турбо младшая|||ералаш

Валера набросился на нас вихрем. Прежде, чем кто-либо успел моргнуть, его кулак врезался в лицо Миши. Кровь брызнула, словно из пробитой плотины.

Мишу отшвырнуло назад, как тряпичную куклу.

-Валера! Что ты творишь?!,—я вцепилась в его руку, пытаясь оттащить от Миши, словно от надвигающейся катастрофы.

-Что "Валера"?!! Ты хоть понимаешь, что натворила?!,—он вырвался, словно дикий зверь, готовый растерзать добычу. Схватил Мишу за грудь, комкая ткань, словно бумагу.

Миша принял второй удар, словно искупление за грехи. Он даже не попытался защититься, словно сдался на милость судьбы.

Вокруг – хаос. Кто-то пытался разнять их, но тщетно. Я кричала, умоляла.

-Валера, опомнись! Ты его убьёшь! Остановись!,—паника! Отчаяние! Я начала колотить в дверь, словно одержимая.

-Валера, не смей! Не трогай его!–кричала я, срывая голос. Другие ребята присоединились ко мне, пытаясь выломать эту проклятую дверь.

ОТ ЛИЦА ТУРБО

Ярость затопила меня, как цунами. Как только я увидел их вместе, словно лед и пламень столкнулись в моей груди! А этот поцелуй... Мерзость! Как они посмели?!

Я стоял, держа дверь, словно страж у врат ада.

В глазах моих не было сочувствия, только презрение к предателю.

-Я думал, ты о сестре моей заботишься, а ты, оказывается, глаз на неё положил, змея подколодная!,—я пытался сдержаться, но ярость рвалась наружу, как дикий зверь из клетки.

-Турбо, я всё объясню! Дай мне шанс!,—меня сорвало. Я набросился на него, как голодный волк на добычу. Мой кулак сломал его челюсть.

-Валера!– вопль сестры пронзил уши.

Меня начали оттаскивать, но я сопротивлялся, словно одержимый.

-Турбо, всё! Хватит! Успокойся! – кричал Сутулый, пытаясь меня удержать.

-Ещё раз к ней приблизишься, яйца вырву!,—мои слова были адресованы Ералашу, но я был готов уничтожить любого, кто посмеет прикоснуться к моей сестре.

-Валера, да успокойся же ты!–Дина дёрнула меня за руку, пытаясь отрезвить.

Я отбросил от себя парней, схватил её за руку, словно в тиски.

-Пошли!– прорычал я, не в силах сдержать гнев.

-Валера, мне больно!–она пыталась вырваться, но моя хватка была железной.

Только сейчас я осознал, как сильно сжал её руку. Отпустил хватку, но злость не утихала.

Ей придётся ответить за всё!

ОТ ЛИЦА ДИНЫ

Сердце бешено колотилось, словно пойманная птица. Что меня ждёт дома?

Неизвестность пугала больше всего на свете.

Он ведь не ударит меня... Ведь не поднимет руку?

До дома мы добрались в тишине, пропитанной напряжением. Он сорвал с себя одежду и скрылся в своей комнате, хлопнув дверью так, что задрожали стёкла.

У меня есть несколько минут, чтобы переодеться и придумать, как спасти свою шкуру.

В комнате я села на кровать, словно на электрический стул, и начала разрабатывать план побега.

Может, я совершила ужасную ошибку?

Может, стоило продолжать молчать? Из-за меня пострадал Миша...

-Дина! На кухню, с дневником!–голос брата прозвучал как смертный приговор. Ярость в нём ещё не утихла.

Дневник? Зачем ему дневник? Этого я боялась больше всего на свете. Как признаться, что по двум предметам у меня маячат двойки? Как избежать неминуемой расправы?

-Сама не пойму, как так вышло...– пробормотала я, словно оправдываясь перед самой собой,—Просто тоска смертная – эта биология, эта история... Словно меня в гроб живьём закапывают!,—я вошла на кухню – без дневника, словно без кожи.

-Что, слух у тебя отшибло? Я сказал: с дневником!–его слова – ледяные иглы, пронзающие насквозь.

