Свержение Короля

— Твою мать…

Чуя ходил туда-сюда по квартире, переваривая всю информацию. Если Дазай прав, то его положение хуже некуда. Он не только не могу спокойно убить Мори, он не смогу даже подойти к нему. Потому что, если Огай подозревает Чую в покушении на его жизнь, то теперь его всегда будет сопровождать охрана.

— Чуя, успокойся. Ты уже какой круг наворачиваешь? — спросил Дазай, смотря, как недо-напарник ходит кругами по квартире. А Чуя не может успокоится, не может просто сесть и сложить ручки.

— Как я мог так оплошать? А если он меня казнит, для своей безопасности? — спрашивал он себя. Тихо, чтобы Осаму не слышал его размышлений. Но, кажется, он все равно слышал.

— Да не убьет он тебя, — Чуя остановился и посмотрел на него. Глаза серьёзные, аж в дрожь бросает. Таким, он его редко видел в последнее время, — хотя бы потому что ты — самый сильны эспер мафии. Ему не выгодно тебя убивать. Хватит паниковать и думай головой.

Он говорит так спокойно. Конечно, не его же жизнь висит на волоске! Хотя, он прав. Убивать Накахару не станут, выгонять из мафии — тоже. Мори это не выгодно, зная, что он, хоть больше не предан ему, но все равно предан мафии.

— Да, ты прав. — Чуя, наконец, сел на стул рядом с Дазаем, не смотря на него. Но, могу предположить, что Осаму удивлен тому, что он согласился с ним. — И что делать будем?

— Ты меня спрашиваешь?

— Но ты же у нас гений-мыслитель… — очень сложно признавать, что Дазай умнее и лучше. Но делать нечего.

— Ну ладно-ладно, — самодовольный, словно кот. Бесит, — у меня было два варианта, — он показал два пальца,— Первый: убить Мори так же, как и прошлого босса.

Чуя сразу стал возражать:

— Но, тот босс был уже старым и больным. И потом, если так, то Мори может догадаться, поставить охрану и поймать меня с поличным.

— Я рад, что ты включил мозги. Думал, их нет, — Дазай засмеялся, но не долго, посмотрев на Накахару. Глаза были злыми, а сам Чуя готов был ударить в любую минуту. Осаму нервно сглотнул и согнул один палец, — Второй: оставить твою идею на некоторое время.

Голубые глаза стали ещё больше. Губы поджались а брови нахмурились. Какое-то новое чувство появилось в груди. Чуя не мог распознать его, но это чувство такое противное, что хотелось блевать.

— Что?

— Посуди сам: если мы оставим эту идею на какое-то время, и ты перестанешь пытаться убить босса, то он, возможно, забудет про это. Потеряет бдительность. Тогда и нападем.

— Тогда, — рыжий тяжело вздохнул, — нужно вернуть его доверие ко мне. Иначе никак.

— У тебя есть идеи? — последовал кивок. Осаму удовлетворенно улыбнулся, наконец полностью убедившись, что Чуя включил мозги.

Накахара встал и подошёл к вешалке со своим пальто. Достал сигареты, зажигалку и спросил:

— Можно? — Дазай лишь развел руками, говоря этим: « делай что хочешь».

Чуя открыл окно и стал курить. Резко и долго втянулся, аж глаза заслезились, но это, скорее, больше от стресса. Ничего не получается. Он даже не уверен, получится ли вернуть доверие Мори после того фиаско. Не знал, получится ли все. Получится ли отомстить. А может, не стоит? Все-таки, это мафия, там всегда всех убивают. Но нет. Чуя стал сжимать сигарету в руках, вспоминая крик о помощи, лужи крови и запах смерти. Он, конечно, уже привык к этому. Пытки – одно из оружий мафии. Но не тех людей она выбрала для пыток. Не тех… В душе опять появилась ненависть и безысходность. Оставить все как есть? — просто, но тогда, Чуя не отомстит за друзей. Он вспомнил, как один из его друзей увидел его, будучи на краю между жизнью и смертью. Парень рыдал от боли, когда его конечности ломали, пытаясь что-то выведать. Когда его кожу прожигали чуть ли не на сквозь. А Накахара должен был на это смотреть. Он ничего не могу сделать. Не мог спасти его, спасти их. Глаза были полны ужаса и боли за друзей. Хотелось кричать, но он сдерживал себя. Чуя знал, что будет, если сдружиться с людьми из другой организации. Но он пошел на это. И подставил их. Хотя, он не знал, что так все обернется. Ещё недавно эта организация — была другом мафии, А сейчас её и вовсе нет на свете. Накахара ещё раз понял, что нельзя ни к кому привязываться. Это чертовски больно.

