Глава 18|Воссоединение?
—Не мне решать с кем тебе быть.—девушка мягко водила пальцами по груди Валеры.—Мне просто было важно знать, что это взаимно.
—Да по мне же сразу это видно. Я глаз от тебя оторвать не могу. Постоянно рядом.—он будто сам был этому не рад.—Прозвище это дурацкое, Ласточка, как будто школьник какой-то. И мысль о том, что кто-то может тебя касаться, просто взрывает мне мозг.
—А мне нравится. Ласточка, мне подходит.—рыжая улыбалась прижимаясь к спине групировщика.—Нежно и не избито.
—Как ты можешь так со мной обниматься, зная, что я с Демьяновой?—он развернулся обнимая её в ответ.
—А что у вас с ней?—спросила Каримова, кладя голову на грудь молодого человека.—Да и сомневаюсь, что такие слова ты и ей говоришь.
—У неё есть кое-что на тебя.—он тяжело вздохнул, крепче прижимая хрупкое тело.
—Дай угадаю, тайна «Универсама»? Карма и Хадитакташ? —спросила девушка.
—Откуда?—она улыбнулась.
—Барашек, заикнись она об этом, «Киноплёнка» станет крысами. А «Хадитакташ» больше не будет.—рыжая посмеялась.—Раз ты всё знаешь, то могу и сказать. Все это знают. Но если хоть кто-то об этом скажет... Будет плохо всем, кроме «Универсама». —парень хотел что-то сказать, но она его перебила.—Да не трахнул меня никто. Не успели. Избили славно, признаю. А того парня не отшили. Поэтому среди Хадиков, ходит насильник. И только Демьянова откроет рот об этом... Хадишевские быстро её уберут. Я не девочка, но чистая.
—Почему все об этом молчат?—спросил Супер, гладя рыжие локоны.—Стоп, в смысле?
—Не выгодно. Представь, что тут начнётся.—Карма, мягко посмотрела на него, а после загадочно улыбнулась.—Пойдём домой. Хочу спать.—она отошла, а он пошёл за ней.
—Нет, погоди!—он шёл буквально по пятам.—Как это понимать? Не девственница, но чистая!—Каримова тяжело вздохнула, покачивая головой. Девушка подошла к кирпичной кладке на крыше, она была ей примерно по грудь. Закинув ногу на это сооружение, девушка подозвала парня ближе.—Что ты делаешь?
—Вторую ногу бери.—парень аккуратно поднял ногу девушки, так что она оказалась в шпагате.—А теперь закинь к себе на плечо, только придерживай, чтобы больно не было.—он с интересом выполнил просьбу. Рыжая опираясь на голени, провисла в шпагате в минус. Парень опешил. Но удивился ещё больше, когда Амелия, наклонилась вперёд и одной рукой взяла его за голень.—И когда меня спрашивают, почему Демьянова хуже меня. Я всегда знаю, что я отдала свою невинность спорту, а она отдаст её какому-нибудь чушпану.
—Это вообще как?—парень помог девушке спуститься.—И давно?
—В 14 лет. У меня самый большой минус в шпагате по СССР.—сказала девушка, начиная спускаться с крыши.—Прямо в зале. Было больно.
—Охренеть!—парень был в шоке, но улыбался.
Они завалились домой, когда время уже было около 3 часов ночи. Они гуляли по городу всё это время болтая ни о чём. И дома, они очень быстро раздевались, чтобы Татьяна ничего не заметила. Они быстро забежали в комнату, а после рассмеялись. Девушка упала на кровать Туркина, раскидывая руки в разные стороны.
—Как хорошо!—прикрыв глаза, тихо прошептала девушка. Над ней навис Валерий, рассматривая лицо, а после убирая мешающую прядь с белого личика.—Ты чего?—она приподняла веки. Турбо медленно развязал повязку на руке, затем нежно провёл по новому шраму на руке, который заставлял сжиматься его сердце.
—Пообещай мне.—он смотрел на запястье, а после приложил ладонь к губам.
—Что?—девушка закусила губу.
—Больше не вредить себе. Твои руки не должны страдать.—он смотрел в её глаза, взгляд был серьёзным.—Не из-за меня, не из-за кого или чего-либо.
—Валер, я не могу пообещать то, что не выполню...—девушка отвела взгляд.—Прошу не заставляй меня, я правда не могу...
—Что у тебя в голове, когда ты это делаешь?—он мягко гладил тонкое запястье.
—Ощущение, что там пусто...—она начала отвечать в серьёз.—Будто только сердце противно ноет, пытается вырваться из груди. Душа разрывается на части. Становится слишком страшно. И я нашла выход в самоповреждениях.
—Прости...—парень перевёл взгляд на её личико.—Я стал одной из причин.
—Всё хорошо, барашек.—тонкие руки обхватили его шею, обнимая. Он сжал губы в тонкую линию, а после обрушился поцелуем на неё.
—Ты просто не представляешь насколько ты пленительно манящая. —он целовал её губы в перерывах делая комплименты.—Ты будто Афродита, сошедшая с Олимпа.
—Валер..—скулит она, отвечая на его напористый поцелуй.
В одно мгновение, их языки сплетаются. Грубые мужские ладони, начинают ласкать женскую талию, а губы терзают, заставляя возбуждение разливаться по всему телу. Она буквально извивается под его натиском, цепляясь руками за широкие плечи. Кудрявая копна, падает на его глаза, начиная щекотать. Девушка ловко переворачивает парня на спину и оказывается сверху. Он же по хозяйски кладёт руку на её талию, обхватывая и притягивая ближе к себе, а второй хватается за упругие ягодицы. Она сидит ровно на его паху. Хотя он и возбуждён, но ему так плевать на это. Туркину важно только то, что он обладает ей сейчас. Лея отрывается от столь желанных губ и смотрит из приоткрытых глаз.
—Ты такая красивая...—тянет группировщик, заправляя выбившуюся прядь за ухо.—Такая замечательная. Я мог только мечтать о такой как ты...
—Но ведь ты не со мной.—как отрезала, сказала девушка.—Ты с ней.
—Теперь в этом нет надобности, я хочу быть с тобой.—он очертил линию её подбородка.—Хочу быть твоим злым псом, который перегрызёт глотку за тебя.
—Валер..—она вновь мягко коснулась губами его губ.—Просто не оставляй меня одну.
—Ни за что, Ласточка. Я хочу чтобы ты была моей.—он мягко обводит плечи девушки, слегка перебирая волосы. А после снова целует..
———
И так я знаю, что гимнастки не могут лишиться невинности на тренировках. Но мне нужно было избавиться от этого фактора. Так как я ненавижу писать про девственниц. Так что простите. Давайте представим, что это возможно... в рамках этой истории.