-Мы его сдали...– прошептала я, пряча дрожащие руки за спиной, словно скрывая смертный грех.

-Не вчера родился! Неси дневник, кому говорю!– ярость сгущалась в его голосе, как грозовая туча.

Я поплелась за дневником, словно на казнь.

Ноги ватные, сердце – бешено колотится в груди, как птица в клетке. Страх парализовал меня.

Села за стол, как на электрический стул. Брат переворачивал страницы, словно читал приговор. Руки я прятала под столом, силясь унять дрожь. Сердце бешено выстукивало:Беги! Спасайся!

-Биология – крах! История – полный провал!–его взгляд – словно смертный приговор.

-Ну... Так сложились звёзды...– пробормотала я, стараясь казаться безразличной.

-Как, мать твою, "сложились звёзды"?! Ты всю жизнь отличницей была! Что случилось?!–он швырнул дневник на стол, словно бомбу. Я вздрогнула, как от удара хлыстом.

-С этого дня – домашний арест. И уроки будешь делать только со мной! А с этим...Мишей... Забудь!

-Но, Валера!

-Ты глухая?! Я сказал – забудь!

-Валера... Я его люблю!–мои слова словно выстрелили в тишине.

Валера шумно выдохнул, словно выпустил из груди часть души.

-Любовь?! О будущем нужно думать! Об учёбе! А не слюни распускать!

-Да не кричи ты! Я и так знаю, что маленькая... Но это моя жизнь! Дай хоть раз почувствовать себя счастливой!–я повысила голос, словно бросала вызов судьбе. Была готова к заточению, но от Миши не откажусь!

-Очнись! Любовь... Да ты с ним завтра расстаться можешь!–скептически фыркнул он.

-А вдруг меня больше никто не полюбит так, как он? Вдруг это мой единственный шанс на счастье?–я смотрела на него с мольбой,—Валера, пойми меня...,—он встал, налил себе воды и выпил залпом, словно тушил пожар,—Валера, ты же с ним общаешься... Ты знаешь, он не такой! Он хороший! Никогда руки не распускал...–я умоляла его, надеясь на понимание.

-Что ты мне рассказываешь?Диночка, да он тебя в этом ДК чуть не сожрал заживо!–брат снова сел, прожигая меня взглядом.

-Это я была инициатором! Валера, пожалуйста! Я тебе обещаю, он меня не обидит!,—Валера шумно выдохнул, закрыл лицо руками, словно пытаясь скрыть отчаяние. Затем взъерошил волосы, и на лице осталась лишь лёгкая тень злости.

-Ладно... Делай, что хочешь–его голос смягчился, в нём промелькнуло что-то похожее на усталость.

-Но передай своему дружку: если хоть одна слезинка упадёт с твоего лица из-за него, или он хоть пальцем тебя тронет... Пусть пеняет на себя,—неужели это правда? Он одобрил?

Разрешил? Я не верила своему счастью!

Теперь можно не прятаться, не бояться...

Я подскочила, обняла его за шею.

-Спасибо!

-Да не подлизывайся–он слегка оттолкнул меня, показывая, что всё ещё не в восторге от этой ситуации.

Я закатила глаза и уже собиралась уйти, как вдруг...

-А ты куда собралась? Я тебя не отпускал! Иди сюда!Выбирай: ремень, гречка или морковка?

-Нет, спасибо! Удвоить и передать другому!–я попыталась улизнуть, но он схватил меня за ворот футболки, словно котёнка.

-Ах, ты сразу всё,понял!

-Э, нет! Давай-ка лучше гречка!

-С тобой – одно удовольствие иметь дело– протянул он, словно торгуясь с дьяволом,—Неси учебники! Пока не вызубришь всё до последней запятой и мне не перескажешь, с гречки не слезешь!

Он издевается?! Чтоб его черти утащили!– мысленно взвыла я, сгорая от ярости.

Через несколько минут эта чёртова гречка уже дымилась передо мной.

-Валера, ты вообще в курсе, что это называется домашним насилием?!–я стояла и смотрела на гречневую кашу, словно на яд, окружённую учебниками.Свечей не хватает!