Из размышлений его вывели прикосновения к плечам. Такие мягкие, плавные. Затем, Дазай обнял его сзади, и Чуя вздрогнул всем телом. Он не знал что делать. Скинуть с себя Осаму? Ударить его? Или оставить все как есть? Ещё одно прикосновение холодных рук к шее. По коже пробежали мурашки, а приятное тепло разнеслось по всему телу. Накахара будто оцепенел, не зная как поступить.

« Оставлю все так, » — пронеслось у него в голове.

Прикосновения продолжались: Дазай убрал одну длинную, рыжую прядку с шеи и провёл по ней ещё раз руками. Он был удивлен, когда Чуя не ударил его за это, а позволял вот так к себе прикасаться. Очень интересно. Осаму прикоснулся губами к горячей шее, отчего Накахара вздрогнул и резко вздохнул. Хотя, это больше было похоже на стон. Заводит.

— Чуя, — начал детектив, томно, — курить вредно, знаешь ли. — Осаму мягко забрал из рук напарника сигарету и выкинул в окно, быстро закрывая его и задвигая шторы.

— Эй! — вышел из страна Чуя, но не успел он сообразить, как губы Осаму и его соприкоснулись, образуя поцелуй.

Сначала Чуя сопротивлялся, пытаясь разорвать мокрый поцелуй, но язык Осаму проникал все больше в рот, исследуя его, обводя языком стенки. Накахара зажмурился, а потом решил отвечать тем же. И ещё грубее, чем Дазай. Тот очень быстро соображал, и в одно мгновение они оказались в спальне.
Грубо повалил Чую на кровать и навис сверху, снова целуя. Накахара приобнял его одной рукой за шею, а другой держался за талию.

— А вещи тебе не мешают, детектив? — томном прошептал на ухо Чуя. Его горячее дыхание опаляло ухо, заставляя краснеть. В комнате с каждой секундой становилось всё жарче и жарче. Плоть внизу становилась всё твёрже, вызывая дикое нетерпение. Накахара стал расстёгивать пуговицы рубашки Осаму, а тот повторял тоже самое на Чуе. Когда же с вещами было покончено, Чуя увидел множество шрамов, полученных не только при выполнение заданий, но и при попытках наложить на себя руки. Дазай подполз к обнажённому телу и стал целовать шею, мокрой дорожкой спускаясь к впалому животику, слушая и наслаждаясь тихими охами со стороны Накахары. Пальчиками он полез вниз, надавливая на колечко мышц, после чего сразу ввёл 2 пальца, и не услышав криков боли, а просто недовольное мычание, Дазай хитро улыбнулся.

— Так я у тебя не первый… — словно лиса, играючи бросил Осаму.

— Завали… все портишь…

Дазай стал проникать пальцами всё глубже, после чего всё таки добавил третий, раздвигая их во все стороны.

— Мгм.. А-ах~ О-Осаму~

Это могло означать лишь одно — Дазай добрался до заветной точки — простаты. Пальцы покинули податливое тело, и Осаму стал перебираться к самому сладкому. Он, медленно, плавными толчками, входил. По телу разливался жар. Было так горячо что казалось, их кровь — раскаленный свинец. По квартире стали разноситься извращенные звуки то ударов по коже, вперемешку со стонами удовольствия, то скрипа кровати, то, до не приличия громкие причавкивающие звуки. Обоим казалось, что это продолжалось вечность, хотя по сути, прошел всего час. Они кончили одновременно. Дазай рухнул на кровать тряпочной куклой от накатившего удовольствия, волной проходящая по всему телу до трясучки, а затем резкой усталости. На ключицах и шее Чуи красовались бордовые засосы, в на спине Осаму царапины от ногтей.

Но я так до сих пор и не понял, как мы перешли черту. Все произошло настолько резко, что поначалу и не осознать было. Возможно, мы оба уже никогда не поймем и не вспомним, что же тогда нами двигало, но, что было — то было. С того момента нас с Осаму связывало не только убийство Мори, но и что-то ещё, еле ощутимое…

~ Продолжение следует ~

Вот и главушка. Но у меня к вам вопрос: вам интересно это читать? Мне продолжать писать или забить?
Спасибо всем, кто ответит.
До скорого❤❤❤