: Да, но у меня есть одно условие: об этом никому не говори, мне надо сначала старших подготовить. — Она подтянулась и поцеловала его в щёку со слабой улыбкой.
Кудрявый кивает головой и продолжает свой путь.
_________________________________________