Точно вызову инспектора по правам человека!

-Давай-давай! Чем быстрее начнёшь, тем быстрее закончишь и отправишься в царство Морфея– кучерявый дьявол ухмылялся, предвкушая мою муку.

Он ещё сам эту гречку жрать будет! – пронеслось в моей голове, и я стиснула зубы от бессильной злобы.

Два часа... Проклятые два часа тянулись, словно вечность. Я, наконец, выучила эту чёртову биологию, эту ненавистную историю!

Рухнула на пол, словно подкошенная. Ноги онемели, словно их отрезали. Я наивно полагала, что Валера будет в другой комнате...

Но нет! Он стоял над душой, как надсмотрщик, словно выжидая, когда я сломаюсь. Возненавидела эти предметы уже на пятой минуте, сидя на гречке, как на иголках.

-Валера... Даже фашисты так не издевались!– прохрипела я, уткнувшись лицом в пол.

-Нравится, не нравится – терпи, моя красавица!– он наклонился ко мне, словно хищник, и подхватил на руки. Затем понёс в комнату, словно добычу.

-Вот это мне нравится! Теперь ты – мой раб!– заявила я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

За дерзость получила подзатыльник.

-Валерий... Я тебе это припомню! Ты ещё пожалеешь! – прошептала я, глядя ему в спину.

Ворочалась на кровати, словно на углях, не в силах уснуть.

Ноги ныли, словно их били молотом. Чем себя занять? Тоска разъедала меня изнутри.

Уже хотела вытряхнуть всё из шкафа, разнести комнату в щепки... Но вдруг пришло сообщение. Отвечать не хотелось, но любопытство взяло верх.

Взглянула на экран – Димка!

-Зайчик мой, с Днём святого Валентина!– написал Дима, прикрепив подмигивающий смайлик.

Улыбка тронула мои губы.Вот дурак! Сейчас уже пятнадцатое!

Мы переписывались почти всю ночь, словно глоток свежего воздуха после долгой духоты.

Как же приятно поболтать с другом детства!

Он рассказывал мне о многом, словно исповедовался. О том, как Колика убили... Я похолодела от ужаса. Как?! А Лиза? Что с ней?

Ведь он же её брат! Вопросы роились в голове, словно пчёлы в улье, а ответов не было.

Я тоже немного приоткрыла завесу тайны.

Рассказала о вспыхнувшей любви, о пытках брата...

Через час мои веки налились свинцом, словно кто-то приклеил грузики. Взглянула на часы – половина седьмого утра! Мы проговорили шесть часов подряд!

Дима: Уже пол седьмого! О чём мы вообще разговаривали шесть часов?

Я: Не знаю, Дим... Время пролетело, как один миг. Спать хочешь?

Дима: Если честно... Да! Глаза безумно слипаются.

Я: Ахах! Ну тогда не буду мучить.

Я подумала, что диалог окончен, но Дима снова написал.

Дима: Кстати, ты не хочешь потом погулять? На весенних каникулах, например... Или твой паренёк приревнует?😉

Я: Конечно, погуляем! А Миша, думаю, против не будет.

Дима: А если честно?

Я: Он и не узнает.😉

Дима: Только нам всё равно нужно быть аккуратными. Не думаю, что твои и мои одобрят нашу дружбу.

Я: Всё будет нормально! Беру ответственность на себя!

Дима: Ладно, беги спать,зайчик мой.

Я: Спокойной ночи!

Дима: Спокойной ночи, Дим.😘

Вот теперь – точно всё. Отбросила телефон, укуталась в одеяло, обняла своего длинного кота.

Теперь можно уснуть со спокойной душой.

Краем глаза посмотрела на плюшевого медведя, который лежал рядом. Да-да! Это тот самый медведь, подарок от брата! Мой талисман. Кстати, о брате... Надеюсь, ему приснится кошмар, от которого он пропотеет до нитки! В этом кошмаре должна быть я, бегущая за ним с автоматом в руках! А рядом со мной несётся на четвереньках Игорь! Вот тогда – справедливость восторжествует!